Монстр женского пола. Часть 2 - Владимир Юрьевич Курзанцев

чтобы ты побыла в качестве наживки». Даже звучит смешно! Значит, не мог? Да, но свою внучку, он бы такому риску не подвергал, будь она жива! Но ведь и у самой тоже к графу нет родственных чувств! Дружеские, да. Но не как к родному отцу. Может, граф не так уж и виноват. Но все равно, пусть эту ночь помучается!»

В конце концов, успокоившись, Ольга уснула.

Следующим утром завтрак прошел в полном молчании. Граф сидел, не поднимая глаз. Под конец, он решился заговорить.

— Оля, я прошу у тебя прощения за то, что не предупредил тебя о том что, став моей дочерью, ты подвергаешь себя опасности. И уверяю тебя, я не обманывал тебя ни в чем. Ты в любом случае являешься моей наследницей. И у меня сейчас действительно нет никого, ближе тебя. И мне больно, что ты на меня сердишься и обижаешься.

— Вообще-то я уже не сержусь. И сама могла бы подумать о том, что те, кто связался с пиратами, не остановятся ни перед чем. Но вот, не сообразила, так чего уж на вас обижаться! Забудем об этом.

Граф заметно повеселел, и закончился завтрак, как обычно, в непринужденной обстановке.

Едва покончили с едой, как прибежал один из охранников, и доложил, что какие-то вооруженные люди хотят видеть хозяев.

— А много их? — забеспокоилась Ольга.

— Пять человек. Но вокруг особняка что-то подозрительно много народу крутится.

— Веди их в малый зал, и всех поднимай по тревоге, распорядился граф.

Визитеры оставляли странное впечатление. На вид, умелые воины, а ведут себя неуверенно и с опаской что, в общем-то, не характерно для этого типа людей.

— Вы кто такие? — не стала заморачиваться анализом Ольга.

Ответил за всех мужчина средних лет, с волевым лицом.

— Мы охранники адмирала Саноша Эниста, теперь уже бывшие.

— Это, случайно не вас мы связали в поместье прошлой ночью?

— Нас, — признался воин.

— И что же вы хотите?

— Вчера городские стражники захватили поместье, а нас выгнали. Мы попытались поговорить с Ролисом Энистом — это отец покойного адмирала, но тот никого не принимает. Получается, что мы остались без нанимателя.

— Ну, Чардор! Ну, пройдоха! Успел раньше всех, — восхитился граф. — А от меня-то вы что хотите? — спросил он у посетителя.

— Так может, вы возьмете нас на службу? Не хотелось бы разбивать отряд. А так мы все к вам и перешли бы.

— А почему именно ко мне, а не к кому-нибудь другому?

— Да кто ж возьмет так много воинов сразу? Разве что какой-нибудь клан. Но к ним мы опасаемся обращаться. В прошлом, ситуации разные возникали, бывало, и схлестывались с ними по какому-нибудь поводу. Как бы нам теперь это не аукнулось.

— А меня, значит, не боитесь?

— Ну, мы уже были у вас в плену, и ничего. Мы на вас не в обиде. Вы на нас, наверное, тоже, раз отпустили.

Вообще-то граф и так подумывал о том, чтобы увеличить число своих воинов, поэтому предложение его заинтересовало.

— Вопрос в том, можно ли вам доверять?

— Мы никого не предавали. И сейчас не предаем.

— Я поговорю с ними, и проверю, что за люди — развеяла сомнения Ольга. — Где остальные ваши товарищи? — спросила она у гостей.

— Да крутятся рядом с вашим дворцом, ждут, когда мы выйдем.

— Хорошо, зовите их, пусть собираются во дворе, — решился граф.

Проверка воинов на лояльность заняла пол дня. Шпионов и диверсантов обнаружить не удалось, но четверых претендентов на службу пришлось отсеять. Выявилась их излишняя жестокость и бандитские наклонности. Не нужны такие люди в графстве. Стражники, у простых жителей, должны вызывать уважение и чувство защищенности, а не страх.

К обеду, опрос претендентов на службу, удалось закончить. А тут как раз и гости подоспели, нежданные. С визитом пожаловали начальник городских стражников Чардор и королевский казначей Вирс Нарил. И во дворе стало совсем тесно. К пяти десяткам еще не определенных на постой новичков, добавились два десятка охраны высокопоставленных чиновников.

Важных гостей поприветствовали и сразу пригласили к столу. Визитеры, видимо, и сами успели проголодаться, и на предложение перекусить откликнулись с удовольствием.

Некоторое время все молча поглощали пищу. Наконец, с едой было покончено, и настало время разговоров.

— Граф, вы нас во второй раз поразили! — воскликнул казначей, сыто откинувшись на стул.

— Это чем же?

— Первый раз, когда так быстро смогли удочерить Олю, а второй, сейчас. Притворились несчастными овечками, а потом уничтожили клан, виновный в нападении на ваше графство. А ведь это одна из сильнейших в военном отношении семей. Была. Должен признаться, что многих впечатлило то, как легко и быстро вы расправились с адмиралом. Никто и не предполагал, что такое возможно.

Похоже, что придворные группировки озаботились появлением на игровом поле новой силы, и решили провести разведку. Надо бы закрепить успех, и внушить всем, что графа и его дочь, лучше не раздражать. Момент как раз подходящий.

— Не надо преувеличивать, — возразила Ольга. — Обезвредили небольшой отряд, и устранили всего пару членов семьи Санош. А остальные-то, остались целыми и невредимыми. Добрые мы, пожалели их. Если еще кто-нибудь захочет нас обидеть, мы и его пожалеем. Если получится, конечно. А то иногда хочешь сделать человеку приятное, но не успеваешь: умер он уже.

— Вообще-то мы к вам приехали, чтобы сообщить, что все что произошло — это досадное недоразумение, виновных вы сами наказали, и к вам ни у короля, ни у его советников и помощников, вопросов нет. И надеемся, что и у вас нет желания еще кого-нибудь э…, жалеть.

— Да мы вообще, очень мирная семья! Первыми, никого не трогаем. Хотя, должна признаться, что я разочарована тем, как вели себя некоторые из приближенных короля. На глазах у всех, беззащитную, можно сказать, девушку обижают, а они смеются. А потом еще и ограбить норовят!

— Как! Неужели кто-то осмелился на такой неразумный поступок? — удивился казначей.

— Ну да! Вы представляете, я потратила уйму сил, времени и денег, чтобы разгромить гнездо преступников, связавшихся с пиратами, а сегодня узнаю, что кто-то уже захватил поместье, которое я не так давно освободила!

Похоже, что казначей был не в курсе активности городских стражников в этом вопросе, потому что он сердито нахмурился, и согласился с собеседницей:

— Да, это