Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

это «мое» может произойти из мнения другого, или просто с ним сойтись. И этим ты очень похож на меня. Неусидчивостью, своей пылкостью, напористостью... — меня потеребили по волосам, и обхватив рукой, прижали к себе.

— А как же тебе удалось уйти от проблем?

— Я и не уходила, — она пожала плечами. — Я просто достаточно сильна, чтобы подтвердить свое право голоса кровью. Чаще всего чужой. С учетом же того, что я очень негативно отношусь к посягательству на что-то мое, до некоторых стало доходить — эту красивую девочку лучше не трогать и обходить за версту.

— Но это же несколько осложняет отношение в ордене, разве нет? Неконтролируемый боец — очень опасная угроза в первую очередь для самого ордена.

— Ты где таких слов набрался? — на меня посмотрели со вскинутой бровью.

— Э-э-э, в книжке вычитал, — отвожу глаза, понимая, что ребенку моего возраста попросту не положено употреблять такие сложные слова.

— Ясно.

— В общем, помимо недостатков, у меня есть и плюсы, — остановившись, она опустилась ко мне. — Да, я своевольная. Я не считаюсь с авторитетами, мне нет дела до моего собеседника, все что меня беспокоит, это мои друзья, моя семья, — меня еще раз на несколько секунд прижали к себе и потискали. У-у-у, прямо плюшевым себя почувствовал. — И мое задание. Которое я выполню. Опять же, ты ведь знаешь, что наш вид сам по себе — невероятно социальные существа. В молодости... когда я еще не стала Дже’Дайем у меня было много, так сказать, друзей. Хотя... сейчас-то я понимаю, что они мне друзьями не были, но тогда все выглядело иначе. Но несмотря на это, я была преданна им. Я была готова рвать зубами в клочья любого, словно дикий зверь, если моей группе будет угрожать опасность. Это одна из причин по которой я и попала в орден.

— А что случилось с теми ребятами?

— Ничего хорошего Шейд. После моего ухода в орден, группа распалась и больше я их не видела, — только вот на её лице мелькнула тень, да и в эмоциях что-то такое проскользнуло, что не смогло от меня укрыться. Не став развивать эту тему, стараюсь сменить направление:

— Мама, но тогда почему? — вопрос глупый, но не задать его не могу. Я знаю традиции своего прошлого мира, но плохо понимаю свой новый народ. Поэтому...

— Почему что? — она забавно в непонимании наклонила голову. Я как-то случайно заметил, что этот же жест неосознанно передался мне.

— Если все обстоит так как ты говоришь, почему мы готовы защищать?

— Откуда у тебя такие мысли?!

— От других ребят. Меня... не очень любят. И сторонятся. Я бы их защищать точно не стал.

— Хм... ничего Шейд. Они еще одумаются, поверь мне. И со временем сами постараются с тобой дружить. Сейчас они просто глупы и не понимают кто ты. Но потом... одумаются. А наши друзья, настоящие друзья, а не те дураки, с которыми я была в молодости, это члены семьи. И мы всегда встанем на их защиту, всегда поможем и поделимся последними припасами. Поэтому, у нас всегда было достаточное количество друзей. Даже у меня. А ведь замечу, что я токсичная, хамоватая и вообще по мнению многих парней — очень нехорошая девушка. Ну, такой я прослыла во время обучения, — тут же добавила она, улыбнувшись. — А потом эту славу закрепила. Это же так весело! Так что все будет хорошо, не переживай по этому поводу.

— Думаешь?

— Да.

— А Увал? Его слова о том... что я... ну не такой.

— Ты же знаешь, что уже достаточно взрослый, и что уже скоро сдашь экзамены и поступишь в храм, но при этом не имеешь ни одного друга. Его это задевает, но здесь нет ничего такого. Твой интерес всецело сводится к познаниям силы, нашей культуры, языка, технологий, боевым приемам, но не к другим разумным. Странность в том, что сколько я себя помню, вокруг меня всегда крутилась какая-либо компания. Знакомые по соседству, товарищи по учебе, друзья по странствиям... рядом со мной, всегда кто-то был. Соперников, конечно, тоже хватало, но тем не менее. Ты же, идешь исключительно своим путем, не обращая внимание на других. По крайней мере сейчас. И некоторые находят это странным и начинают беспокоиться. Но здесь нет ничего странного Шейд, это вполне нормально. А еще, ты в этом похож на отца. Он тоже не общался с другими. В итоге ты знаешь, что с ним стало и куда завернула его тропа.

— Угу. Но так ли не обращаю внимание на других, — скептично фыркаю. — Просто, я хочу быть очень похожим на тебя, — замечаю, как края её губ чуть растянулись. — Хочу, быть таким же сильным, чтобы, когда бы появились настоящие друзья, я мог их защитить. Я ведь хочу быть собой, без какого-либо притворства. Я не хочу держать свои чувства в узде. И не буду. Хочу быть настоящим. И хочу найти таких же друзей как у тебя сейчас! Хочу принимать мои решения, а не те, которые будут мне продиктованы другими. Прямо как ты.

— Вот! Вот именно поэтому, Увал и ошибается. Никакой ты не темный, просто твой свет спрятан глубоко внутри, как когда-то он был спрятан у меня. Да, ты немного другой, но не больше. А все кто скажут обратное, пусть идут в пасть Саарл! — закончила она, весело улыбаясь. — Правильно Шейд. Не нужно быть кем-то другим. Просто будь собой, и тогда у тебя все будет, — и тут она чуть наклонилась и заговорщицки прошептала. — И даже девочку найдешь, вернее она сама тебя найдет, уж я-то знаю, за мной мальчики сами толпами бегали, — я моментально краснею, и прячусь в воротнике. — Ты же меня с ней познакомишь, правда?

— Мама!!!

***

— Ау, ау, Ай, у-у-у-м-м-м-м, — сжал я зубы, бросив клинок и потряхивая руку. Да... деревянным мечом было намного проще, и не так больно.

— Еще раз, — вернулась на позицию мама.

— Сейчас, — разминая пострадавшие от пусть и очень тупого, но железного меча пальцы, еще раз усиливаю Силой плоть. Без этого у меня давно бы уже вместо пальцев фарш из костей с мясом был, так как прилетало мне больно и часто.

Сжав и