Фантастика 2026-160 - Вахтанг Глурджидзе

самого начала. Не глянулся я крестьянам… в целом, сложно их обвинять, это сейчас внешние проявления не исчезли, нет, — но хотя бы снизились. Я попытался уйти, но местный культиватор решил, что и отпускать меня — плохая идея. Убивать не хотелось, чтоб образумить обнаглевших селян с вилами, выпустил веер огненных стрел им под ноги. После того, как не помогло — ещё один, над головами.

Но голоса павших зашумели громче, злее. И одна из стрел изменила траекторию — не сильно, но достаточно. Для неодаренного так уж точно.

Это помогло. Свежепрожареный труп, как оказалась, неплохо заменяет дипломатию.

Я ушёл быстро. Не оглядываясь, но крики слышал ещё долго.

Нет. Людям я опасен, и мне они не нужны.

Лучше быть одному. Глубоко в горах. Вдали от деревень, дорог, людей.

Вдали от того, кем я был.

Моргнул — и активировал Взгляд сквозь Пламя… то есть, теперь уже Провидца Сожжённых Путей… То есть Очи Пламенные… После прорыва на вторую ступень спобности не только изменились, а ещё и частично перемешались. Они не стали дублировать друг друга, скорее дополнять, стали синергичными… но вот управлять ими стало чуть сложнее. Рефлекторно активировал, на эмоциях от воспоминаний о боев. Талант, который должен был показывать ближайшие мгновения боя, помогать предугадывать удары противника.

Но сейчас противников не было. И талант, натренированный в последние недели до опасного предела, сорвался в неконтролируемое видение.

Реальность дрогнула.

Я видел себя, идущего на север. Или не меня, не совсем меня — образ был искажён, кошмарен. Моё тело горело ярче с каждым шагом, кожа трескалась, из трещин лился свет. Встреча с охотниками. Бой. Победа. Но после боя — ещё охотники. Элитный отряд. Они окружали, сжимали кольцо, и я горел, горел, горел, пока не превратился в столп пламени, поглощающий всё вокруг…

Образ сменился.

Я на юге. Деревня. Вновь заходил купить еду. Но люди видели не человека — видели демона. Лица искажались в гримасы ужаса. Дети плакали кровавыми слезами. Старейшина атаковал, и его техника пронзала меня, но вместо крови из раны лилось пламя, заливало улицы, поджигало дома, и все кричали, кричали, кричали…

Ещё образ.

Я в горах. Один. Дни сменяются ночами, ночи днями. Постепенно переставал двигаться. Сидел на скале и просто горел. Свечение усиливалось. Плоть испарялась. Оставался только силуэт из чистого огня, который больше не думал, не чувствовал, не помнил…

И последний.

Я здесь. На этой скале. Но не один. Вокруг стояли призраки павших. Не эхо в пламени — настоящие призраки. С пустыми глазницами. С обвинениями в протянутых руках. «Почему мы мертвы, а ты жив?» — шептали они. «Почему ты поглотил нас?» «Почему не спас?» И они приближались, и прикосновения обжигали холодом, и я горел, пытаясь отогнать их, но пламя проходило сквозь, и холод побеждал…

Видение распалось.

Я стоял на коленях, тяжело дыша, руки дрожали. Во рту привкус пепла и крови — сам не заметил, как прокусил губу.

[Предупреждение: Перегрузка таланта]

[Провидец Сожжённых Путей] предназначен для боевых предсказаний. Мгновения, может быть секунды.

Попытки использовать его для видения отдалённого будущего приводят к нестабильным, искажённым образам.

Они не являются точными предсказаниями. Это проекции страхов, обработанные через призму возможностей.

Кошмары, облечённые в форму видений.

Рекомендация: прекратить эксперименты с талантом до восстановления контроля

Вероятность того, что прекратишь: низкая

— Заткнись, — прохрипел я вслух.

Поднялся. Ноги держали, но неуверенно. Видения были… неприятными. Слишком яркими. Слишком реальными в момент переживания. Знал, что это не настоящие предсказания, и без подсказок знал. Талант работал не так. Но кошмары оставляли мерзкий привкус, не проходящий налёт пепла на душе.

Нужно было меньше экспериментировать с Провидцем. Или вообще прекратить попытки заглянуть дальше боя. Но знание будущего — даже искажённое, кошмарное — было таким соблазнительным…

Солнце садилось за горы, окрашивая небо в красные тона. Красиво. Раньше я бы остановился, чтобы полюбоваться. Сейчас просто отметил.

Взгляд упал на выжженное пятно — последнее от барсука.

— Прости, — сказал вслух. Голос прозвучал хрипло — давно не разговаривал. — Прости, что не смог защитить.

Ответа, естественно, не было.

Хотя… с учётом голосов в пламени…

Повернулся спиной к пятну и посмотрел на горы вдали. Бесконечные пики, дикие, необитаемые. Идеальное место для того, кто опасен людям.Или для того, кто просто устал быть среди них. Сделал первый шаг в сторону кряжей. Второй. Третий.

Трава под ногами желтела, сохла чуть быстрее нормы. Не вспыхивала — просто увядала от постоянного тепла. Каждый шаг оставлял след пожухлой растительности.

[Решение принято]

Ты выбрал. Разумно или нет — покажет вемя.

Но помни: одиночество тоже разрушает. Медленнее клинка, незаметнее яда, но так же неизбежно.

Человек — социальное существо. Даже если он меняется. Даже если его уже трудно назвать человеком.

Утро в горах было слишком тихим. Не просто тихим — практически мёртвым. Птицы не пели. Звери не шуршали в кустах. Даже ветер затих, словно природа решила, что в моём присутствии лучше помолчать и не привлекать внимания.

Разумное решение, если честно. Одобряю.

Я сидел на плоском камне у входа в пещеру, которую нашёл вчера вечером. Пещера была неглубокой — метров пять вглубь, каменные стены, сухо. Идеальное временное убежище. Никаких следов зверей, никаких признаков, что здесь кто-то жил до меня.

Закрыл глаза и попытался медитировать. Базовое упражнение — Дыхание Пепла. Вдох — пламя втягивается внутрь, концентрируется. Выдох — шлаки, напряжение, лишнее выходит наружу. Простое. Фундаментальное. База. То, чему учили в первые дни в клане.

Первый цикл прошёл нормально. Внутреннее пламя откликнулось, начало циркулировать по меридианам. Тепло разливалось по телу, приятное, контролируемое.

Второй цикл тоже был стабильным. На третьем начались проблемы.

Голоса.

Сначала тихие, на грани слышимости. Шёпот, едва различимый на фоне собственных мыслей.

«Продолжай.»

«Не останавливайся.»

«Сильнее.»

Знакомые голоса. Сюй Фэн. Старейшина Янь. Другие.

Игнорировал, сколько полчалось. Продолжал медитацию. Четвёртый цикл. Пятый.

Голоса становились громче.

«Они идут.»

«Ты слаб.»

«Нужно больше силы.»

«Убей их всех.»

Последний голос принадлежал Чжан Хао. Всегда самый агрессивный из эха павших.

Шестой цикл. Концентрация начала рассыпаться. Пламя внутри колебалось, реагируя на голоса.

«Поглоти их.»

«Сожги.»

«МЕСТЬ.»

Седьмой цикл сорвался полностью. Пламя внутри взорвалось наружу — не в смысле вырвалось из тела — это было бы совсем позорно на второй ступени, но резонировало так, что воздух вокруг задрожал волнами жара. Температура