Его Дубейшество - Сергей Витальевич Карелин

— Температура плавления в этих печах больше пяти тысяч градусов, — говорил Корнстон. — Всё лишнее просто сгорает. А стоять рядом без защитного скафандра невозможно.

Рядом с печами ходили гномы, но они были одеты в громоздкие костюмы из сверкающих плит, которые отражали тепло.

— Но дело не только в металле, дамы и господа. Да, сам по себе он отличается прочностью и гибкостью, вот только самый главный секрет — это сплав. Наилучших характеристик трабелуниум достигает в сплаве с другими металлами. А уж когда в него вливается мана… В итоге мы и получаем заговорённую броню или оружие.

— А вы не боитесь, что мы украдём ваши секреты? — спросил Дорофеев. — Ведь многие государства охотятся за рецептом этого сплава.

Корнстон обернулся и запустил пальцы в густую бороду, задумавшись.

— Вы можете попытаться… граф Дорофеев, верно? Дело в том, что сами гномы не знают секрет производства оружия. Он проклят.

— Что? В каком смысле?

Корнстон взглянул на Мортона.

— Рецепт хранится в голове Верховного мастера-кузнеца. Но даже не думайте пытаться выведать его у господина Штильвахера. Даже если захочет вам его рассказать, все равно не сможет, потому что все настройки оборудования, вся последовательность действий, — всё-всё-всё скреплено сложным древним заклятьем. Оно скрывает знания даже от самого кузнеца, позволяя использовать их лишь в нужный момент. Чтобы передать знания, Верховный мастер-кузнец должен вырастить себе достойную замену.

— А если просто узнать все настройки и проследить за последовательностью? — подключился к разговору Северов.

Завхоз расхохотался и вытер выступившую слезу.

— Удачи, юноша! Сплав готовится пятьдесят лет, так что запаситесь терпением и очень, очень большим количеством бумаги.

Северов тут же сник, а я посмотрел на Мортона, который был мрачнее тучи. Нелёгкая доля у мастера-кузнеца.

Вскоре мы дошли до большого склада, где хранились переплавленные слитки трабелуниума. Все заполучившие металл, сдали приобретение и получили бумажки с номерами ячеек, куда его и положили. Затем продолжили путь в глубины Кузниц. Корнстон и Мортон показали одну из кузниц, где готовится сплав. Это было одно из тех огромных сооружений в виде пуль. От наших глаз происходящее внутри скрывали толстые стены машины. Внизу под ней ревело мощное голубое пламя, а из немногочисленных щелей вырывались языки огня.

Нас распределили между кузнецами-кураторами. За меня взялся сам Мортон.

— Я из-за тебя крюк теперь делаю в три версты, чтобы дойти до того озера, — мрачно сказал он, когда остальные разбились на группы и слушали своих наставников. — Не мог не взрывать тот проход?

— Мог, наверно. Но те парни сами напросились. Зато ходить полезно, Мортон.

— Угу, только твоих советов мне и не хватало.

— С рыбалкой-то они помогли.

Гном покривил морщинистым лицом. Ага, знает, что я прав. Он теперь небось приличнорыбы ловит.

— Выбрал, какое оружие хочешь?

Я сказал ему. В ответ он присвистнул и усмехнулся:

— А металла-то хватит?

— Хватит, а вот полвека ждать я не могу.

Гном махнул рукой и почесал живот под передником.

— Столько времени готовится принимающий сплав. Трабелуниум добавляем перед заливкой формы. Не удивлён, что ты выбрал именно такое оружие. В твоём стиле. Дай талон, вечером начну готовить сплав, а завтра скуём его тебе. И руны заранее выучи, сам набивать будешь.

Я отдал ему бумажку. Мы стояли возле подножий одной из кузниц. Её вершина тонула в оранжевом полумраке, а от стен шёл горячий сухой воздух, от которого першило в горле. Грохот железа и рёв пламени сливались в гул, который давил на уши.

Вдруг в стене кузни открылось небольшое окошко, и по толстому желобу потёк ярко-белый металл. Огромная бадья в считаные секунды заполнилась кипящим сплавом, и гном на погрузчике подхватил её и куда-то увёз. Видимо, к заливочным формам. Я проследил взглядом за машиной, из трубы которой вырывался густой чёрный дым, и замер. Возле исполинской колонны стоял гном. В тёмном балахоне. Его лицо скрывал капюшон, только чёрная густая борода торчала вперёд. На плече гном держал удочку.

— Ты чего застыл? — пихнул меня в колено Мортон. — Ваши уже обратно собрались. Экскурсия окончена.

— Ты его видишь? — я показал рукой.

Моргнул, и гном исчез, а мастер-кузнец обернулся и спросил:

— Кого?

В следующий миг мы оба заметили толпу гномов, которая бежала к нам и что-то кричала. Гул заглушал их голоса. За ними спешил ещё один гном, и выглядело всё так, будто рабочие убегают именно от него. Сперва я не мог понять в чём дело, но когда гном подбежал чуть ближе, увидел его разинутую пасть, в ужасе распахнутые глаза и услышал неудержимый смех.

Затем грянул взрыв.

Глава 20

Взрывная волна опрокинула гномов, как мелкие кегли, а потом докатилась до нас. Впереди вспыхнуло облако огня, и одна из кузниц начала заваливаться внутрь себя, брызгая расплавленным металлом и раскалёнными обломками. Огромная конструкция медленно сложилась на пол.

— А это тоже часть процесса приготовления сплава? — я прикрыл глаза от яркого света.

Бледный Корнстон помотал головой.

— Это плохо. Очень плохо! Что делать, Мортон?

— Что делать, что делать… — ворчал мастер-кузнец. — Срезать бороду и бегать! Перекрой подачу на двадцать пятую! Живо!

Княжна снова прижалась ко мне, ее примеру последовала Лакросса, вставшая рядом. Только оркесса будто пыталась закрыть меня от того, что грозило. Я отодвинул её за свою спину. Гном-завхоз скинул передник и бросился бежать без оглядки. Гномы, которых секундой раньше свалила ударная волна, начали подниматься. А вот рабочий, что смеялся, не поднялся. Он лежал и всё так же хохотал. Я бросился навстречу, чтобы помочь гномам и попытаться разглядеть, что же в конце концов происходит.

Прогремел ещё один взрыв. Настолько близко, что меня оглушило и отбросило. Нас всех отбросило. В ушах зазвенело. А в ближайшей к нам кузнице открылась огромная брешь, и раскалённый поток вырвался наружу, сметая рабочих. В один миг они вспыхнули и испарились.

Обломки корпуса взлетели в воздух, ударились о колонны, врезаясь и застревая в них. Один, падая, ударил по ближайшей к нам кузнице. Кусок обшивки оторвался и сломал желоб для стекания лавы, и кипящий, булькающий поток жидкого металла хлынул прямо на нас.

— Нужно уходить к лифтам! — прокричал Сергей Михайлович. Часть студентов