Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

А поцелуй… Что ж, он был хорош, но вряд ли повторится. Роль любовницы не по мне. 

Тьер покрутил обруч в руках и произнес:

— Наверное, теперь мой черед рассказать тебе правду, раз уж у нас честный разговор.  

Откровений от Тьера я не ожидала, а потому притихла. Что такого он мне расскажет? О нечисти я уже знаю, проклятие и пророчество мне известно. Чем он может меня удивить? 

Но по серьезному виду Тьера было очевидно – новость важная. Нервно крутя в руках обруч, он отошел к окну и надолго замолчал, глядя на скалы. 

— Говори, — попросила я. — Я все пойму. 

Мне казалось, я догадалась, о чем пойдет речь. Тьер подбирает слова, как повежливее указать мне на дверь. Мол, барышня, выход там. Раз ты не каменная дева, то зачем ты мне нужна. 

Я нервничала и кусала губы, но понимала, что Тьер в своем праве. Между нами не было ничего такого, чего нельзя перечеркнуть и забыть. 

Но, похоже, я совершенно не умею предугадывать поведение и слова принца Севера. Ведь он заговорил совершенно о другом. 

— Ты уже спрашивала однажды, почему все в замке превратились в нечисть, даже мой младший брат… а я остался прежним, — произнес он и снова умолк. 

— И ты ответил, что твое проклятие у тебя в сердце – застряло осколком, — продолжила я за него. — Но я, признаться, так и не поняла, о каком осколке речь. 

Тьер отвернулся от окна и взглянул на меня. Он смотрел встревожено, даже отчаянно. А потом с шумом втянул воздух через сжатые зубы и выпалил: 

— Осколок в моем сердце из аманита.

Это прозвучало так, словно должно было что-то мне сказать. Словно это безумно важно. Новость года как минимум. Сенсация! Скандал! 

Но вот незадача – я иномирянка. Признание Тьера, каким бы серьезным оно не было, ничего мне не говорило. 

Нет, конечно, я слышала об аманите. Эля про него рассказывала. Вроде это волшебный камень, способный превратить магическое существо в человека. С его помощью жители Зачарованного леса меняют облик и живут среди людей. Но это все, что мне известно.  

И хоть убейте, я не понимала, причем тут Тьер и его сердце. Само по себе ужасно, что в нем осколок. Он ведь может его убить! Так какая разница, что это за камень? Или разница все же есть…

Тьер молчал, ожидая моей реакции. Когда ее не последовало, он это понял по-своему. 

— Понимаю, это сложно осознать. Тебе не верится. Но аманит не только медленно убивает меня… он еще и меняет меня… 

Я тряхнула головой. Так стоп, с этого места, пожалуйста, поподробнее. Если аманит придает магическим существам человеческий облик, а в сердце Тьера навсегда застрял именно этот камень, то я, получается, целовалась… а, собственно, с кем? 

Не с мышонком, не с лягушонком, а с неведомой зверушкой – подсказал внутренний голос, противно хихикая. 

Похоже, мои приключения только начинаются. Вот и еще одной сказочке нашлось место в моей жизни. 

Тьер шагнул ко мне, и я невольно отпрянула. Я пожалела об этом в ту же секунду, как сделала. Все из-за боли, исказившей его лицо. Он истолковал мое поведение, как отказ. 

На самом деле, это был шок. Я все никак не могла до конца осознать, в чем Тьер мне только что признался. Я была, как герой известной песни: «Я все поняла – это намек, я все ловлю на лету. Но непонятно, что конкретно ты имеешь в виду?» Одним словом, чувствовала себя полной дурой. 

В моих мозгах случился какой-то затык. Я даже о своих проблемах с Даром забыла, а еще том, что на мне только накидка Тьера, а под ней ничего. 

Мысли неслись вперед, а потом с разгона врезались в стену, которую никак не могли преодолеть. Причина была банальной – в моей голове не укладывалось, что Тьер не человек. Или не совсем человек, или человек лишь частично. Ааааа! У меня сейчас череп лопнет. 

Я схватилась за виски. Мне необходима пауза, а то и правда взорвусь. Я добрела до кресла и повалилась в него, как мешок с картошкой. Никакой грации, не до нее сейчас. У меня тут драма. Трагедия! Сущий кошмар! Я влюбилась не пойми в кого. 

«Ох, — я застонала про себя, — я еще и влюбилась. Как так-то? Когда успела? Только я могла так вляпаться». 

Как это произошло? Я ведь знакома с Тьером всего несколько дней, и большую часть времени он лишь раздражал меня. 

Но сердечные дела – штука сложная. Кто знает, почему мы влюбляемся в тех, кто порой не всегда нам подходит, и игнорируем других. 

Надо отдать Тьеру должное – он меня не торопил. Молча и терпеливо ждал, пока я преодолею внутренний кризис. 

А я, посидев немного, осторожно подняла на него взгляд. У меня был всего один вопрос, но самый важный. Услышать ответ было страшно, но я все-таки спросила:

— Кто же ты? 

— Когда-то у меня были крылья, — вздохнул он.

Зря он начал издалека. У меня фантазия – ого-го! Тьер упомянул крылья, и я мигом такого себе напредставляла. Воображение выдавало сто картинок в секунду, действуя по принципу ассоциативного ряда – нечисть, вампир, летучая мышь, а под конец вовсе Бэтман. Он-то тут причем? Я тряхнула головой. 

— Просто скажи это вслух, — попросила я. — Иначе я сойду с ума от догадок. 

Тьер судорожно кивнул и выдохнул:

— Я был рожден драконом, Алитея. 

Вот и все, он это произнес. 

Я откинула голову на спинку кресла и прикрыла глаза. Вряд ли Тьер был кем-то наподобие Амфи. Нет, под драконом он подразумевает огромную рептилию с крыльями. 

Тут даже мое воображение дало сбой. Не могу представить Тьера в образе подобного существа.  

Это что же, я – зоофилка? Или магическое существо не совсем животное, а скорее оборотень? Ох, сколько вопросов… Но все они меркли перед очевидным фактом – в сердце Тьера осколок медленно, но верно убивающий его. Какая разница из чего он, имеет значение только угроза, которую он представляет. 

— Осколок нельзя извлечь? — спросила я, открывая глаза. 

Тьер вздрогнул. 

— Это все, что тебя интересует? — уточнил он.

— Это все, что по-настоящему важно, — пожала я плечами. — С остальным как-нибудь разберемся. 

Я сказала чистую правду. Дракон или нет, а Тьер мне