Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

ступить на землю «Фортуны» подписывал отказ от претензий в случае, если он по своей воле окажется за пределами курорта. Стена была скорее от случайных зверей, которые могли забрести на территорию отдыхающих, и поэтому высотой она была всего-то метра два.

— Наша страховка, о которой ранее шла речь, сохранится, если мы выберемся за пределы курорта? — спросил я, поворачиваясь к Адамасу с терминалом в руках, на котором уже была включена запись видео.

— Да, конечно! — заверил он меня. — За все неудобства, травмы и увечья, в том числе психологические, что вы получите внутри нашего «Хиона» мы несём полную ответственность!

Что ж, это действительно сильный ход. Особенно по отношению к такому человеку, как Кори. Выжать максимум из машины своей мечты она никогда не откажется, даже если для этого необходимо будет выехать за пределы курорта на свой страх и риск. А то, что они при этом берут на себя полную ответственность за всё, что произойдёт — это буквально расписка в своей уверенности в том, что ничего и не произойдёт. И если действительно не произойдёт — это же такой мощный рекламный инструмент будет!

Мы подъехали к воротам, и они после небольшой задержки открылись перед нами.

— А зачем тут ворота? — спросила Кори, с любопытством оглядываясь по сторонам.

— Много зачем, — ответил Адамас. — Например, для снабжения курорта, ведь технический космодром находится за стенами. Ну или, — только я вам этого не говорил! — для не совсем легальных экскурсий по диким местам для всяких богатеев! В том числе с охотой!

Ворота отъехали в сторону и перед нами, как и предрекал Адамас, открылась равнина. Желтоватая земля, местами поросшая островками зелёной, с фиолетовым отливом, травы, редкие валуны тут и там, а вдалеке, на самой границе видимости — зазубренная полоска гор.

— Вот это другое дело… — выдохнула Кори, и в её голосе явственно прорезалось предвкушение и даже какое-то возбуждение. Она бросила на меня короткий взгляд, прикусила нижнюю губу и надавила на педаль.

«Хион» рванул вперёд, как выпущенный из кольца магнитных ловушек на свободу фотон. Прямо с места набрал огромную скорость, и при этом я совершенно ничего не почувствовал — настолько хорошо кресло отрабатывало все неприятные ощущения, включая перегрузку!

— Ну как? — самодовольно осведомился Адамас, когда скорость подошла к отметке в двести. — Что-нибудь ощущаете?

— Только полный кайф! — возбуждённо ответила Кори, сжимая штурвал «Хиона» так, словно от этого зависела её жизнь. — И больше ничего!

И она говорила правду. В том смысле, что больше ничего не ощущалось. Я действительно ничего не испытывал и только лишь мелькающие над головой облака, тоже имеющие фиолетовый отлив, как и всё на этой планете, говорили о том, с какой скоростью на самом деле мы несёмся. Расти на этой равнине хотя бы деревья, можно было бы ориентироваться на них, но в нашем распоряжении были одни только камни, которые вжух — и остались за спиной, даже непонятно, был ли он вообще или всё это лишь какой-то краткий оптический эффект?

«Хион» мчался к горам, которые вырастали прямо на глазах. Буквально за пять минут их силуэт увеличился вдвое, а ещё через пять — втрое. Кори разогнала гравикар до максимума, стрелка спидометра уползла за триста километров в час и опасно упёрлась в красную зону, сам цвет которой намекал, что заходить в неё не рекомендуется. Кори и не заходила. Она виртуозно работала педалью газа, держа скорость прямо на самой границе чёрного и красного секторов и не отрываясь смотрела перед собой.

— Так-так… — внезапно произнёс Адамас. — Мне очень жаль, но наш тест-драйв придётся свернуть.

— Что такое? — Кори даже обернулась на ходу. — Мы что-то сделали не так?

— Нет-нет, что вы, всё отлично, вы отличный пилот! — засуетился Адамас. — Просто мне тут передали погодную сводку, и оказывается, что в наш район стремительно движется буря. Не хотелось бы в неё попасть.

— Это опасно? — осведомился я.

— Как вам сказать… — уклончиво ответил Адамас. — Сама по себе буря, конечно, не сильно опасна, но вот то, что она с собой несёт… Дело в том, что на «Фортуне-три» очень высока ионная активность, и здешние бури несут с собой очень много заряженных частиц, которые в свою очередь вызывают сильные магнитные всплески. Курорт от них защищён магнитным щитом, а вот мы можем стать лёгкой добычей. «Хион» никто не тестировал в таких условиях, и я не могу сказать, как он себя поведёт в такой ситуации. Поэтому давайте доедем вот до этих гор, а там развернёмся и в обратный путь. Как раз должны успеть до начала бури!

— Ладно… — слегка разочарованно вздохнула Кори. — До гор так до гор.

Если бы можно было ехать ещё быстрее, Кори бы это сделала, но увы. И так неслись на максимуме, поэтому гор достигли буквально через несколько минут. Они нависли над нами — серые, высокие, неприступные, растущие прямо из земли, без какого-то перехода, словно они пропороли планету и теперь торчат, как застрявший в теле обломок…

А с севера на нас двигалась буря. Я уже видел тёмную полоску на горизонте, от которой периодически к земле протягивались белые нитки молний. И не было никаких сомнений, что она движется к нам.

— Всё, назад! — азартно доложила Кори, кладя руку на рычаг аварийного тормоза. — Разворот, держитесь!

Я уже представлял себе, что она собирается сделать — метровый разворот, манёвр, доступный только транспортным средствам типа гравикара, которое не касается ничем земли. Машина резко разворачивается прямо на ходу, при этом сильно проваливаясь на нос и гася собственную скорость собственными же приводами, которые на какую-то секунду направлены назад. Обычно для этой процедуры хватает всего лишь метра пространства, из-за чего его так и назвали.

А ещё в процессе этого люди внутри испытывают колоссальные перегрузки, но кресла «Хиона» должны нас защитить от этого. На них вся надежда.

Кори резко рванула штурвал в сторону, и одновременно с ним на одно мгновение дёрнула и тормоз тоже. «Хион» резко развернулся на одном месте, продолжая лететь задом наперёд, и Кори тут же выжала полный газ, заставляя его двигаться против инерции.

«Хион» завибрировал, приводы под ногами завыли, вытягивая из реактора максимум энергии…

А потом все стихло и гравикар с высоты шесть метров рухнул на землю.