Фантастика 2026-114 - Екатерина Владимировна Скибинских

Единственным, нет, не черным, но темноватым пятном на радужной картине оставался Арэн. Он решал какие-то последние дела в связи с переводом Кортего в столицу, где работала исследовательская группа, что-то там еще проверял в организмах и магии обоих Сантеро, договаривался с ними о том, что по окончании учебы у Сая и переквалификации у Арриса оба подключатся к работе группы… в целом был занят, деловит и бодр. Мы общались так, словно ничего не произошло. Даже моя иррациональная обида поугасла, и в груди больше ничего не жгло и не болело. Я для себя признала, что целитель все сделал правильно и помог предотвратить множество проблем. И ему было нелегко. И он вовсе не плохой человек и не манипулятор в худшем значении этого слова.

Но… но. Это просто не мой человек.

— Саяра, мы можем поговорить? — В этот солнечный день ранней весны у меня лекции закончились немного раньше обычного. Я вышла прогуляться по аллеям академического парка. И встретила Арэна.

— Конечно. — Я вздохнула и улыбнулась. — Пойдем пройдемся. Ты сегодня уезжаешь в столицу, верно?

— Да, — после довольно долгого молчания подтвердил мужчина и осторожно взял меня под руку. Я не возражала — жест был достаточно вежливый и особо ни к чему не обязывающий. — Все мои дела тут закончены. Кроме одного…

— Мой ответ ты знаешь, — все так же спокойно улыбнулась я.

— Саяра…

— Арэн. Давай не будем. Нам обоим ведь и так все ясно.

— Ты все еще моя невеста. И я… не дам согласия на разрыв помолвки. Во всяком случае, пока.

— Да и не надо. — Облака в небе были такими же легкими и кружевными, как мое настроение. — Маги живут долго. Я не собираюсь замуж. Во всяком случае в ближайшие лет двадцать. Или тридцать. А там посмотрим.

— Но и ждать меня эти двадцать лет ты тоже не будешь, верно?

— Конечно, нет. — Я рассмеялась. — Арэн, все, что между нами есть, это слова на бумаге. И мое дружеское к тебе расположение.

— Ты будешь встречаться с Валентайном? — еще через несколько минут молчания спросил целитель.

— Понятия не имею. Может, буду, может, нет. С ним, с кем-то другим или ни с кем. Давай закончим этот разговор, он ни к чему не приведет. Расскажи лучше, что за консультации твоя группа хочет от моей кафедры?

Арэн остановился, придержал меня и несколько секунд пристально смотрел мне в лицо. Я стояла и тоже смотрела на него. Мне было на удивление спокойно. Никакие особые эмоции не тревожили ни по поводу этого мужчины, ни по поводу будущего.

— Я… потерял шанс?

— Да, — не стала я лгать. — Потерял. Хотя он и так был невелик.

— Ты ведь понимаешь, что я не мог поступить иначе?

— Конечно, Арэн. — Я повернулась и заглянула ему прямо в глаза. — Ты все сделал правильно. И ты нам действительно очень помог. Тебе это было нелегко, я понимаю. Я благодарна тебе за это. Ты мой друг. По-настоящему близкий мне человек. Я надеюсь, ты это понимаешь. И если тебе самому когда-то понадобится моя помощь, я приду не раздумывая.

— Но…

— Но я не люблю тебя как мужчину. И вряд ли это когда-либо изменится. Не твоя вина, что я окончательно поняла это именно теперь. Мне правда жаль… Ты все сделал правильно, — повторила еще раз, словно он не поверил, — и ты спас мне жизнь. Я буду об этом помнить всегда. Ты принял трудное решение, я все понимаю. И уважаю тебя за это. Но трудные решения потому так и называются, что имеют свою цену. И никто в этом не виноват…

Арэн довольно долго молчал, просто бездумно шагая по дорожке среди расцветающих слив. У него были напряжены плечи, а рука, на которую я опиралась, и вовсе ощущалась каменной. Мне бы хотелось ему помочь. Но я молча и терпеливо шла рядом, ожидая, когда он сам справится с собой. Потому что здесь вся моя «иномирная» магия бессильна.

— И все же я подожду, — спустя почти десять минут он, болезненно выдохнув и сбрасывая напряжение, обернулся ко мне. — Я не буду больше на тебя давить. Никогда. Я буду просто ждать. Может быть… когда пройдет время…

— Это твоя жизнь. — Я пожала плечами и снова посмотрела в кружево белых облаков на синем шелке неба. — Ты сам решаешь, что с ней делать. Спасибо тебе за все. И за то, что составил мне компанию. Я пойду к себе, поработаю. Вряд ли мы еще увидимся до твоего отъезда. До свидания, Арэн.

— До свидания… Саяра.

Глава 66

— Можем поговорить? — Хмурый, но спокойный Серый властелин сел на кровати, глядя на меня.

Я зашла к нему попрощаться, ну и еще потому, что он передал через Ги просьбу увидеться перед отъездом. Через час за ним должны были приехать люди из группы по изучению Серых земель. Мне казалось, что по этому поводу все чувствуют облегчение, и Даран первый. Зачем ему понадобилось со мной побеседовать — непонятно, но почему нет?

Цепи с него уже сняли, заменив их браслетами из какого-то легкого синеватого металла. Сотрудничество сотрудничеством, а он все еще преступник, поэтому поблажек ему давать не собирались и контроль оставался жестким.

— Можем, конечно. — Я села в свое кресло. — Слушаю тебя.

Даран какое-то время смотрел мимо меня в стену и молчал. То ли с мыслями собирался, то ли чувствовал сильную неловкость. Я ему не мешала, давая время.

— Тебе не интересно, почему все так вышло? — спросил он наконец.

— Интересно, — согласилась я. — Хотя и непонятно, почему ты решил исповедоваться именно мне.

— Потому что… Впрочем, неважно. Уж конечно, не из-за неземной влюбленности. — Он ядовито сощурился.

Я засмеялась.

— Это да. На любителя острых предметов в стратегических местах ты не похож. Но давай ближе к делу. Время-то идет.

— Мне его всегда не хватает, — болезненно поморщился мужчина. — Вечно тороплюсь. И в этом моя проблема. Собственно, когда-то я вот так же из торопливости влез туда, куда не следовало. И попался одному не слишком… гуманному экспериментатору, тоже занятому, кстати, изучением Серых земель и наследия захватчиков. Это он изобрел печать пустоты на основе каких-то оставленных чужими разработок. И я на свою беду оказался первым подопытным.

Даран выдал все это на одном дыхании и умолк почти на минуту. Я тоже помалкивала, сказать было нечего, да ему и не требовалось ответа.

— Я тогда уже был преподавателем в академии. Не этой. Ее вообще расформировали больше двухсот лет назад.