"Фантастика 2026-154". Компиляция. Книги 1-30 - Луций Корнелий

— Вижу тварь! На кабине! — зарычал массивный усач, направляя в сторону пернатого жезл.

— Стоять! — рявкнул один из толпы. — Ты что⁈ Не стреляй!

Но усач выстрелил, как и ещё трое из толпы.

— Бу-у-ум! — раздался грохот и скрежет металла. Кабину манипулятора разрезало на несколько частей. Бензобак рванул, окутывая спецавтомобиль плотными языками пламени.

— Твою мать! Вы чо сделали, бар-раны⁈ — надрывно зарычал один из подпольщиков.

Ажиотаж только усиливался. Через пару минут Карыч вернулся ко мне в астральном облике.

— Ну как тебе представление? — хихикнул пернатый.

— По-моему на десять из десяти, — заметил я. — Я бы ещё за высший пилотаж накинул столько же.

— О, а этот бедолага ещё не очнулся? — взглянул Карыч в сторону улыбающегося во сне прораба.

— Скоро очнётся, — пообещал я. — Главное спрячься, нам пора уходить.

— Блин, я там столько кристаллов истощил, их-хи-хи, — задорно выдавил Карыч, контуры которого расплылись в воздухе.

— Представляю, — ухмыльнулся я, добравшись до прораба. — А сейчас помолчи. Надо уходить.

Я коснулся плеча сопящего прораба, забрал почти всю не отработанную энергию, оставляя анестетика минут на пять, и пошел вниз.

Никого не было. Лишь на лестнице третьего этажа я услышал громкие голоса, но они раздавались из дверного проёма.

— Прохор куда-то делся… — услышал я голос первого, спускаясь по лестнице.

— Ну да, надо работу сдавать, а этот хряк опять свалил, — выдавил второй.

— Да плевать ему на нас, я же говорил, — вмешался в разговор третий.

Я благополучно спустился на первый этаж, где ещё шумел перфоратор, а затем выскользнул из здания, не спеша проходя проулок и встраиваясь в людской поток.

Можно считать очередную миссию успешной. А судя по тому, что я чувствовал через связующую нить, Карыч не обманывал. Напитался энергией он прилично.

Проехав на метро, я поднялся по эскалатору, затем вышел в переход. Привычным шагов я преодолел половину расстояния до выхода из подземки, но затем притормозил.

Услышал до боли знакомую мелодию. За поворотом у стены расположился гитарист в тёмном костюме. Очень похоже на «Кукушку» Виктора Цоя.

'Аномалий тёмных непроявленных, сколько?

'Скажи, мне ментал,

«Пропо-о-ой!» — надрывался парень, и я почувствовал ком, подкативший к горлу.

Я уже не там, я здесь. Душевная рана, которую я запрятал поглубже и про которую решил забыть, вновь напомнила о себе.

Да к чёрту! К чёрту эти воспоминания. Никакого от них толку, только душу себе терзаю. А смысл? Какой в этом смысл? Проще пока вообще не вспоминать об этом. Что случилось, то случилось, ничего тут не поделаешь. Надо жить здесь и сейчас.

После этих мыслей стало полегче.

— Держи, друг, — прошептал я, найдя в кармане десять рублей, и положил деньги в шляпу музыканта. Тот продолжал играть, но встретился со мной взглядом и улыбнулся, кивнув.

Уходил я из перехода уже улыбаясь.

«А я вообще не скучаю по Ровену, если честно», — отозвался в моей голове Карыч.

«Там никого из родных у тебя не осталось?» — спросил я, и пернатый захихикал.

«Да ну, полно! Десять братьев и двенадцать сестёр!» — воскликнул Карыч. — «И я рад, что избавился от них. Хоть отдохну от этого щебетания! Они ведь на шее у меня сидели. Воксарион дай энергии. Ты работаешь на Гроха, попроси у него. А с чего⁈ С чего я должен что-то выпрашивать, скажи мне⁈.. Ладно, ну их в слизевое болото…»

«Пройдёт время, ещё соскучишься», — заметил я.

«Да хрен там!» — воскликнул Карыч и вновь затих.

Мы как раз вышли из подземки и проходили мимо поста. У одного из полицейских в руках был какой-то раструб. Страж порядка направил устройство в толпу и внимательно следил за показаниями.

Я беспрепятственно прошёл мимо, добрался до знакомой улочки. Метров сто — и я заскочил во двор, заметив на детской площадке компанию. Знакомые все лица. Рыжий Толян, неугомонный ревнивец, да троица его дружков.

— Смотри чо делается-то, — услышал я со стороны лавочек, на которой заметил двух бабушек. И в голове созрел очень интересный план.

— А вот и наш любовничек, — оскалился Толик, направляясь в мою сторону.

— Тебе в прошлый раз мало было? Ещё захотел? — усмехнулся я, и Толик подошёл вплотную, пытаясь придавить взглядом.

Ну а я не отвернулся, лишь сконцентрировался, почти не слушая Карыча, который распинался в голове и перечислял все способы наказания, которые пришли ему в голову, зачастую не самые гуманные.

— Ага, можешь не отмазываться. Я видел недавно у клиники, — оскалился Толик, обдавая меня чесночным запахом. — Под ручку с моей Настюхой прошёлся. Ты думаешь, я совсем дебил?

— Так и думаю, ты угадал, — кивнул я.

— Да ты чо, урод, попутал, что ли? — набычился Толик и прислонил свой лоб к моему.

Хорошо, не надо делать лишних движений. Вот через лоб я и передал ему изрядную дозу веселящего анестетика. Но необычную. Решил подкрутить степень весёлости на полную.

Импульс вошёл в Толика, и он содрогнулся, отошёл на пару шагов, почесал лоб и громко засмеялся.

— Да блин, — хохотнул он, растерянно оглядываясь и продолжая давить идиотскую улыбку.

— Толян, всё нормально? — попятился один из его дружков.

— Эй, мы щас полицию вызовем! — донеслось с лавочки, и Толик рассмеялся, подбегая к угрожающей ему бабуле.

— Ты чего кричишь, красотуля? — погладил он её по плечу. — Полиция, шмалиция. Не надо никого звать…

Оп-па, по-моему, мой анестетик подействовал немного по-другому. Я действительно отправил веселящий заряд. И в качестве объекта для внимания Толика выбрал именно бабушек. Не думал, что именно так он отреагирует. Как и не предполагал, что всё получится прям вот настолько чётко.

— Толян, ты сдурел⁈ — окликнул его лысый, один из замерших дружков, затем ощерился на меня. — Ты чо с ним сделал, слыш?

— Спать, — коснулся я его руки, на которую тот натягивал кастет. Лысый упал на землю, а остальные его приятели разбежались.

Между тем Толик хохотал как умалишённый, пытаясь обнять полную бабулю. А я не мог не воспользоваться такой возможностью, достал смартфон и начал снимать видео.

Приступ нежности Толяна продолжался, но недолго.

— Красотуля, ну успокойся, прошу тебя, — он снова погладил полную бабушку по плечу, попытался поднять её с лавочки. — Давай потанцуем.

— Ты где красотулю увидел⁈ Маньяк! — возмущённо воскликнула старушка, отталкивая его и хватаясь за сумку.

— Я узнала его, Никитишна! Это ж маньяк! Колготочник! — воскликнула вторая, с лицом, изъеденными глубокими морщинами. Она схватилась за пятилитровую пластиковую бутылку с водой.

— Точно! Ах ты, мразина! Получай! — размахнулась полная бабуля.

— Да ты что, ягодка⁈ Успокойся! — Толик попытался вновь обнять бабушку.

Сумка бабули врезалась под дых Толика. Удар получился приличным. Того согнуло пополам, а