"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

– Но почему? – спросила я.

– Потому что в нем аэтер и стихии, – медленно проговорил Алвар, глядя прямо перед собой. – В Свири ее выбор был невелик: лишь ты. Освободись она тогда, смогла бы стать тобою, как некогда Раминой. Стихия Воды, верно, перешла бы с нею, как и стихия Земли. А вот в Димаре есть то, чего нет у нее: Огонь и Воздух.

– Но что ей это даст?

– Ударь сейчас княжич Димара кинжалом, Дева смогла бы разбить каменные стены вокруг себя даже сквозь опутавшие их письмена, – все так же глядя в никуда, пояснил Алвар, – ибо рядом погибал бы носитель аэтер. Жажда спасти часть себя сильнее темницы стихии. А войдя в тело твоего сына, аэтер уже не начала бы рассеиваться, как века назад. Стихии встали бы на ее защиту.

– И Дева тогда успокоилась бы? – спросил княжич.

С замершим сердцем я перевела на него взгляд. Вдруг он решит, что игра стоит свеч?

– Я не знаю, – выдохнул Алвар и, зажмурившись, резко согнулся пополам.

– Что случилось? – испугалась я.

– Все хорошо, краса, – сквозь зубы прошептал он. – Как бы она ни ярилась, с моими людьми Димар в безопасности. Ни один из них не причинит вред носителю своей стихии.

Я невольно поежилась, осознавая, что прямо сейчас идет невидимая мне борьба за жизнь моего сына. Если мы выживем, смогу ли я когда-нибудь отблагодарить Алвара за то, что он делает? А ведь стихии Земли в Димке нет, значит, Миролюб вправду мог бы…

– Коль мне хватит сил, ясно солнышко, я не причиню вреда твоему сыну, – словно прочитав мои мысли, произнес княжич.

Могла ли я ему верить? Впрочем, кажется, у меня все равно не было выбора.

– Спасибо, – прошептала я.

– На лодью мне нужно. Чую, на острове сейчас будет неспокойно, – произнес Миролюб и легко коснулся плеча Алвара, который все еще стоял, согнувшись и уперев руки в колени. – Савоец, ты как? Оставить вас могу?

Алвар кивнул и пробормотал:

– Справлюсь.

Я тоже коснулась плеча Алвара, и он позволил. Потянувшись к его эмоциям, я поняла, что они больше не укрыты от меня чужой Силой. В этот раз Алвар закрывался сам, и я наткнулась на привычную стену, которая дрожала так, будто что-то за ней пыталось вырваться на свободу.

– Алвар, – я наклонилась к нему и прижалась щекой к его макушке, – позволь тебе помочь, не упрямься. Если с тобой что-то случится, мы все равно все погибнем, понимаешь?

Он втянул воздух сквозь сжатые зубы и, отстранившись от меня, медленно выпрямился.

– Я справлюсь, – упрямо повторил он и попытался привычно улыбнуться, но у него не вышло: бледные губы лишь болезненно скривились.

Вдруг на дороге послышались топот ног и бряцание оружия. Миролюб тут же вытащил кинжал и поудобнее его перехватил. Я в панике оглянулась на миг в сторону дома, куда Вран и Алиш увели Димку, однако не успела сделать и шага, как увидела бегущего к нам Грита. На нем были доспехи, а на поясе болтался меч. На руках он держал дочь.

Миролюб шагнул вперед, будто невзначай становясь передо мной.

– Это племянник старейшины. Он за нас.

– Прости, ясно солнышко, – не оборачиваясь, ответил княжич, – но я не так доверчив, как ты.

Не добежав до нас метра три, Грит ссадил дочь на землю и нетерпеливо махнул рукой Миролюбу, чтобы тот ушел с дороги.

– Кто ты и что тебе нужно? – спросил княжич по-кварски таким тоном, будто находился на своей земле.

– Мое имя Грит, и я бы с удовольствием… – что сделал бы Грит с удовольствием, я не поняла, поскольку не знала таких слов, поняла лишь конец фразы, – да времени нет.

Миролюб, удивительное дело, отошел с дороги. Впрочем, нож не убрал.

Грит подтолкнул дочь в спину, и та неуверенно шагнула в мою сторону, а потом, резко развернувшись, с громким плачем бросилась к отцу и ухватила его за ноги. Она что-то кричала, не давая ему отойти. Лицо Грита скривилось, будто от боли. Он с силой отцепил от себя руки малышки и, нагнувшись к ней, принялся что-то объяснять.

Миролюб отошел еще дальше. Грит, продолжая уговаривать дочь, подвел ее ко мне. Я автоматически сжала худенькие плечи девочки, а Грит вдруг произнес:

– Сохрани ей жизнь.

Я торопливо кивнула. Он же вновь склонился к дочери и принялся что-то шептать ей на ухо. Та наконец замолчала, продолжая крупно вздрагивать. Грит выпрямился и несколько секунд смотрел на меня, будто чего-то ожидая, но не решаясь попросить.

– Алвар, как будет слово «клянусь»? – спросила я.

– Зарит, – отозвался стоявший позади нас Алвар.

– Клянусь, – произнесла я по-кварски.

Грит отрывисто кивнул и, развернувшись, бросился бегом к дороге. Почти тотчас он скрылся из виду за раскидистыми кустами. Грита попыталась было побежать за отцом, но я не позволила: присела на корточки и крепко ее обняла.

– Он скоро придет, – выдавив из себя улыбку, произнесла я.

Грита, зареванная и растрепанная, кивнула, однако слезы так и не перестали бежать из ее глаз.

– Возьмешь моих людей, – сказал Алвар Миролюбу и добавил: – К дому все. Быстро.

Я схватила Гриту за руку, и мы бросились за Алваром, который уже бежал туда. Миролюб поспешил за нами.

У дома нас ждали оставшиеся люди Алвара. Испуганный Димка жался к Алишу, стоявшему у дверей в покои Алвара, а тот не отводил взгляда от облаченных в доспехи товарищей, рассеянно гладя моего сына по волосам. С его лица исчезло привычное дружелюбие.

– По-словенски они не говорят, – пояснил Алвар Миролюбу, – но твоего кварского хватит.

Миролюб приложил ладонь к груди и поздоровался. Воины ответили. Это все не заняло и минуты. Не успела я оглянуться, как Миролюб в сопровождении савойцев скрылся из виду.