"Фантастика 2026-193". Компиляция. Книги 1-31 - Андрей Анатольевич Федин

— Нет, именно, что на стальных, это более простая модель, чем свинцовый. Свинцовый — это спецзаказ и спец разработка, потому и название такое необычное. А стальные — они простые, для обычного народа. Да мы с тобой ни на одном не катались, нам всё равно.

— А есть ещё более быстрые и лучше, чем Свинцовые?

— Говорят, что есть, это военные и правительственные, но я не видел никогда их, только слышал. Секретная разработка!

— Понятно, что секретная. Пошли тогда покатаемся по городу, а потом заедем куда-нибудь в обычное кафе и поедим.

— Поехали тогда сразу на Марсово поле, там узнаем цену на билет, а оттуда уже заедем в кафе и вернёмся в общагу, идёт?

— Идёт!

Так мы и сделали, теперь осталось только найти подходящее для наших целей такси. Хотелось ехать быстро и с ветерком. Лошадь на санях так не сможет, локомобили, пыхтя паром и извергая дым, тоже. Слишком неуклюжие они, тем более, зимой. Автомобили, работающие на новомодном бензине, даже в столице являлись редкими гостями, оставался только самый дорогой вид транспорта — эфиромобиль.

Отойдя от ресторана, мы направились по главной улице, выискивая нужное нам такси. Павлоград жил своей столичной жизнью, в которую мы впервые за несколько месяцев поневоле окунулись. Я шёл, довольный собой и своей жизнью, не думая о тех неудачах, что преследовали меня, или просто имелись в моей жизни. Мягко скрипел снежок под подошвами наших ботинок, лёгкий морозец кусал за розовые щёки, колючий ветер задувал под форменные фуражки, стремясь проникнуть под форменное же пальто, но я не обращал на это никакого внимания.

Вращая головой по сторонам, я рассматривал улицы древнего города и барышень, которые нет-нет, да появлялись на его широких прямых проспектах, следуя по своей надобности. Гораздо же больше их проезжало мимо нас, в закрытых ландо, но об этом можно было только догадываться, видя их лица за стёклами машин. Мы практически отчаялись найти подходящую машину, когда впереди показалась громада собора Святого Павла, а возле неё, на краю площади, что вплотную примыкала к собору, притулился и искомый эфиромобиль. Его мы узнали издали, по характерным обтекаемым чертам передней части.

— Вон он! Идём быстрей, — крикнул Пётр и чуть ли не бегом бросился в его сторону, а я за ним.

Добежав до автомобиля, мы аккуратно постучались в его окошко.

— Чего вам?

Стекло опустилось, и мы увидели недовольное лицо молодого водителя в кожаном шлеме, подбитым густым мехом, наподобие лётного.

— Прокатиться хотим.

— Занято!

— Да мы заплатим.

— Занято, я сказал. Я жду двух барышень. Помолиться зашли в собор, а потом на Марсово поле поедем, так что, извольте меня не трогать, судари.

— Ааа, — разочарованно протянул Пётр. Я же пожал плечами.

— Пойдём тогда, поедим и поедем обратно. Можно и на Неву сходить, посмотреть или просто прокатиться на извозчике.

— Можно, — согласился со мной Пётр, — но уже неинтересно.

— Это точно.

И в этот момент в дверях храма показались две девичьи фигурки. Мы их сразу заметили и, когда они немного приблизились, и мы смогли их рассмотреть, обалдели. Барышнями оказались Женевьева и Дарья, баронесса — одногруппница Женевьевы.

Я чуть язык не проглотил от такой неожиданной встречи. А обе подруги нас и не сразу заметили, пока отошли, пока крестились на кресты собора, пока, занятые своими разговорами, шли к машине, мы так и стояли, не успев отойти от эфиромобиля, глядя на них, как заворожённые.

Глава 9

Прогулка

Первой студентов-первокурсников заметила Дарья и толкнула Женевьеву, вернее, сделала вид, что толкает, ибо само действие противоречило нормам и правилам.

— Смотри, кто стоит возле нашей машины!

Женевьева мигом вперила взгляд в две ей давно знакомые фигуры, в которых с удивлением узнала Дегтярёва и его закадычного друга фон Биттенбиндера. Они, кажется, даже в одной комнате при академии жили, в общежитии.

— Интересно, они за нами следили? — с искренним изумлением проговорила она.

— Нет, просто пришли на дорогую машину посмотреть или вдруг решили прокатиться, — быстро сообразила Дарья.

— Сейчас узнаем, — с насмешкой сказала Женевьева и коротко хохотнула. — Когда подойдём к ним, ты спроси, что они здесь забыли возле нашего такси.

— Спрошу, — кивнула с откровенным злорадством Дарья.

— Только спрашивай не с презрением или холодностью, а с насмешкой, поняла?

— Конечно! — и Дарья понимающе улыбнулась.

Уже понимая, что их заметили, девушки не спеша пошли к эфиромобилю, делая вид, что не замечают смотревших на них двух студентов, одетых в форму Павлоградской инженерной академии, а дойдя, остановились, молча разглядывая двух друзей.

— И что вы здесь стоите, возле нашего такси, кого ждёте? — спросила Дарья.

Оба друга покраснели, но не смогли сразу уйти, они чувствовали себя неловко, но ещё более позорным казалось уйти просто так, не сказав ни слова. Почему-то на это ни Пётр, ни Фёдор так и не решились, и теперь они просто стояли, переминаясь с ноги на ногу, не зная, что сказать в ответ, и продолжали переглядываться между собой. Пауза затянулась, неловкость катастрофически нарастала, грозя перерасти в позорное ретирование двух парней.

Пока шли, Женевьева заключила пари с Дарьей, кто им ответит: Пётр или Фёдор. Она поставила на Петра, а Дарья на Фёдора, и в этом споре никто не выиграл, так как они обе ошиблись. Пётр с Фёдором переглянулись, но так и не решились ничего ответить, вернее, просто не успели, за них ответил водитель, что, видя эту картину, не поленился выйти из машины, наверное, из мужской солидарности, и