Фантастика 2026-145 - Ярослав Яловецкий

— Меня даже знакомили с результатами применения легилименции. Ваш бывший преподаватель полностью уверен в том, что вы хитрая бестия, которая украла у него табун единорогов и при этом умудрилась не попасться. Как вам это удалось? — Принстон Калкин оперся руками об стол и впился в меня цепким взглядом, стараясь не пропустить ни единой эмоции на моем лице.

Я на секунду замерла от неожиданности, а потом повторила жест профессора и встала с другой стороны стола, упершись в него руками.

— Профессор Калкин, когда-то я уже говорила это Дайе Деките и Херрику Шиллану, а теперь повторю вам. Я понятия не имею где именно сейчас находится и чем занимается этот табун единорогов. Но я очень рада, что сейчас животные на свободе и никто у них насильно не забирает то, что они не хотят отдавать.

— А вы уверены, что они на свободе? — Преподаватель уже практически кричал мне в лицо, потрясай полями шапки-поганки, — Может они попали в плен к другому чудовищу? Вдруг их жизни прямо сейчас угрожает опасность и их надо спасать?

На эмоциях, я чуть не заорала «Да!» в лицо вредному старику, удержавшись лишь в последний момент. Но видимо что-то такое все-таки отразилось у меня во взгляде.

— Мисс Грейнджер, свободны. За экзамен по УЗМС вы получаете высший балл, — совсем другим тоном сказал профессор, расслаблено опускаясь обратно на стул.

— Спасибо, сэр. Всего хорошего, — торопливо попрощалась я, чтобы не ляпнуть ничего лишнего.

— Вот же ж, бестия. Врет, а ни одна сигналка не срабатывает, — вроде как себе под нос, но так, чтоб я услышала, пробурчал мне вслед старик. Я чудом не дернулась от его слов и смогла выйти из кабинета, как ни в чем не бывало.

Обратно в спальню я не пошла, есть тоже не хотелось, после эмоциональной встряски надо было расслабиться. Школьный родник для этого подходил лучше всего. Шум воды успокаивал и вымывал из головы лишние мысли. А подумать хотелось о многом. Действительно ли Принстон Калкин преподаватель или он очередной шпион серомундирных, работающий под прикрытием? Выдаст ли он меня мистеру Смиту? Стоит ли ожидать от этой поганки гадостей или ему достаточно понимания, что с животными все в порядке?

От потока мыслей меня отвлек грустный профессор Смирнов.

— Моя идея не сработала, Гермиона, — расстроено заявил козлобродый, усаживаясь рядом со мной на траву. — Наш с вами артефакт не работает.

— Совсем? — Удивилась я, мысленно перестраиваясь с мыслей об единорогах и серомундирных на руны и фриволите.

— На самом деле эффект от пояса есть. Правильный и довольно сильный. Я сравнивал несколько вариантов нанесения этой рунной связки. Рисовал цепочку кровью, краской, вырезал символы на амулете и даже вышивал их на одежде. Наш кружевной артефакт показывает самые лучшие результаты. И, если бы я не видел оригинал в Мунго, я б радовался, как ребенок, что получилось увеличить силу рун практически вдвое. Но я же знаю, как оно может работать! В экземпляре Сметвика потоки магии так сияют, что аж слепят. А в нашей… поделке — это тоненькие ручейки, а не потоки. И вроде текут правильно, в том же направлении и последовательности, но слабо. Слишком слабо, — Даниил поднял с земли камешек и досадой швырнул его в родник.

Сейчас я впервые задумалась о том, что сделает со мной профессор, когда поймет, что я два года ему врала. Видела его старания и страдания, но не поделилась секретом, который знала, позволяя ему раз за разом ошибаться. Простит ли он меня? С одной стороны, я вроде как не обязана. Да и мы не столь уж близки. А с другой…

— Может где-то в схеме ошибка? Или секрет совсем не в кружевах? — Попыталась я натолкнуть его на правильную мысль и при этом не выдать себя.

— Последовательность узлов я перепроверил дважды. Возможно, в оригинале стоят другие концентраторы, да и наощупь тот артефакт совсем другой. Не знаю из чего его сплели, может пропитка какая-то. Гадать можно бесконечно, а Сметвик не даст полноценно исследовать его сокровище, — Смирнов расстроено махнул рукой. И пнув в родник очередной камешек, расстроено ушел в главный корпус.

— Хоть бы не прибил от обиды, когда правду узнает, — пробормотала я, глядя ему в след.

Зато искреннее горе рунолога вымело из моей головы все посторонние мысли, похлеще родника. Можно было возвращаться в спальню и готовиться к отъезду, до которого оставалось то ли еще три дня, то ли всего три дня. Кто скажет много это или мало?

Бонаккорд с нетерпением ждал минуту своей славы. Их кавалькада ковролетов уже вовсю носилась над школой, а с земли их полетом руководил Айдын-оглы, параллельно с этим разгоняя с поля любопытных. Ковры уже летали гружеными и с них периодически падало что-то увесистое. Турок переживал, что кого-то из детей пришибет, а он останется крайним.

Сато тоже ожидала первого серьезного полета в роли погонщика ковра, но на ее лице не было того восторга, который я наблюдала у Михаэля. Японку потряхивало от страха. Она очень сильно боялась сделать ошибку и все испортить.

— Эльза, ну чего ты трясешься? Лучше представь, что ты, как турецкий падишах, возлежишь на ковре и плывешь по небу, наслаждаясь красотами мира и подъедая сладости, — пытался успокоить приятельницу неунывающий Мих.

— В Турции не падишахи, а султаны, — поправила я француза, но он отмахнулся от этого уточнения, показывая, что такие мелочи, как правитель какой-то там страны его не волнуют.

— Сато, хочешь, я тебе винограда куплю или фиников? Будешь плеваться косточками в голову тем, кто тебе досаждал, — внес очередное безумное предложение Михаэль.

— Я больше переживаю за то, чтобы не «плюнуть» кому-нибудь в голову сундуком, — огрызнулась мандражирующая японка.

Сама того не желая, Эльза подкинула Бонаккорду новую тему для глупых шуток. Теперь француз самозабвенно выяснял, при падении сундука за что наказание будет сильнее: за потерянные и испорченные вещи младшекурсников или же за пострадавшего, «поймавшего» этот груз своей тушкой?

Закончилось все тем, что Сато настучала Миху по макушке учебником травологии. И в очередной раз обидевшись, сбежала от нашей компании.

День отбытия из Ильверморни вышел суматошным. Преподаватели суетились отделяя старшекурсников от младших курсов. Детвора упорно не хотела выстраиваться в скучную очередь к камину, когда в школьном дворе готовилось отбытие ковролетов.

Большую часть старших учеников тоже отправили, но уже на метлах, чтоб и они не создавали столпотворение. Я же, как и еще несколько студентов, была задействована в загрузке, поэтому