Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

class="p1">— Вряд ли вы найдете кого-то лучше, чем его сиятельство Григорий Распутин, — сказал я. — А он мне вроде как немного должен. Ну, или нет. Но не думаю, что он откажется от того, чтобы мне помочь в данном вопросе.

Анна замерла. На ее лице появилось недоумевающее выражение, как если бы одна часть ее сознания понимала, что именно я имею в виду, а вот другая все еще не могла поверить в услышанное.

— Григорий Распутин? — переспросила она. — Тот самый Распутин?

— Да, — кивнул я с улыбкой. — Тот самый. Раз уж меня уже дважды с того света вытаскивал, то, думаю, и тут справится.

В том, что подобное ему по силам, я даже не сомневался. Другое дело, что, как бы я тут не хвалился, на самом деле какая-то часть меня всё ещё сомневалась. Как если бы я сильно переоценивал всю ту глубину признательности, которую Распутин ко мне испытывал.

После последних событий и явного участия в них Меньшикова я уже ни в чём не был уверен.

— Тогда я буду только рада, если он вернётся вместе с тобой, — наконец произнесла Анна. — И, Александр…

— Прошу, не нужно, — произнес я, моментально почувствовав, что именно она хочет сказать. — Поверьте, тот факт, что мы смогли вам помочь, уже сам для меня награда.

Я вдруг сам улыбнулся, вспомнив всё, что случилось.

— Да и чего уж греха таить. Это было… интересно.

Моё признание на несколько мгновений вызвало у неё растерянность, а затем она рассмеялась. Звонко и весело. И с того момента, как я приехал сюда, это был первый раз, когда её смех звучал так радостно и легко. Оно и не мудрено. Тяжёлый и мрачный груз, довлеющий над ней всё это время, больше не висел над неё головой, подобно дамоклову мечу, способному в одночасье прервать не только её собственную жизнь, но и жизнь её, ещё не успевшего родиться ребёнка.

И теперь ничего этого не было. Её будущее, несмотря на все возможные и связанные с новым положением трудности, казалось, как бы абсурдно это ни прозвучало, куда более счастливым и безоблачным, чем всего несколько дней назад.

— Поразительно, — произнесла она, глядя на меня с озорным блеском в глазах.

Выражение веселья на её лице было столь заразительным, что я и сам не смог справиться с собой.

— Что?

— Ты удивительно похож на Вячеслава в его молодости, — ответила она. — Он тоже каждый проблемный и сложный процесс называл… интересным. Даже те, где он находился на грани провала, но…

— Но каждый раз выкручивался, да? — уточнил я, закончив предложение за неё.

— Да, — уже тише сказала она. — Каждый раз.

А затем отодвинулась в кресле и поднялась на ноги.

— Я хотела бы, чтобы ты пошёл со мной, — сказала Анна. — У меня для тебя кое-что есть.

— Что вы…

— Пойдём, — произнесла она, прервав меня и явно не желая говорить об этом сейчас. Не из желания что-то скрыть. Скорее больше потому, что… Какое-то странное чувство. Она словно не хотела портить какой-то сюрприз.

— Что же, ведите.

Я поднялся на ноги и последовал следом за ней. Мы покинули принадлежащий хозяйке поместья кабинет и направились по коридору к лестницам. Сначала спустились на первый этаж, а затем и ниже, в подвал здания.

— Вячеслав, должно быть, рассказывал тебе о том, как я познакомилась с Эдвардом? — спросила она, спускаясь по ярко освещённой лестнице.

— Да. Если не ошибаюсь, вы тогда жили в Британии, а Эдвард приехал туда по каким-то делам, — вспомнил я, идя следом за ней. — А неплохо тут у вас.

Если бы не отсутствие окон, то я бы никогда не понял, что спустился под землю. Стены, пол и потолок, да и вообще всё окружающее пространство тут было отделано и декорировано ничуть не дешевле, чем помещения поместья наверху. И так же ярко освещено. Ни капли мрачности или тяжести. Лишь светлые тона и много свободного пространства.

— Спасибо, — улыбнулась она. — Здесь расположены кладовые, винное хранилище, служебные помещения и много чего ещё. Что же касается нашего с Эдвардом знакомства, то тут ты прав. Это правда случилось четырнадцать лет назад. Эдвард действительно приехал туда для того, чтобы решить несколько деловых вопросов. Но была и ещё одна причина.

Анна подошла к большой и тяжёлой на вид двери. Вынула из кармана своего свободного костюма небольшую связку и быстро нашла на ней нужный ключ.

— Видишь ли, Александр, Эдвард всегда любил коллекционировать разного рода… предметы.

— Артефакты? — предположил я.

— Не магические, если ты об этом, — поправила она меня, одновременно вставляя ключ в замок и отпирая дверь.

— Позвольте, — предложил я, потому что непрестанно беременной женщине толкать тяжёлые двери, но Анна лишь рассмеялась.

— Не переживай. Это не так трудно, как может показаться на первый взгляд.

И тут же, подтверждая свои слова, одной рукой взялась за ручку и открыла дверь. Та спокойно повернулась, открывшись на идеально смазанных петлях без единого звука.

Внутри находилось то, чему лучше всего подошло бы название «хранилище». Широкая, около шестидесяти или чуть меньше квадратных метров комната, заставленная полками и стеллажами из резного дерева. Стоило только нам перейти порог, и Анна коснулась выключателя. Тотчас же на полках загорелась подсветка, осветив полки и лежащие на них предметы.

— Эдвард всегда любил коллекционировать предметы старины, — произнесла Анна, проходя в глубь комнаты. — Не только искусства и драгоценности.

Но тут её слова и не требовались. Я уже и так это понял. На бархатных подушках хранились ювелирные изделия. Кольца. Браслеты. Ожерелья. Порой, уложенные в специальные футляры, там лежали просто драгоценные камни. На одной из полок я заметил коробочку, внутри которой лежало больше двадцати крупных, сияющих идеальным перламутром жемчужин.

Но этим коллекция Харроу не ограничивалась. На постаментах стояли мраморные статуи. Вазы с невероятной красоты росписью. Рядом с одной из стен тянулась цепочка того, что больше всего походило на терракотовые изваяния древних воинов. Напротив них, в специальных нишах висели картины, часть из которых были закрыты колпаками из прозрачного стекла.

— Богато, однако, — пробормотал я, разглядывая все эти сокровища.

— Да, — не стала спорить Анна. — Семья Эдварда собирала свою коллекцию почти полторы сотни лет. Для них это стало чем-то