Хищники будущего. Слепой охотник - Николай Андреев

Группа ехала по горной петляющей дороге. Неожиданно Жак остановился, прикрыл глаза ладонью и громко произнес:

— На противоположном склоне какой-то странный блеск. Судя по всему, лучи Сириуса отражаются в окулярах бинокля.

Стюарт и Храбров тотчас посмотрели в указанную сторону. После короткой паузы шотландец сказал:

— Три всадника. По прямой километра четыре, не больше. Жаль у нас нет оружия, способного достать мерзавцев на таком расстоянии. Ей богу бы, не промахнулся.

— Успеешь еще, — вымолвил русич, пришпоривая лошадь.

Наемники медленно, но неуклонно приближались к цели своего похода. Путь по горному серпантину оказался сложным и опасным. Вытянувшись в длинную колонну, воины двигались по узкой извилистой тропе. Вылетающие из-под копыт животных камни с глухим шорохом скатывались вниз. Это, конечно, не пропасть, но падение грозило и людям, и лошадям тяжелыми увечьями. Терять же коней земляне не собирались, а потому соблюдали предельную осторожность.

Отряд начал понемногу отставать от беглецов. Впрочем, подобное развитие событий наемников ничуть не пугало. Кроусол идет к монастырю. Негодяй хочет укрыться за его стенами. А раз так, то спешить некуда. Встречи с воинами Света Тонгу не избежать.

Около восемнадцати часов путешественники въехали на широкую каменистую площадку. Постепенно она расширялась, превращаясь в огромную высокогорную долину. С севера и юга плато опоясывали неприступные отвесные скалы, подняться на которые мог только профессионал.

Местный пейзаж навевал тоску и уныние. Голые камни, потрескавшиеся от ветра и резких перепадов температур, редкая чахлая растительность и птицы-падальщики, бесшумно парящие в зеленоватом небе. Чтобы не угодить в западню, земляне предусмотрительно рассыпались в цепь. Однако предпринятые меры предосторожности не понадобились. На плоскогорье не было ни души.

Близлежащие окрестности просматривались на несколько километров вперед. Вдалеке виднелся утес со странным сооружением на вершине. Всю дорогу молчавший шорки кивнул головой в сторону монастыря и бесстрастно проговорил:

— Это и есть база Кроусола.

— Отсюда крепость не выглядит неприступной, — заметил Саттон. — Может, попытаемся захватить ее сходу.

— Не самое лучшее предложение, — возразил Стюарт — Торопиться в подобных случаях не стоит.

— Я согласен с Полом, — откликнулся де Креньян. — Застать разбойников врасплох вряд ли удастся. Тонг наверняка подготовился к обороне. Мне доводилось брать штурмом замки. К сожалению, большие потери неизбежны.

— Дело действительно серьезное, — вымолвил Аято. — Лобовая атака ни к чему не приведет. Внутрь монастыря нам не прорваться. Слишком мало сил. И бандиты это знают.

— Тогда давайте блокируем сооружение, — произнес Белаун.

— Хорошая мысль, — согласился японец. — Но осуществить данный план мы не в состоянии. У отряда ограниченные запасы продовольствия и воды. И пополнить их негде. Надо придумать что-то иное.

Отпустив поводья, воины неторопливо приближались к базе налетчиков. Вскоре они уже без труда могли разглядеть стены и здания монастыря. Без сомнения, храмовый комплекс был возведен очень давно, за тысячи лет до ядерной катастрофы. Ничего подобного путешественники раньше не видели.

На вершину утеса вела единственная дорога шириной не более пяти метров, имеющая ограждение в виде гладко обтесанных каменных валунов. Протяженность подъема составляла метров триста. С какой бы скоростью всадник не скакал, защитники крепости неминуемо его подстрелят.

Архитектура строений поражала своим аскетизмом. Из-за высоких прочных стен торчали остроконечные шпили крыш. Четкие строгие линии, полное отсутствие скульптурных украшений, серые и черные тона. Без сомнения, здесь жили отшельники. Они не хотели искушать красотой дух и плоть.

Узкие прямоугольные окна напоминали бойницы, а три башни, расположенные по периметру, указывали на военное предназначение укреплений. Дорога, ведущая к обители, упиралась в массивные ворота, находящиеся в арке под самой большой башней. Данное обстоятельство позволяло осажденным забрасывать врагов камнями.

Наемники остановились примерно в полутора километрах от монастыря. Жак поднес бинокль к глазам и после короткой паузы сказал:

— Черт подери, словно домой вернулся. Я ведь не раз участвовал в штурмах крепостей. Как сейчас слышу надрывные звуки сигнальных труб. Тысячи воинов идут с лестницами на приступ, а лучники и арбалетчики осыпают друг друга стрелами. Вопли, крики, ржание лошадей. Опускаешь забрало, вынимаешь из ножен меч и вперед, в пролом! Господи, сколько же крови пролито на грешной Земле…

— А сколько еще прольется, — с горечью заметил Пол. — Но в одном ты прав — здания очень похожи на наши церкви и соборы. Я на мгновение даже потерял ощущение реальности. Отличия, конечно, есть, но незначительные.

— Ничего удивительного, — вставила Линда. — Я читала, что Таскона активно вмешивалась в жизнь колоний. Скорее всего, ученые внедрялись в различные государства Земли и влияли на развитие цивилизации. Не случайно многие названия гор, равнин и рек имеют общие корни.

— Не стоит забывать и о людях с «Ковчега», — проговорил Тино. — Осваивая новую планету, они часто заимствовали старые географические названия. Ну, а уцелевшие после природных катаклизмов земляне сохранили прежние. Отсюда и совпадения. В какой-то момент более развитая раса начала навязывать собственные культурные ценности. Живопись, архитектуру, музыку. Думаю, исследователи действовали на свой страх и риск. Общей программы не существовало. Впрочем, никто не собирался уничтожать самобытность варварских народов. Могущественная держава преследовала совсем иные цели.

— Какие? — уточнил Крис.

— Не знаю, — пожал плечами самурай. — Может, они хотели присоединить Землю к Союзу и готовили для этого почву.

— Боюсь, ты ошибаешься, — вымолвил маркиз. — Людей, появившихся с неба, жители дикой планеты восприняли бы как богов.

— Не исключено, — согласился Аято. — Однако слепое поклонение не длится долго. Страх постепенно проходит, и мятежники вступают в войну с захватчиками. Свободолюбивые народы не выносят рабства.

— А при чем здесь храмы? — спросил шотландец.

— Религия помогает решить массу проблем, — пояснил японец. — Важно разбудить в душах людей доброту, милосердие, сострадание. Только так можно сделать шаг навстречу друг другу.

— В твоих рассуждениях есть один серьезный пробел, — возразил де Креньян. — Многие войны вспыхивали именно из-за религиозных разногласий. Вспомни Салаха. Ради гроба Господня мы сражались с сарацинами полторы сотни лет. Тысячи убитых и искалеченных. И в этом безумии виноваты тасконцы? Что-то тут не увязывается…

— Напротив, — улыбнулся Тино. — Все как раз отлично вписывается в схему. Моя страна располагалась на острове и не особенно интересовала ученых. Ситуация с вашими государствами более сложная. Они постоянно контактируют между собой, а потому влияют на развитие цивилизации. Без сомнения, наблюдатели вмешивались ход истории.

— Но двести лет назад произошла ужасная катастрофа, — произнес Олесь, — и тасконцы покинули Землю.

— Правильно, — подтвердил самурай. — Внедренные идеи претерпели изменения. К сожалению, не в лучшую сторону. Мракобесы извратили содержание древних святынь. К власти прорвались одержимые фанатики. Найти врага для них труда не