Фантастика 2026-2 - Олег Велесов

— Госпожа Норико, — склонили головы якудза у дверей кабинета.

— Господин у себя?

— Да, госпожа. — ответил один из мужчин.

Норико кивнула и встала перед раздвижками дверьми.

— Господин, могу ли я войти? — спросила телохранительница громко.

— Входи. — прозвучало из кабинета.

Женщина отодвинула дверь и прошла внутрь.

Старик Оридзава вырисовывал кандзи на огромном белоснежном листе бумаги. Хируко ещё с молодых лет успокаивал так нервы.

— Господин. — Норико приподняла руки, сложив ладони друг на друга, и опустилась в глубокий поклон, прислонив лоб к полу. — Прошу наказать меня. Я не справилась со своим заданием.

Старик продолжал вырисовывать чёрный иероглиф.

— Господин, разрешите войти, — раздалось за дверьми.

— Проходи. — спокойным тоном ответил глава.

В кабинет вошёл Хан. На висках капли пота. В руках белый свёрток, испачканный кровью. Якудза, склонив голову и выставив перед собой руки со свёртком, подошёл к столу главы клана и положил его на столешницу. Хан попятился назад и, приподняв ладони кверху с отсутствующим мизинцем, склонился в глубоком поклоне, опустив голову на пол, вставая на колени.

— Прошу, господин. Во всём виноват только я. Разрешите мне умереть.

Старик рисовал следующий кандзи. Только звук плывущей кисточки по бумаге нарушал тишину кабинета. Когда Хируко закончил, отставил банку с чернилами, утопил кисть в ёмкости с водой и подул на свеже нарисованный иероглиф.

Двери распахнулись, в кабинет вбежала Юна, в глазах слёзы, на щеке отпечаток от пощёчины, похоже, отец не церемонился с девчонкой, высказав всё что думает.

— Дедушка! — девчонка подскочила к сидящему главе. — Дедушка! Это я виновата… прошу… не наказывай никого… только меня!

— Госпожа… — не поднимал головы Хан. — Я ваша тень, я должен был не отступать ни на шаг. Но оплошал. Я заслужил умереть.

— Это моя вина. — спокойным тоном сказала Норико, не отрывая от деревянного пола лба.

— Дедушка…

— Хватит! — прорычал Хируко.

Все умолкли.

— Юна, — посмотрел старик на притихшую красноволосую. — Сколько раз я говорил тебе не сбегать.

Хируко знал о побегах своей внучки, что уж говорить, она и от него умудрялась сбежать, будучи ребёнком. Такая вот неуловимая красноволосая дьяволица.

— Видишь, к чему это привело. — сухо произнёс старик. — Что если тебя убили бы в том переулке? Что тогда?

— Дедушка, — шмыгнула носом девчонка. — Я обещаю… даю слово… больше не сбегать! Пожалуйста–пожалуйста–пожалуйста… не наказывай Норико и Хана!

— Этого мало. — без эмоций произнёс глава. — Что ещё? Что ты готова предложить мне, чтобы я не наказывал их?

— Госпожа. — тихо произнесла Норико, давая понять, что красноволосой не стоит жертвовать собой.

— Госпожа, я готов понести наказание. — без капли сомнений произнёс Хан.

— Дедушка, я готова на что угодно… — ответила Юна.

Старик угрюмо хмыкнул:

— Оридзава не должны обещать того что не могут.

— Я смогу! Только скажи! — завелась Юна. — И я сделаю это!

— Хорошо. — кивнул старик. — Тогда убей Томаса.

— Дедушка…

— Видишь, — хмыкнул дед. — Прежде чем болтать языком, думай головой. — поучительно ткнул старик пальцем в лоб внучки.

— Да, Дедушка. — смиренно склонила голову красноволосая, чувствуя, что старик Хируко стал сменять гнев на милость.

— Юна, — произнёс глава, устало вздохнув. — Я накажу тебя, по–своему. Когда придёт время. Ты можешь быть свободна.

— Дедушка, я…

— Покинь кабинет. — посмотрел серьёзным взглядом старик, и красноволосая тихо вышла в приёмную.

— Хан. — произнёс сухо глава.

— Господин.

— Ты вырос на моих глазах, и мне как сын. Если бы Юна пострадала, ты в ту же секунду лишился бы головы.

— Господин…

— Поднимись. И иди работай. Второго раза не будет.

— Слушаюсь. — якудза с перебинтованной рукой вышел из кабинета, дожидаясь у дверей свою начальницу.

— Норико.

— Господин.

— Ты подвела меня.

— Да, господин.

— Отныне, ты не телохранитель Юны.

— Да, господин.

— Ступай, сообщи Сумико: она займёт твоё место.

— Слушаюсь.

Женщина, склонившись, вышла из кабинета…

Старик хмыкнул, как на столе зазвонил телефон. Хируко надел очки, высматривая на дисплее номер, и нажал кнопку «принять».

— Приветствую, красный дьявол.

— Такеши, — проворчал старый Оридзава. — Не поздно ли ты?

— О, Хируко, — вздохнул по–старчески собеседник. — Я много размышлял об этом. Думаю, сейчас самое время.

— Хм. Что ж. Говори, раз собрался.

— Предлагаю встретиться, я в двух километрах от твоего дома.

Старик Оридзава задумался:

— Ошиваешься в моём районе, похоже, ты настроен серьёзно.

— Да, — ответил собеседник. — Так что? Примешь старого друга?

— Заезжай. — угрюмо сказал Хируко.

— Еду. — Такеши–сан положил трубку, рядом на сиденье автомобиля лежал чёрный короб, упакованный в большой цветастый платок. Подарок старому другу. Когда–то Такеши Кобаяси и Хируко Оридзава были друзьями, но время, подобно морским волнам, разделила их, как два корабля в водах холодного океана.

Два чёрных седана въехали на территорию клана Оридзава. Главе клана Кобаяси открыли дверь, седой мужчина, в сером кимоно, вышел из автомобиля, держа в руках короб в цветастой косынке.

Хируко, как хозяин дома, стоял у порога, встречая старого гостя.

Двое бывших друзей, ныне враждующих, смотрели молча друг на друга десятки секунд. Сколько обид между ними, сколько недомолвок…

— Проходи, — махнул рукой Оридзава и направился в свой кабинет. Такеши последовал за ним, охрана же осталась снаружи.

Старики прошли в кабинет, Хируко присел на мягкую подушку перед низким столиком, Такеши присел напротив.

— Что в коробке? — приподнял седую бровь Оридзава, разливая по чашам саке.

— Ты себе не изменяешь, сразу к делу. — улыбнулся Кобаяси. — Голова стрелявшего.

— Хм. — протяжно вздохнул Хируко. Пока не понимая зачем Такеши принёс её.

— Зачем?

Старик Такеши взял со стола посуду с саке. Сделал глоток.

— Мм… Прекрасно, — похвалил он напиток, выказывая тем самым благодарность хозяину дома. — Знаешь, — посмотрел он в глаза Хируко. — Я и сам задумывался этим вопросом. Между нами вот–вот должна начаться война…

— Твои люди посмели напасть на мою внучку. Вы сами развязали мне руки.

— Ты прав, Хируко. — кивнул Такеши, понимая, что семьи высшего круга теперь не