Фантастика 2026-86 - Женя Юркина

– Забирайте.

Николай свернул снимок в трубочку и убрал в сумку: дома посмотрит.

– Катя, а можно мне контакты вашей бабушки по отцу? Хочется покопаться в истории с вашими родителями.

– Она год назад умерла. И старший брат отца тоже, еще раньше. У дяди сложно все было: вокруг постоянно женщины вились, но он так и не женился, детей тоже не завел.

– Он пил?

– Нет, – Катя не удивилась вопросу, – он игрок был. Иногда выигрывал, но чаще в минус уходил.

Николай сдулся: дело становилось все запутаннее, и разузнать старые подробности не у кого.

– Не ответите на несколько вопросов? – продолжил он. – Расскажите подробнее о вашей матери. Почему она жила у вас? Чем болела? Не говорила ли о чем-то непонятном?

Катя достала сигарету и закурила. Николай никогда не курил, но сейчас ему захотелось последовать ее примеру.

– Мама совсем недавно переехала к нам, – после недолгого молчания ответила она. – Устроила пожар в своей квартире, пришлось забрать.

– Пожар? – удивился Николай.

– Она спит… спала, – поправилась Катя, – только при свечах, иначе уснуть не могла. А тут… – Она снова запнулась и с решимостью продолжила: – После того, как отец ее бросил, мама начала пить. Иногда случались запои. В тот вечер она была пьяная. Что произошло, я не знаю. – Катя с вызовом посмотрела на Николая. – Мама выскочила на балкон, где ее увидел сосед – он вышел курить. Ее спасли, а квартиру теперь ремонтировать надо.

– А почему при свечах? – не понял Николай. – Не при ночнике?

– Не знаю, это была какая-то ее причуда. Здесь я тоже зажигала для нее свечи, раз ей так спокойнее.

– Понятно. – Несмотря на эти слова, ясности не прибавилось.

– Знаете, – после паузы продолжила Катя, – мама говорила, что сосед, который вызвал пожарных, успокаивал ее, говорил, что делать, чтобы не задохнуться. Именно это ей и помогло до приезда спасателей. Так вот, я ходила к нему, чтобы поблагодарить. И он сказал, что его не было на балконе, он спал.

Глава одиннадцатая

Картошина

Да, понятнее происшествие с Козельской не стало. Что-то было там закопано, причем давно, еще с девяностых. Видимо, кому-то дорогу перешел ее муженек, сделали порчу на него, а рикошетом по жене ударило. Уж слишком много совпадений: проблемы с алкоголем, например. И умерла Козельская вслед за бывшим мужем, точно не было больше причин жить. Странно, что обследование не показало ничего. Хотя… После смерти выявить порчу сложно, только ее проявления. Но тут и болезней никаких не нашли. Или плохо искали? Да и с соседом… Стоило бы сходить к нему для разговора, но оснований для этого никаких.

На снимке ауры Кати никакого воздействия Николай не обнаружил. Но в одном месте словно затянувшийся шрам: не след ли старого воздействия, по касательной задевшего девочку? Может, что-то по крови сделано, типа материнского проклятия? Хотя вряд ли – старшего сына тоже не обошло. Родовая порча, скорее всего, передающаяся по мужской линии. Жена могла по глупости влезть, желая помочь супругу, за что и поплатилась. Но это теперь не проверить.

Случаи как на подбор в последнее время: ведьма, которую обнаружили невзначай, мужчина, погибший от порчи, еще и этот. Объединяет их одно – кто-то словно наложил на них заклятие невидимости, и пока «топтари» особо не приблизились к разгадке. Возможно, во всем виноват жрун, так некстати объявившийся в Москве. Николай вспомнил, как допрашивали Гульнару Гусейнову: она то ли на самом деле не знала, то ли старательно строила из себя непонимающую. Шеф пытался выпытать, как она оказалась неуязвимой для приборов, но ведьма стояла на своем: она ничего не делала. И вообще, не в курсе, что от нее хотят. Железная женщина!

Николай включил на кухне телевизор, там шел фильм «Братья Гримм». Он смотрел его уже несколько раз, но и сейчас нелишним будет – хороший. В фильме братья расследовали похищения деревенских девушек и обнаружили злую ведьму, с которой с трудом, но справились. Николай занимается в некотором роде тем же, только в жизни не всегда получается установить преступника.

Он поставил сковороду на огонь. Растопил сливочное масло, потомил в нем порезанный помидор, затем добавил колбасу – в магазин Николай все-таки заскочил. Когда колбаса поджарилась, убавил огонь, залил в сковороду взбитые с молоком яйца и накрыл крышкой. Вскоре омлет был готов. Николай отрезал кусок ржаного хлеба и принялся ужинать.

После заварил чай в кружке, положил туда три ложки сахара и выпил вприкуску с сушками. Затем перебрался в спальню, включил телевизор и поставил его на таймер. Николай не заметил, как отрубился: ни обычных сновидений, ни кошмаров. Спал он спокойно, лишь под утро приснился Петр Степанович. Колдун посмотрел на Николая и сказал: «Спасибо тебе. И не теряй время».

Утром Николай позвонил шефу.

– Виктор Иванович, я сегодня на дежурстве. Надо местных чистильщиков отправить в дом колдуна из Ленинградской области: он умер. А заодно мой обезвреживатель забрать.

Дежурство прошло спокойно, Николай проездил по одному маршруту весь день, ПУленька лениво попискивала и аномалий не выявляла. Вечером он сдал машину и зашел в отдел, шеф еще был на месте.

– Передал я, Дергунов, в Ленобласть твою просьбу. Отзвонятся на днях.

– Спасибо, Виктор Иванович.

– Раз заглянул, давай решим вопрос. Помнишь, ты схоронку в Кузьминском парке обнаружил? – спросил шеф.

Николай насторожился:

– Еще бы!

– Дело не закрыто, но погибший, Лухин Олег Витальевич, проживал возле метро «Кузьминки». Так что дело мы должны направить туда.

– Понимаю, Виктор Иванович. – Спорить Николаю не хотелось.

– Тебе изначально надо было дежурных вызывать, а не самодеятельность разводить, – нахмурился шеф. – Зачем сам полез?

Николай не нашелся что ответить. По инструкции следовало поступить именно так, как говорит шеф, тогда бы дело сразу попало в нужное подразделение.

– Так что, передаем? – уточнил шеф. – Или себе оставляем?

Николай догадывался, чего хочет шеф и почему: лишняя инициатива наказуема.

– Я на выходных займусь, Виктор Иванович. Только шансов, что что-то раскопаем, мало. Вы же знаете.

– Знаю. – Шеф настукивал какой-то марш. – Но попытаться следует – человек умер. Файл я тебе выслал. Изучай.

Пришлось включать компьютер и сохранять на флешку материал о погибшем. Дома Николай открыл файл. Погибшему было сорок два года, жил Лухин на съемной квартире на Зеленодольской улице, занимался мелким бизнесом. Разведен. Дальше неинтересно: не состоял, не привлекался. Николай взял смартфон и набрал номер городского телефона. Вероятность, что кто-то ответит, была мала, но попытаться стоило. Трубку взяла какая-то женщина, Николай