Фантастика 2026-40 - Вячеслав Киселев

– Если честно, я вообще не знал, что они знакомы! – выдохнул Игорь Витальевич. – И пусть не знают, что теперь я в курсе этой дружбы.

– Но кто этот жуткий слепец? – поинтересовалась Вероника.

– Нестор Сэнтери. Человек, который хотел купить у меня Темный венец. Видимо, раз не получилось договориться со мной, он решил связаться напрямую с Зинаидой Решетниковой.

– Почему же он сразу этого не сделал?

– Все очень просто! Сначала он обратился к Владимиру, но тот его послал восвояси. Тогда он пришел ко мне, но и я не смог ему помочь… А потом, видимо, узнал, что мать и сыновья Решетниковы друг друга терпеть не могут, вот и пришел к этой старой ведьме со своими предложениями. У самой старухи нет ни гроша за душой. Наверняка она согласилась продать ему венец Марголеаны!

– Но его украли, – напомнила ему Вероника. – Значит, все они остались ни с чем. Кстати, все хочу спросить… Это ведь не твоих рук дело?

– Разумеется, нет, – возмутился Игорь Витальевич. – Я хотел заполучить его, верно… Но кто-то меня опередил. Так что можешь быть спокойна на этот счет.

– Хорошо, что он тебе не достался, – серьезно сказала гадалка.

– Это еще почему?

– Ты бы точно наделал глупостей! Венец Марголеаны – слишком темный и мощный артефакт, чтобы хранить его в своем доме.

– Хранить его я не собирался, – усмехнулся Макаров. – Этот сыщик, Роман Кукушкин, больше к тебе не приходил?

– Пока нет. Но я и так рассказала ему слишком много, как ты и просил. Знаешь, я хочу надеяться, что он никогда не найдет Темный венец.

– Что так?

– Пока он сидел у меня с этой несносной журналисткой, я раскинула карты и увидела одну из вариаций их будущего. Если этот частный сыщик не отступится… Если охота за Темным венцом будет продолжена, прольется еще много крови. Погибнут невинные, причем очень скоро. Поэтому для всех нас будет только лучше, если эта проклятая вещица наконец канет в небытие. Ты со мной согласен, Игорь?

Макаров промолчал, решив пока придержать свое мнение по этому поводу при себе.

Глава 50

Ящик в конце коридора

К семи часам вечера в музее стало очень тихо. Рассосалась казавшаяся бесконечной толпа посетителей, ушли практиканты, многие сотрудники тоже разбежались по домам. Редкие любители истории еще бродили по опустевшим выставочным залам, рассматривая различные экспозиции, но и их становилось все меньше.

Эвелина Крылова обожала такое время, когда в музее все стихало, а в залах и коридорах смотрители начинали выключать яркий верхний свет, оставляя лишь дежурное освещение. Горели лишь настенные светильники, а многочисленные витрины и статуи в их тусклом свете отбрасывали на пол и стены причудливые тени, которые можно было принять за диковинных фантастических существ.

Очередной рабочий день подошел к концу. Эвелина шагала по пустым залам, направляясь к одному из складов, куда сегодня доставили новые экспонаты откуда-то с раскопок в окрестностях Нового Ингершама. Ей нужно было убедиться, что количество привезенных ящиков соответствует указанному в сопроводительных документах.

В некоторых музейных помещениях еще сохранились старые паркетные полы, которым была уже не одна сотня лет. Посетители ходили по ним целыми днями, но когда музей пустел, доски паркета начинали сами собой выпрямляться. Этот процесс сопровождался тихим скрипом, напоминающим звуки шагов, что порождало массу слухов о невидимых призраках, ночами разгуливающих по выставочным залам. Эвелина и сама когда-то здорово пугалась, слыша этот скрип, но со временем привыкла не обращать на него внимания.

Пугали и статуи, которых в музее было очень много. Из блестящего мрамора, гранита, глины и гипса, сделанные в полный человеческий рост. Казалось, они безмолвно следят за посетителями пустыми мертвыми глазами. В полумраке и тишине было очень сложно не обращать на них внимания, но и к этому она тоже привыкла.

Единственное, что Эвелину еще немного пугало, – это многочисленные маски, развешанные в коридорах за блестящим стеклом. Древние, языческие, ритуальные, привезенные сюда со всех концов земного шара. Больше всего пугали посмертные маски известных исторических личностей. Бледные лица покойников, подсвеченные особым образом, вызывали у Эвелины дрожь. Проходя мимо них, она каждый раз ожидала, что они сейчас пошевелят губами или откроют глаза. По слухам, половина из этих масок была проклята. Информация об этом иногда попадалась ученым в старинных дневниках, справочниках и письмах, но многие посетители платили немалые деньги, чтобы на них полюбоваться.

Вообще, если учесть, что большая часть экспонатов была обнаружена при раскопках древних гробниц и погребальных курганов, немудрено, что над некоторыми вещицами тяготели старинные проклятия. Эвелина сама видела древние книги, свитки и фолианты, где были описаны эти артефакты. Как правило, книги находили в тех же местах.

Будь Крылова хоть немного суеверной, подумала бы, что в исторический музей не помешало бы пригласить армию оккультистов, шаманов и священников, чтобы провели здесь пару десятков обрядов очищения. Не случайно же по музею постоянно ходили слухи о разной чертовщине. Взять ту же историю с Константином Перелозовым, который утверждал, что видел тут свою покойную жену.

Эвелине вдруг показалось, что кто-то идет за ней, пытаясь попасть в такт ее шагам. Она замерла и резко обернулась. Никого.

Ну вот! Эвелина покачала головой. Стоит только подумать о мистике, и тут же начинает мерещиться невесть что. Она продолжила путь, а старый паркет по-прежнему скрипел далеко за ее спиной. Только теперь этот звук и впрямь напоминал скрип крадущихся шагов. Определенно, пора было заканчивать с делами и отправляться домой.

Эвелина быстро добралась до одной из служебных дверей и вышла из очередного зала на темную лестницу, ведущую в подвал здания.

На каменные ступеньки падал тусклый свет желтых ламп, закрепленных на стенах. Дверь за ее спиной гулко захлопнулась, отрезав статуи и маски, и Эвелина едва не подпрыгнула от неожиданности. А нервы и правда пошаливали. Но это и не удивительно после всего, что здесь произошло за последние дни.

Осторожно спускаясь по ступенькам, она постаралась успокоиться, мерно и ровно дыша. Эвелина спустилась уже на пару этажей, когда где-то наверху снова хлопнула дверь. Та самая, через которую она недавно вышла на эту лестницу.

Эвелина замерла, напряженно прислушиваясь. Может, она неплотно прикрыла дверь, и та теперь хлопала от сквозняка? Но откуда взяться сквозняку, когда все окна на этаже закрыты и зашторены? Нет, там явно что-то другое.

Внезапно Эвелина ощутила озноб, поднимающийся по ногам. Черт, нельзя так! Сама себя накрутила, а теперь пугается каждого шороха. Она быстро преодолела все оставшиеся ступеньки.

Толкнув тяжелую дверь, ведущую в подвал, Эвелина зашагала по