Фантастика 2026-64 - Антон Романович Агафонов

— Я хочу съездить посмотреть наше новое село Юрьево, — да, это наследство от семейства Борецких, что вольготно раскинулось на реке Ловать. Умница жена, этой фразой она мне показывает, что не намерена нарушать статус-кво. Больше она не заикалась про поездку в Москву. Она моя жена и мать моих детей, и никакая любовница не изменит этого факта.

Дворец митрополита всея Руси находился на Боровицком холме недалеко от царского дворца. Здесь я ещё не был. Да и особого желания как-то не имелось. Но пришлось тащиться, дело в том, что мне надо встать на учёт. За последнее время я обзавёлся в Москве определёнными связями. Ну и мне стали доступны некие слухи и дрязги при дворе государя. Без этого невозможно ориентироваться в этом болоте. Вот и мне посоветовали отметиться с визитом к митрополиту. Его дворец огромен, частично деревянный. Мне удалось попасть внутрь, через главный вход Благовещенского Собора, только когда показал свою грамотку. К моему счастью, митрополит всея Руси болен и не принимает. Кстати, оказалось этот титул он оспаривает у православного митрополита Великого княжества Литовского.

Зато со мною соизволил пообщаться протоиерей, который обещался доложить о моём посещении. На всякий случай я оставил свой адрес. Ну, вдруг митрополит захочет меня наградить или повысить.

Вообще ситуация примечательная, впервые московский царь откровенно забил болт на Константинопольского Патриарха и на несуществующую уже Византийскую империю. Выбранный по его указке митрополит Феодосий и рад бы пытаться сохранить прежний статус первосвященника. Но, правила игры поменялись окончательно и бесповоротно. К тому же московского митрополита игнорировал епископ тверской и ряд других церковных деятелей. Без поддержки царя Феодосий не усидит на московской кафедре.

Когда мне окончательно надоело жить в старом доме, впитавшем запахи нескольких поколений, живущих в нём ранее, я решил начинать строиться. Удачно удалось выкупить участок, примыкающий к моему дому позади. По моему замыслу сносить старый дом лучше когда построим новый. И если деревянный дом стоит в нескольких метрах от высокого бревенчатого забора, то новый будет расположен в глубине участка. Такое расположение не так часто сейчас встречается, но мне захотелось, чтобы гостей встречал сад. Чтобы всадники и экипажи подъезжали к крыльцу по аллее, а не оставались снаружи. Я же с домочадцами вынужден буду пока терпеть шум и стройку под боком.

Я всеми фибрами души старался побыстрее смыться из шумной Москвы. Меня ждали важные дела в Молитвино. Пора запускать на полную мощность лесопилки. Мельница и смолокурня зимой работали и даже принесли мне немалую прибыль. Но это пока копейки по сравнению с тем, что принесёт лесопилка. Мне нужно агрессивно заходить на этот рынок. Тем более у меня на сей раз имеется прикрытие на властном уровне. Как в Коломне, так и в Москве. В идеале вообще выйти на уровень государя. Ведь он является первым торговым гостем и не гнушается подгребать под себя успешные купеческие проекты. Вот если бы убедить его стать моим партнёром. Я работаю, а он меня прикрывает своим именем. Да, это коррупция в чистом виде. Но сейчас не занести подарок вышестоящему является несусветной глупостью. Вот при российских императорах наиболее ушлые торговцы и мастера ставили на своих изделиях клеймо «поставщик двора его императорского величества». Это был своеобразный знак качества. Такую продукцию охотнее покупали даже за большие деньги. Ну и разумеется, откат шёл в карман царю-батюшке. Вот бы и мне так. Конкуренты то не дремлют. Вон в Новгороде появились аж три лесопилки, все на Ловати. Правда у них проблемы с бесперебойной работой лесопилок. Механизм часто ломается, приходится останавливать и чинить. Но, лиха беда начало. Вскоре мне придётся драться за покупателей. Благо у меня безлимитный заказ на суда для московского царя и на моей верфи работают только с моим сырьём. Думаю, в будущем всё будет упираться в качество и стоимость. Так что пока я остаюсь на плаву. Но это в Новгороде, а вот в Москве только слухи про лесопилки с водяным колесом ходят. Да и то в виде побасенок.

Вот я и рвусь из города, но пока не получается. К моему удивлению гонец от митрополита передал приглашение на аудиенцию к главе церкви. Понятие не имею, зачем я ему сдался. Но теперь покинуть город, значить выказать неуважение и нажить врага. Поэтому мне осталось только наблюдать за тем, как рабочие ковыряют землю под фундамент моего будущего дома. Если бы не Яна, я бы помер от скуки.

Красавица расцвела, сейчас она не только одета как важная барыня, но и держится как княгиня. Интересно было бы узнать побольше о её происхождении. Она рассказывала мне, что отец был успешным торговцем. Но что-то не похожа она на дочь торговца. Знание греческого понятно, а вот латыни уже сомнительно. Плюс она бегло читает, знакома с трудами древних философов и великолепно считает. Образование весьма странное и немного не сбалансированное. Допустим, если бы она была дворянских кровей, её бы обучили грамоте. Но больше для изучения церковной литературы. И точно не давали бы умение быстро считать. Зачем это девушке, за которой ходит целый отряд обученных слуг. И наоборот, свою дочь торговец, возможно, и научил бы счёту и азам грамотности. Но уж точно не покупал бы ей дорогие книги философствующих на абстрактные темы писателей и поэтов древности.

Яна за зиму вполне вошла в роль управляющей. У меня в доме уже полтора десятка слуг обоих полов. И они прямо летают по дому, с опаской поглядывая на начальницу. Даже я попал под её суровое влияние. Такое ощущение, что вернулся к супружнице после долгого отсутствия. Меня обласкали и дали почувствовать себя настоящим шейхом. В отличии от Ольги Яна была раскованнее в постели и старалась всеми силами доставить мне удовольствие. После очередного сладостного оргазма мне пришла в голову дурацкая вредная мыслишка:

«А ведь девушка научилась всему этому ублажая мужчин за деньги. Конечно, не по своей вине. Но ведь точно также она доставляла удовольствие и тому же поляку. Или литвину, как его там звали…»

От этих мыслей у меня портилось настроение, но когда Яна приходила ко мне в опочивальню, я снова бросался в омут страсти и забывал обо всём. И даже наоборот этот перчик