Фантастика 2025-101 - Михаил Иванович Казьмин

— Смена №7.

— Правильно. Теперь сдувайся, а то сам понимаешь. — Я перехватил ехидный взгляд мелкой. Проигнорировал и добавил: — Выходим. Я открываю, вы страхуете. Замес, если что, берешь удар на щит. Стрелять по команде.

Посуровели мальчики и девочки — преисполнились. И есть отчего -створ откроется в неизвестность. На схеме обозначен странноватый проход с излишком пересечений — точно множество однотипных рисунков наложили друг на друга. Но хватит гадать — пора вершить судьбу.

Замок скрипнул. Рычаг клинануло, и я хлопнул соседствующего Замеса по плечу. Боец понятливо подтолкнул и гео не подвело — вслед за щелчком механизма дверь чутка дрогнула. Ну понеслась душа, что сказать.

Удар, маневр и напряженное ожидание — до звона в ушах.

Клин смены застыл на пороге, а впереди серел в отблесках заурядный изгиб коридора. По стенам подвешены кабели, трубы, на потолке ряд мертвых плафонов и скудная разметка на гофрированном полу. Вид знакомый и от того нервирующий. Если база принадлежала силовым структурам, возможны неприятные сюрпризы.

Лица коснулось легкое дуновение воздуха. Сука. А это откуда? Акустики ноль -мертвое пространство замерло в последней секунде бытия.

Я дал ладонью отмашку — вперед. И задал темп — шаг небыстрый и ровный, прицел по вектору движения с плавной доводкой по флангам.

Метров через тридцать попалось первое ответвление — черная нора, в которой смутно виднелись контуры нескольких дверей. Не зазорно потратить пару минут на изучение карты — убедиться, что нам прямо, и проследовать. Еще через десяток-другой шагов встретилось новое ответвление, снабженное красным предупредительным маркером «Ограниченный доступ». У поворота приткнулись остатки контрольного поста — разбитый стол, покореженный щитовой барьер и красный дисковый телефон, который невольно притягивал взгляд. Ностальгия падла.

Дальше, дальше. Держим ритм и шаг.

Через некоторое время в коридоре помимо отнорков боковых проходов стали попадаться номерные двери, сильно похожие на офисные изыски. В одно из помещений, куда вела первая приоткрытая створка, аккуратно заглянули — для профилактики. Полупустой кабинет на три рабочих места, немного лабораторного оборудования и истлевшая рука, зажатая дверцей массивного сейфа. Мимо.

Еще минут через 15 нескончаемого марша впереди серьезно зафонило ширмой. Команда по приказу сбросила темп и дальше бойцы почти крались — ну насколько может красться тощий гуманоид, вооруженный гаубицей. Так или иначе без эксцессов миновали несколько боковых проходов, уводящих в небольшие залы, где лучи фонарей очеркнули угловатые приборные панели со следами механических повреждений. Если по-простому, кто-то хреначил по аппаратуре твердым.

Дальше, дальше.

Коридорная развязка вывела к почти логическому завершению пути — перед сменой проявился шлюз, чьи створки услужливо приоткрыты. В щели, на дистанции фонарного луча, виднелся кусок залы, забранный металлическими фермами и загроможденный оборудованием. И не свернуть сука. Входить почем-то не хотелось.

Я протиснулся вперед, припадая на колено. Ствол автомата очертил короткую дугу, но угроза не выказала желания проявиться. Подумал и, как водится, сглазил. Луч уперся в нечто огромное на противоположном конце зала -сперва разум спасовал перед определением, но затем информация хлынула жутковатым потоком.

Черный шар диаметром метров пять подвешен в воздухе на канатах, сильно напоминающих щупальца, что крепились к стенам антрацитовыми кляксами, и выглядели мерзко. Сам шар едва заметно пульсировал, точно внутри ворочалось нечто живое, играя оттенками черноты, если таковое возможно.

«Сбой»

«Сбой»

«Оператор»

«Прямо»

— Не входить. Держите проход, — прошипел я, дернувшись как от удара током. Да так и есть, пожалуй — меня пробило от пяточек до сраной макушки.

Бойцы прониклись командирским тоном и на корню подавили возражения. Я сделал шаг вперед, затем еще… Шар пульсировал, крепеж подрагивал, тьма сгущалась. Железная велела смотреть прямо. Во так и поступим.

А прямо по курсу открытая шахта, окольцованная скоплением агрегатов. Огромный колпак крышки сдвинут в сторону, а над чернотой выдвинута легкая смотровая площадка с коротким конусом сенсорного контакта. Конструкт до боли знакомый — разрушенный мир сталкивал меня с чертовыми шахтами с завидным постоянством. И я почти уверен, что увижу внизу… Если только шарообразная хрень не лопнет и не пожрет плоть незваного гостя. Стремает не по-детски -в мозгах нешуточный винегрет, а переставлять ноги сродни подвигу. Но я иду — скриплю зубами и двигаюсь, сжимая цевье потными ладонями.

Шар пульсирует. Мир дрожит.

Смотровая площадка отозвалась глухим звоном. Я сглотнул, убирая автомат и посмотрел вниз. В бесконечной глубине померещились знакомые изумрудные всполохи. Кто-то в этом чертовом бункере поработал на славу — вскрыл ширму, чей остаточный сигнал выжигал мозг, и обложил закрома Аади аппаратурой.

«А потом сдох» — пришла ровная мысль. Я посмотрел на шар, что навис над шахтой. Чуждость этой херовины всему живому резала нервы, причиняя почти физическую боль. Но и мы не просты — стоит коснуться сенсора и цель…

«Красная флуктуация»

Панические нотки обращения заставили меня отшатнуться. А затем из бездны воспарил комок сервис-модуля и на моем наруче отчаянно запульсировал красный индикатор. Хрена себе — это типа электронная паника?

Окончание главы 15)

Глава 16

Чужой сервис-модуль дернулся, срываясь в движение — вверх, вниз, крутанул восьмерку и замер, пульсируя индикацией. Я скосил взгляд на наруч — иллюминация схожая. Семафорят, сука, в унисон. Впечатление, что орут друг на друга матерно и самозабвенно, брызгая электронной слюней.

Затем наруч, судя по всему, перевел информационный обмен на новый уровень и сорвался с руки, формируя исходный шар. Я прищурился с легкой досадой — а мой-то инструмент маловат в сравнении с местным. Немного обидно, знаете ли, и по эго бьет.

Шары закружили в хитром танце, меняя плоскостность полета, срываясь в вихрь маневров и сигналя, сигналя, сигналя, отчего окружение бликовало красным спектром.

А я стою, как дурак, пригнувшись и с автоматом. Прям солдат солдатом, что вопреки приказу охреневает от собственной непричастности. Хочется диалога или, на крайняк — красивой стрельбы, лишь бы стереть неоднозначность момента. Мне бы следовало следить за метаниями модулей, прикидывая куда сорваться в случае чего, но перед глазами лишь черная хреновина, прикованная щупальцами к стенам. Уверен, что если проблема случится, то ее источником выступит эта непонятная мразота.

Если мне не кажется, а мне не кажется — пульсация объекта слегка усилилась, начиная концентрироваться в части, обращенной к шахте.

«Красная флуктуация»

«Дискредитация»

«Сбой»

«Отказ»

«Сбой»

Хаос сигналов на подкорке испортил мне и без того хреновое настроение. В довесок местный модуль вроде как начал доминировать — скакал выше, прыгал дальше, мигал сильнее. А я все еще не при делах. Прям