Весь Роберт Хайнлайн в одном томе - Роберт Хайнлайн

Наконец я опять спустился в рубку связи и увидел, что Чет заметно повеселел.

— Они выручили их! — объявил он. — И уже взлетели.

Я принялся было его расспрашивать, но он отвернулся, чтобы передать радостную весть по системе оповещения. Тогда я бросился наверх, чтобы взглянуть, не показался ли вертолет.

Я увидел его рядом с вершиной холма, милях в полутора от нас.

Он быстро летел в сторону корабля. Вскоре мы уже могли различить внутри кабины фигуры людей. Когда вертолет подлетел ближе, кое-кто открыл иллюминатор на стороне, обращенной к нам.

Капитан управлял вертолетом не очень умело. Он попробовал посадить его прямо с ходу, но не рассчитал направления ветра, и ему пришлось вернуться на прежний курс, чтобы сделать еще один заход. Этот маневр подвел машину так близко к кораблю, что мы снова увидели лица отдельных людей. Я видел дядю Стива, он узнал меня и помахал рукой; не крикнул, а только помахал. Дасти Родс сидел с ним рядом и тоже заметил меня. Он улыбнулся во всю ширь, махнул рукой и крикнул:

— Эй, Том! А я спас твоего приятеля!

Он потянулся к кому-то за своей спиной, а затем я увидел голову Перси и его раздвоенное копытце, показавшееся в раме иллюминатора, причем Дасти одной рукой держал поросенка, а другой указывал ему на меня. Оба радостно ухмылялись.

— Спасибо! — заорал я в ответ. — Привет, Перси! Вертолет развернулся в нескольких сотнях футов за кораблем и снова пошел по ветру.

Теперь он летел прямо на корабль и уже должен был вот-вот коснуться палубы, когда нечто высунулось из воды прямо под вертолетом. Кто-то потом говорил, что это машина, но мне показалось, что это был слоновый хобот невероятных размеров. Струя воды, такая тугая, могучая и блестящая, что она смотрелась как стальная полоса, вылетела из хобота; она ударила по краю винта, и вертолет закачался.

Капитан наклонил машину, и она ускользнула от контакта со струей. Но та последовала за вертолетом, ударила в фюзеляж и опять задела ротор; вертолет резко и опасно наклонился и стал падать.

В минуты опасности от меня мало толку; нужны часы, чтобы я понял, что следовало бы делать в тех или иных обстоятельствах. Но на этот раз я действовал автоматически. Кинулся вниз к трапу, не считая ступенек, и почти мгновенно оказался на грузовой палубе. Люк, выходивший на нужную сторону, был закрыт еще с тех пор, как капитан приказал его задраить несколько часов назад. Я навалился на рукоять, и дверца стала скрипя открываться. Затем оглянулся и увидел то, что было нужно, — шлюпочные фалы, уложенные прямо на полу в свободные бухты и еще не убранные. Я сорвал конец с кнехта и оказался у люка еще до того, как его дверь успела окончательно открыться и лечь на палубу горизонтально. Искалеченный вертолет плавал прямо подо мной, а в воде барахтались люди.

— Дядя Стив! — завопил я. — ЛОВИ!

И зашвырнул конец так далеко, как только смог.

Я даже не видел дядю Стива, когда окликнул его. Все мои поступки диктовались той единственной мыслью, которая сейчас билась в моем мозгу. Потом я увидел его — гораздо дальше от того места, куда я мог бы швырнуть конец. Я даже слышал, как он крикнул «иду, Том!» и стал отчаянно грести к кораблю.

Я был в каком-то стопоре и чуть было не начал тянуть фал обратно, вероятно, с целью швырнуть его подальше, но, к счастью, до меня дошло, что конец, возможно, упал вблизи кого-нибудь еще. Я опять заорал:

— Гарри! Прямо у тебя за спиной! Хватай!

Гарри Гейтс перевернулся в воде, рванулся к фалу и схватил его. Я принялся тянуть.

Я чуть не потерял Гарри, когда уже подтянул его почти к самой корабельной обшивке. Одна его рука практически вышла из строя, и он едва не выпустил канат. И все же общими трудами мы умудрились вытащить Гарри наверх и в люк; из этого ничего бы не вышло, если бы корабль сидел в воде хоть чуть менее глубоко. Гарри рухнул на палубу ничком, задыхаясь и рыдая.

Я выхватил конец фала из его сжатого судорогой кулака и бросился к люку, чтобы швырнуть его дяде Стиву.

Вертолет исчез, дядя Стив исчез, поверхность воды была чиста, и только Перси, голова которого высоко высовывалась из воды, с суровым упорством продолжал плыть к кораблю.

Я еще раз удостоверился, что на воде не видно ни единого человека. А затем подумал — что же можно сделать для Перси?

Бедный свиной окорочек не мог ухватиться за фал, это уж точно. Так, может быть, удастся накинуть на него лассо? Я с трудом принялся вязать скользящую петлю на толстой веревке. Но едва это у меня получилось, как раздался пронзительный визг ужаса; я высунул голову наружу как раз в тот момент, когда что-то утащило Перси под воду.

Нет, его схватила не пасть. Я очень надеюсь, что это была не пасть.

Глава 15

Долг превыше всего

Не знаю, чего я ожидал после атаки неведомых левиафанов. Мы все ходили как очумелые. Кто-то попытался выйти на смотровую вышку и поглядеть, как там и что, но тут снова появился водомет и чуть не смыл с палубы одного из нас, после чего капитан Уркварт приказал всем членам команды оставаться внутри корабля, а люк закрыть.

Я, конечно, не ожидал получить приказ, который поступил сразу же после ужина (если это можно назвать ужином; большинство обошлось сандвичами), обязывающий меня немедленно явиться на совещание заведующих отделами.

— Это ведь ты, Том? — спросил меня Чет Трейверс. — Мне сказали, что дядюшка Альфред числится больным. Дверь его каюты заперта.

— Тогда, наверное, я.

Дядюшка перенес случившееся очень тяжело и слег в постель, приняв успокоительное по распоряжению единственного оставшегося в живых медика — доктора Пандита.

— Ну, тогда тебе лучше поторопиться.

Сначала я отправился в каюту капитана Уркварта, но обнаружил, что там темно, потом, сообразив, в чем дело, побежал в капитанскую. Дверь была открыта, и кое-кто уже сидел вокруг стола, во главе которого восседал капитан Уркварт.

— Отдел спецсвязи, сэр, — доложился я.

— Садитесь, Барлетт.

За мной вошел Гарри, и Уркварт встал, закрыл дверь и снова сел на свое место. Я огляделся и подумал, что это довольно-таки странное совещание завотделами. Гарри был единственным боссом, который занимал эту должность при старте корабля с Земли. Мистер Истман сидел на месте коммодора Фрика. Мама О'Тул давно умерла, теперь погиб Кас, так что