Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

- Ну вот, а ты меня попрекаешь цветом кожи и хочешь убить перегрузками…

- Не ври, не попрекал! А по поводу недоверия, прости друг, отныне буду всегда кричать; "О, мавр, ты прав!"

Истребитель опять снижался в сторону задымленного узкого ущелья, и оператор вооружения несколько заволновался из-за плохой видимости. Его боефикатор словно подёрнулся изнутри белесым туманом:

- Николя! Делай свечку! Я лучше сверху ещё две последние кассеты с бомбами сброшу и вся недолга…

Но одушевлённый своими сбывшимися выводами штурман, вдруг обозрел ещё нечто ценное на своих виртуальных экранах. Он даже сдерживаться не стал от восторга и боевого азарта:

- А ведь это из база! Точно, ребята, что б я провалился! Вон видны открытые створки большого ангара. По низу, Николя, понизу иди! А ты Малыш не зевай и всеми торпедами бей!

Начавшийся было подниматься нос "Гузера" вновь резко клюнул вниз и с ревом несущего смерть торнадо вонзился в клубящийся дым.

- Зря мы так рискуем…, - бормотал недовольный Малыш, продолжая, тем не менее, заливать смертоносными снарядами, как оставшийся целым корабль пиратов, так и мечущиеся во все стороны, дезорганизованные толпы противника. Основной удар тоже успел нанести: направил в створ виднеющегося ангара все четыре оставшиеся торпеды да две большие ракеты. Напоследок ещё и обе кассеты с бомбами вывалил.

За мелькнувшей тенью внешнекосмического истребителя, на поверхности образовался ещё больший ад, но не успел экипаж довести радостный крик победы до максимального пика, как тут же крик радости перешёл в стон отчаяния. Все трое прекрасно увидели на своих боефикаторах, как из клуба дыма и пламени, охватившего ущелье, следом за "Гузером" вынырнули две огненные полоски искрящего огня.

- "Берсерки два"! - выдохнуло в унисон три рта.

Пираты имели баснословно дорогое оружие "последней надежды" и успели его каким-то образом использовать. А от такой его модификации, на таком расстоянии и на такой мизерной высоте практически не существовало спасения. Конечно, как пилот, так и оператор бортового вооружения сделали всё, что возможно. И даже достигли невероятного, если можно так сказать, успеха. Сразу два облака противоракетной магнитной стружки и три десятка мини-ракет перехватчиков, совершили чудо: один из берсерков взорвался за две сотни метров до намеченной для него цели. Зато второй отработал на все сто. Почти непобедимый, наводящий страх на врагов только одним своим видом истребитель, вздулся багровым облаком взрыва, разлетаясь в стороны крупными и мелкими обломками.

Хотя всего лишь за секунду до этого вверх взлетела реактивная спасательная капсула. Погибающий "Гузер" предоставил своему экипажу последний шанс для спасения.

Глава первая

3594 г. начало осени, окраины системы Вихелоуса

Сутки спустя.

Командир базы шестого пограничного сектора системы Вихелоуса, невысокий, широкоплечий крепыш, уже минут двадцать метался перед троицей стоящих навытяжку офицеров и ругался. Витиевато ругался, а порой и вовсе…нехорошо. Но оборванные, прокопченные гарью и убелённые свежими бинтами воины терпеливо сносили все несуразности в свой адрес, стараясь не краснеть и выглядеть невозмутимыми предметами внутреннего интерьера. Сказывался большой опыт таких выволочек.

Тем более что подобная линия поведения с разъярённым полковником срабатывала всегда, везде и лучше всего: он уже заметно выдохся и теперь стал сбиваться на частые повторы:

- Вам только на фанере летать! Такой истребитель просра…! А знаете, что мне стоит новый выбить?! Дырку от бублика вы знаете! И не узнаете никогда! Потому что вам… Вам только на фанере…!

В какой-то момент командир осознал всю бесполезность безадресной ругани и перешёл на индивидуальный метод. Первым подскочил к самому длинному, ростом в двести три сантиметра оператору бортового вооружения, который стоял по центру "строя". Хотя как раз чтобы заглянуть тому в глаза, крепышу-полковнику пришлось бы встать на табуретку:

- Ты! Вот скажи мне, когда уже твоя деланная рассудительность станет совпадать с жизненной необходимостью? А? Чего молчишь, господин Агнер Ллойд!? - хорошо было известно, насколько стрелок ненавидел своё официальное имя, по которым он проходил по бумагам и ведомостям. Хоть оно и было ненастоящим, но всё равно ненавидел. - Или тебе напомнить твоё же любимое выражение: "Удар судьбы в лоб, означает, что не возымели действия её пинки взад". Как раз о тебе! Не находишь? Из-за твоей мягкотелости вы все могли сейчас где-то там валяться в виде обгорелых кусков мяса! Или висеть безголовыми чучелами в пыточных подвалах! Ты об этом подумал?! Чего молчишь? Или тоже молчал, когда следовало остановить своих товарищей и надоумить их не путь истинный?

Наверняка полковник уже прослушал каждое слово записи с борта истребителя перед его катастрофой и знал, что Малыш как раз и пытался предупредить от слишком резкого снижения к земле. Что, в конечном итоге, и лишило реальных шансов отбиться в момент опасности от ракет "Берсеркер-2".

Но ведь не станешь сваливать вину на товарищей, подставляя их и выгораживая себя. Истинные аристократы, представителями которых и слыл высоченный Малыш, так не поступают. Поэтому оператор, со знаками различия капитана только повинно склонил голову, и даже в какой-то момент показалось, что он стал ниже ростом, чем полковник.

Делающий разнос начальник раздосадовано фыркнул и, шагнув влево, вызверился на командира экипажа:

- Тебе уже сколько лет?! Двадцать?

- Никак нет! - выдохнул Николя. - Двадцать восемь недавно исполнилось.

- Не может быть! - злобно ёрничал полковник, в притворном изумлении приседая и хлопая себя ладонями по коленкам. - Двадцать восемь? Почти моего возраста?! И всё ещё капитан? - хотя на самом деле командиру базы уже было за сорок. - А по твоим действиям - больше двадцати не дашь. Словно зелёный молокосос прёшься на любое восклицание типа: "Ой, вон там баба голая мелькнула! Где?! Дайте и мне глянуть!" Тьфу! Да ты не гордость наших космических сил, а…, а… Э-эх!

Он замялся, но так и не подобрав подходящего слова, махнул рукой со всего плеча. Затем резко шагнул два раза вправо и уже чуть