Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

Глава 84. Сарутоби Хирузен

Хирузен начал разминать плечи. Это был маленький ритуал, который видели немногие и понимали ещё меньше. Те кто воевал рядом с ним достаточно долго знали что это означает. Это был не переход в боевой режим в том смысле в каком об этом говорят новобранцы. Это был просто момент, когда Сарутоби Хирузен переставал быть Хокаге и становился тем чем был до этого звания и после него, шиноби. Просто шиноби. Одним из лучших живых на этой земле в это время.

Руки стали чувствоваться лучше. Обе сразу. Оками что стоял у последнего АНБУ который создал немного проблем смотрел на него отмечая это. Вокруг лежал свет, освещая по камням длинными тенями, тридцать человек отдыхали вокруг в разных позах. Дышали все. Это было принципиально. Не потому что Оками боялся последствий, просто не было смысла.

Двенадцать метров между ними, несколько камней, запах горного воздуха и остывшего пепла.

— Ладно, — сказал Оками.

Хирузен не ответил. Отбросив шляпу и хаори, он уже двигался. Под одеянием оказался чёрный доспех что сверкал в этом свете. Чакра-проводящая сталь успел подумать Оками, оценивая фуин-печати на боевых доспехах.

Скорость была высокой, полная скорость сразу, с первого шага. Расстояние в двенадцать метров исчезло так быстро что любой из лежащих вокруг АНБУ, доведись им наблюдать, увидел бы только смазанный силуэт. Правая рука Хокаге с раскротый ладонью пошла в горло, чакра собранная вдоль кости предплечья была с плотностью, которая раскалывала камень. Удар был точным, идеальным по геометрии и по силе вложения.

Оками слегка повернул голову. Ребро ладони прошло в сантиметре от уха. Поток воздуха взъерошил волосы у виска, а чакра Хирузена ощущалась даже без контакта, она была горячая, плотная, с той особой насыщенностью которая появляется только у людей проживших в бою не один десяток лет. Хорошая чакра. По-настоящему чувственная как у других Каге, оценил Оками.

Левая рука уже шла. Снизу, под рёбра, прямой удар с разворотом бедра, вложенный полностью без остатка. Оками принял его предплечьем, не уходя. Просто поставил руку и принял. Хирузена отбросило на полшага назад.

Он восстановил позицию мгновенно, тело выравнивалось быстрее чем успевало прийти осознание. Осознав что-то тот посмотрел на своё предплечье, потом на Оками. Что-то в глазах изменилось.

— Интересно, — сказал тихо Хирузен.

Он ударил снова. Проведя серию из четырёх ударов, каждый удар с чакрой в костяшках целился в разные уровни, горло, солнечное сплетение, висок, снова корпус. Прямо как учебник идеальной работы рук, безупречная механика, темп на пределе восприятия.

Оками стоял на месте. Он не уходил и не блокировал. Просто стоял и смотрел как четыре удара проходят один за другим сквозь пространство где находилось его тело или где казалось, что оно находилось. Каждый раз на долю секунды его там не было. Это не была телепортация в полном смысле, не рывок со скоростью глаза. Просто его нет там куда бьют. И есть там, где не бьют. Разница настолько минимальная по перемещению и настолько огромная по эффекту.

И поэтому Хирузен просто остановился посмотрев на свои руки.

— Ты не блокируешь, — сказал он.

— Нет смысла.

Пауза. Хокаге оценил это по-своему.

— Значит я слишком медленный.

— Не медленный, — ответил Оками. — Просто читаемый.

Это было сказано без снисхождения. Как факт. Именно это и было неприятнее всего, не высокомерие, не пренебрежение. Просто спокойная констатация, как говорят о погоде или о направлении ветра. Нахмурившись Хирузен начал складывать печати.

Обеими руками, сразу. Скорость формирования знаков была такой что пальцы превращались в смазанные полосы. Это была не простая техника, не базовый нинпо для начального уровня, Оками чувствовал как пространство вокруг Хокаге реагирует на накопление чакры, как воздух темнеет на самую малость, как напряжение ткани реальности увеличивается с каждым следующим знаком. Что-то многоуровневое, что-то требующее точности и концентрации которая большинству шиноби недоступна просто в принципе.

Обезьяна — Тигр — Змея — Птица — Дракон — снова Обезьяна.

Техника уровня выше чем обычные ниндзя могут сделать лично.Земля под ногами Оками вздрогнула. Из камня начало проступать что-то большое. Каменный великан разворачивался из скалы, и его форма уже читалась там были руки, торс, голова, каждая деталь была пропитана чакрой Хирузена, способная раздавить небольшое здание.

Оками посмотрел на это секунду. Потом поднял руку и положил ладонь на грудь каменного великана, когда тот ещё только выпрямлялся.

Маны было потрачено столько сколько тратят на то чтобы зажечь костёр, и великан остановился. Замер в половине движения, одна рука была поднята, а другая опущена, голова успела повернутся к цели. Потом медленно, как засыпающий человек, осел обратно в скалу и стал просто камнем. Чакра Хирузена в конструкции не исчезла, она осталась внутри, просто без возможности двигаться. Запечатана не в знаках, а в самой ткани пространства вокруг.

Хирузен смотрел на это не двигаясь не понимая как это возможно. Потом снова начал складывать знаки. Но уже другие и быстрее. Молния на этот раз, создал узкий концентрированный разряд, прицельный, не для разрушения территории а для точечного поражения. Цвет чакры изменился, синий с белым краем, и воздух между ними стал пахнуть озоном.

Разряд пошёл точно. Идеально точно. В центр груди, с упреждением, учитывая все предыдущие движения Оками, рассчитанный на то чтобы поймать в момент перемещения а не там где стоит. Но Оками не переместился.

Разряд пришёл в грудь, была вспышка белого, запах горелой ткани на рубашке и Оками качнулся на полшага назад. Когда свет вернулся к нормальному, посмотрел вниз на дыру в ткани рубашки. Потрогал пальцем, чувствуя как кожа под ней была тёплой и чуть красной, как после сильного солнца.

— Это было хорошо, — сказал он.

Хирузен смотрел на него, не веря своим глазам, что видят.

— Молния, — произнёс Хокаге тихо. — Ты принял её намеренно.

— Хотел прочувствовать.

— И?

— Щиплет, — ответил Оками. — Самую малость.

Тишина на горном уступе была такой что слышно стало как ветер тянет с севера над скалами. Где-то далеко внизу птица начала кричать и замолчала, будто тоже прислушивалась.

Хирузен стоял. Лицо его не выражало страха, люди такого уровня не боятся в том смысле в каком боятся обычные. Но что-то