Новая Переменная - Канира

— Конечно. — Мне нечего было скрывать.

— Грозит ли клану какая-либо угроза? Отразятся ли твои действия на нашем клане? — Он всё ещё улыбался, но я знал, что он серьёзен в этом вопросе.

— Никакой. — Твёрдо смотря ему в глаза, сказал правду. Это дело, если о нём вообще узнают, никак не отразится на клане.

Он посмотрел на небо, в котором плавали облака, и проговорил:

— Хорошо, молодой Оками, я верю, что ты не навредишь клану. Но если вдруг ты окажешься в смертельной опасности, возвращайся, клан защитит тебя.

— Да, Ашина-сама.

Я поклонился, сидя, и мы продолжали беседовать. Мой выход запланировал на завтра, и мне ещё предстоит разговор с дедом и с Мито. Котецу объяснять ничего не надо, она меня во всём поддержит, главное, чтобы я был цел. Золото, а не человек.

После получасового разговора о чакре, фуин и иже с ними, я попрощался с Главой, который грустно смотрел на одинокое деревце в саду, и убыл к себе. Грусть Ашины была незаметной, но я чувствовал, что даже недели, что прошли после тех событий, будут преследовать его до конца. Как заметил мой старик, он больше стал проводить времени у себя дома, а не в кабинете, где решал судьбу клана.

Пройдя сквозь клан, который, как всегда, жил своей жизнью, оказался у себя дома. Котецу, увидев меня ещё давно, как, впрочем, и всегда, приготовила домашнюю одежду и накрыла на стол. Старик, как и Мито, были дома, так что мы сели обедать. Разговор за столом был ни о чём. О погоде, о новых разработках попроще фуин и тому подобное. Я был рад, что семья в таком виде, какая она есть, у меня была. Хоть и без родителей, но ворчание дедушки, что пил горячий чай, и забота Котецу заменяли мне родителей, которых я рано потерял. Сколько бы мне лет ни было, но эта любовь, что окружала нас, всегда давала мне понять, что я жив. Что моя смерть в той больнице в одиночестве и холоде обрела смысл. И ради того, чтобы защитить мою семью. Защитить Мито, которая смеялась, защитить дедушку, что радовался, смотря на принцессу, защитить Котецу, которая поддерживала её за плечи и щекотала. Защитить клан, что дышал и жил.

Смысл всегда был в защите, как мне говорила моя мать, Никушима. Защитить то, что тебе дорого, — это и даст мне сил. Только через время я понял смысл её слов.

* * *

Я не был удивлён, что Мито, что старик отговаривали меня от моей затеи. Откровенно говоря, выходить из клана для обычного шиноби было сродни самоубийству. Слишком много опасностей было в этом мире, по крайней мере для среднестатистического шиноби. Что я, что Мито с дедушкой понимали уровень моих сил, но эмоции — не то, что можно назвать логичными. Принцесса совсем недавно потеряла близких людей, как и старик. Дедушка давно знал детей главы и бывало обучал их. Так что удар от этих событий всё ещё был свеж. Их переживания за меня были ясны, но моё дело не ждёт.

Проникнуть в святая святых клана Учих? Что звучит безумнее. Особенно не обладая никакими разведывательными данными. Сколько людей охраняет этот камень? Сколько ещё прибудет, если потревожить охрану? Было много вопросов, и сведения давних лет, предоставленные Никушимой, не давали ясности. Они давно устарели, а обращаться к Сенджу с такими вопросами породило бы ещё больше вопросов. Даже своим близким я не стал говорить цели своей вылазки. Лишь сказал, что нужно решить проблему с родственниками со стороны матери. Дедушка негодовал, но я уже давно не был ребёнком, чтобы меня допрашивать. Лишь предостерёг, чтобы я не увлекался врагами. Всё же вера в мои силы приятно грела мою грудь. Мито же просто не захотела отпускать меня, но я её убедил, что биться мне против сильных противников не предстоит, и вообще миссия будет в стиле зайти-выйти. Успокоил. Все понимали, что рассказывать цели своей миссии я не буду, а допытывать меня не стоило. Так день прошёл в суматошном и весёлом стиле. Мы прогулялись по рынку и прикупили вкусностей, чтобы после поиграть в разные игры, которые я придумал в своё время и иногда додумываю новые. Всё же игр для развлечения в этом мире было не так уж и много, и мои творения, скопированные по памяти, заходили на ура. А как ругалась Мито из-за карт…

На следующее утро меня провожали всей семьёй. Старик в своём стиле напутствовал порезать побольше Учих, на что Мито закатывала глаза. Сама же принцесса сказала, что ждёт меня и будет тренироваться, чтобы победить меня. На что я обнял её и погладил по её волосам. Котецу же молча передала свиток, поклонившись, судя по всему, с готовой едой, и сказала, что будет ждать моего возвращения в добром здравии. Я улыбнулся и кивнул.

Из моих ног вырвалась золотая цепь, которая потащила меня в небо. Округлённые глаза моей семейки стоили того, чтобы придумать такое, и облака встретили меня своей влагой. Тфу, а это я забыл. Ладно. Шуншин.

* * *

Когда я только начал обучение в стезе шиноби, в голове сразу закрадывалась мысль о том, что ниндзя в своём мышлении иногда были ограничены фантазией. Даже то, что у меня не получалось создать лазер высокой температуры, который бы просто расплавлял моих врагов, не убавляло мой пыл, чтобы создать что-то новое на основе чакры. И полёт, который манил меня с самого детства, когда я только увидел фильм про Супермена, добавлял энтузиазма в том, чтобы найти способ воспарить в небеса. Первые попытки были в том, чтобы скопировать полёт от Цучикаге, но увы, летающих шиноби не было в моём мире, а чтобы проникнуть в святая святых в будущем, не было времени. Самому же придумать такое не хватало мозгов или гениальности. Пробовал со стихией воздуха, но земля просто проседала от такого, а крепкий материал, выдерживающий мою мощь, просто пулял меня вверх на несколько десятков метров, как мусор. А мне хотелось летать. Летать, как птица.

Были странные попытки как с фуин, так и с ниндзюцу. Ничего не получалось, и на время я оставил свою затею. Расстроился, конечно, эмоции в подростковом теле были настолько ярки, что я ещё несколько месяцев не отпускал эту мысль, но после успокоился.

А недавно, когда в моём арсенале появились новые