Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов

Про себя Карине было жалко пилота, совесть вела ноющую песню в душе, сердце бешено колотилось от волнения, но, пожалуй, ей удалось отыграть именно так, как она задумала.

Лицо Ормарро перекосило от нахлынувших на него противоречий.

— Напоминаю, вы рискуете нарушить распоряжение Тарро! — добила его Карина, демонстративно отвернулась и внимательно уставилась в экран. Что ж, если он все-таки не уйдет, то мне не придется этого делать, подумала Карина. Тогда все решится само собой, я просто не смогу выполнить задуманное. В сердце вспыхнула надежда — и тут же погасла, потому что молодой тайванец переступил с ноги на ногу и коротко сказал:

— Слушаюсь.

Он направился к выходу из рубки. Как только он скрылся за дверью, Карина с громко бьющимся сердцем и кружащейся головой кинулась к голубому глазку. Адреналин зашкаливал. Может быть, не надо?! — подумала она, но тут же взяла себя в руки. Это ее долг… «Вспомни, что ты уже решила, что ты решала все эти дни! Иногда приходится жертвовать, Карина Александровна! Вот ты спасатель, а ведь у Тайвани и верно может оказаться двойное дно. И тогда как бы ты ни верила в Рональда, именно по его вине может произойти что-нибудь нехорошее, что-нибудь, грозящее жизни в космосе… Союз надо предупредить, Союзу надо сообщить…» Карина уперлась руками в пульт управления рядом с голубым кругом и глубоко, прерывисто вздохнула.

По ее расчетам, в запасе у нее было не более двух минут. Пилот выйдет, дойдет до «столовой», возьмет стакан, нальет воды… Все это можно сделать очень быстро. А она и так потратила несколько секунд на свои дурацкие терзания. Карина решительно выпрямилась и приложила запястье с инфоблоком к голубому кругу. И принялась отсчитывать секунды. «Когда сообщение отправится, кружочек два раза мигнет, потом посмотришь на свой инфоблок — точка, обозначающая наше сообщение у тебя на миниэкране, исчезнет. По этим признакам поймешь, что все прошло успешно!» — вспомнила она Ванькины наставления. Время текло невыносимо медленно. Двадцать, двадцать пять… тридцать… Прошло не меньше 30 секунд, но кружок не мигнул, а продолжал так же ровно светиться красивым голубым светом. Карина в панике подняла руку и посмотрела на экранчик инфоблока: черная точечка «на семь часов» была на месте. Ничего не получилось, сообщение не отправилось.

Новая порция адреналина волной ударила в голову. Сердце стучало, как колеса поезда, лицо заливало жаром. «Может быть, не надо тогда? — подумала она. Видимо, это судьба… Я не должна этого делать! И я не виновата, что ничего не получилось!» Пару секунда Карина раздумывала, кинуться ей в сторону от дальнего модуля или попробовать еще. Нет! Да! Она должна, слишком многое от этого зависит! Может быть, у них больше никогда не будет такого шанса, и они будут жалеть об этом всю жизнь… Карина в панике обернулась к двери, не появился ли в проеме Ормарро, и снова поднесла запястье к кружочку, на этот раз прижала его сильнее. Вдруг в инфоблоке что-то пискнуло, и голубой кружок, не дожидаясь положенных 20 секунд, два раза мигнул. Про звуковой сигнал Ванька ничего не говорил, но Карина сообразила, что отправка сообщения на ее блоке всегда сопровождается звуковым сигналом. Она подняла руку, и в этот момент скорее почувствовала, чем услышала шаги…

Она бросилась к экрану в центре. Зеленый посадочный модуль как раз в этот момент коснулся поверхности планеты, взметнув вихрь коричневой пыли. Пыль осела, и дверь в стенке модуля отъехала в сторону… Но Карина увидела это лишь мельком, расплывчато, сквозь пелену волнения, застилавшую глаза. Интересно, вдруг он что-нибудь заметил, подумала Карина… Положив руку так, чтобы инфоблок ненароком оказался перед глазами, она взглянула на экран. Черная точка на «семь часов» исчезла. Сообщение ушло. Карина вздохнула. Радость и облегчение залили ее душу одновременно с безнадежностью.

— Пожалуйста, арра Карина, — пилот подошел к ней со спины. Карина обернулась и взяла из его рук стакан воды.

— Благодарю, — улыбнулась она, — как видите, ничего страшного, зато я убедилась, что они благополучно приземлились.

И залпом выпила воду. Вода сейчас была очень не лишней.

— Вам плохо, арра Карина? — спросил пилот, заметивший, что у нее трясутся руки.

— Нет, что вы, — снова улыбнулась Карина и придвинула себе стул. Надо успокоиться и начать по-настоящему работать.

Когда спустя семь часов корабль вернулся на Тайвань, спасатели, вышедшие встретить их возле здания Службы, аплодировали. Карина заранее сообщила в штаб, что жизнь они нашли. Планета была населена разными видами небольших странных животных, обитали они как на суше, так и в воде. Не разумная раса, но все же что-то, жизнь во Вселенной. Теперь у нее было два повода для радости, и один, но очень весомый — для мучений. Впрочем, сделанного не воротишь. Остается только жить дальше. Весь день, Карина работала и думала, как она будет смотреть в глаза Тарро, после того что натворила.

* * *

— Знаешь, раньше на сбежавших Древних Правитель накладывал Запрет, — заметил Б’Райтон в ответ на приветствие и извинения, когда к нему пришел старший сын, вернувшийся из своего отчаянного путешествия. Ар’Тур застал отца в исторической части Белого Замка, в одном из залов. Сложив руки на груди, глава Союза стоял спиной к сыну и задумчиво смотрел в огромное окно на восточной стене.

— Однако, к счастью или к несчастью для тебя… — продолжил Б’Райтон и развернулся к сыну. Ар’Тур с удивлением заметил, что вокруг его глаз заплясали едва уловимые морщинки улыбки, — …я в любом случае не смог бы этого сделать. Я не являюсь ни признанным Правителем Древних, ни старейшим в Роду. Так что, считай, тебе повезло. Вот мой брат, вероятно, мог бы попробовать, но, думаю, тоже безрезультатно.

— Кстати, о твоем брате, — сказал Ар’Тур, — землян похитил он, как ты и предполагал.

Ему показалось, что отец вздрогнул.

— Почему ты так уверен? Тебе удалось что-нибудь выяснить? Раньше ты скептически относился к этой версии, — резко сказал глава Союза.

— Меня смущало, что ты всегда все списываешь на козни брата, которого никто из нас не видел, — признался Ар’Тур. — Но в данном случае ты прав. Что ты знаешь об альтернативных реальностях?

— То же самое, что и все, — ответил Б’Райтон. К нему вернулось мягкое спокойное принятие всего и всех, так хорошо знакомое его детям. — Теория альтернативных реальностей, возникающих в результате бифуркаций, разных решений ключевого события в прошлом… Была очень популярна около 200–300