Фантастика 2026-152 - Николай Дмитриевич Соболев

И у меня..

— Аааааааа. Мумба, нееет! Суки, я Вас сейчас! Падла, достал…

— Тихо, Володя, тихо — проснись! Разметался. В костер влетишь.

— Ааа, где эти суки?

— Какие?

— Орки! Зелёные. Погоди, они же Мумбая нашего и тебя на копье насадили. Почему ты жив? Да и мне башку снесли.

— Ну тебе и гадость снится! Мумбаи — на посту. А ты так разметался…

Не, ну реально я орков видел! Крупные такие, выше людей, и как индейцы с копьями и стрелами. Из зеленого крестового прореза лезли! Откуда вот такие сны? К чему? Явно «микстура» из фляжки найденной не впрок пошла!

— Николай, не спишь? Смотри, там по морю что-то идёт.

— Да что за дежавю?! К бою!

о. Юта (ещё пару часов позже)

Тревога наша оказалась ложной — воевать не стали. Ну, «почти ложной», малость всем нам поволноваться-таки пришлось, пока окончательно не разобрались кто там и что. Хотя, если б не ночь и их лодкокрушение — могло ведь и по всякому обернуться. Вплоть до боя с ними. Странной, с действительно непонятными очертаниями фигура на отмели оказалась ещё и потому — что там не один кто-то двигался, а двое их было. Людей, а вовсе никаких не орков. Один другого тащил, раненого. Да и откуда ж орки тут-то? «Это пацакская планета, не чатланская!» К чему они мне привиделись? Будто чей-то чужой сон нечаянно подсмотрел, не имеющий никакого отношения к этой непонятной и, опасной временами, планете, а будто бы с какой-то другой. Или «Платформы» — чёрт их разберёт, как правильно…

Знаете, после еды бывает иногда послевкусие, а вот после того сна — какое-то «послесоние», если есть такое слово, если же нет — тогда послезнание. А гостями нашими оказались обычные арабы иорданские. А вы думали — кто? Да-да, из той самой поисковой группы, что американца Остина отсюда к себе увозили. Почему увозили, а не увезли? Так и обратно ж привозили… да не довезли вот только.

Кто ж знал что погода тут столь резко изменится — вот и нарвались они на встречный ветер. Их-то, в отличие от нас, никто не предупреждал. Как стихать стало и яркие звезды на небо высыпали — младший, несмотря на ночь, попёрся по камням на свет нашего костра. И брата своего на себе поволок. Смелый оказался и решительный. Рискнул, и не прогадал! Даже об опасностях, поджидающих в море, не задумался! Молоток! Мы ж для костра весь окрестный плавник сгребли, да разожгли его ярко под нависающим куском скалы, укрытые от дождя. Он его-то и заприметил. Потому-то и шёл он к нам упорно, что далеко нас видать оказалось — как на маяк в ночи. Опасался, объяснил это так, что если не успеет, а вдруг утром мы рано-рано снимемся и уйдём, и помощи ему не будет. Вернее, даже, и не ему — брату Омару, как он сказал. Ну брату, так брату, нам-то какая разница? А младшего Джамаль зовут. Оба — иорданцы.

(старший из братьев — иорданский автомеханик Омар)

Английский худо-бедно как-то понимали они оба, потому как в нашем-то исполнении — он совсем даже другой, не тот, который они как-то учили, и вовсе не тот, на котором рэднек-амер Остин разговаривал. Ну это-то, как раз, понятно. Арабского же мы не знаем. Тут-то Мумбай нас неожиданно и выручил — переводчиком ему теперь пришлось побыть. Больше, конечно, знаками и мимикой друг другу что-то довести пытались. Поэтому разговор наш с ними сумбурный получился, с пятого на десятое.

Собственно, ещё и поэтому их в тот рейд и послали, чтобы с Остином могли общаться. Тот-то, понятное дело, кроме своего американского английского других языков принципиально не знал, ну и не хотел знать, не учил — зачем ему? «Гегемон», блин, американский… Впрочем, о покойниках обычно почему-то плохо никогда не говорят, хоть мы его и не знали, нам того хватило, что наш Моралес про него «добрых слов» наговорил. У него их было… в достатке, так скажем.

(младший — иорданский автомеханик Джамаль)

Там у них, у поисковиков-то арабских, в этот раз как получилось? Они же тоже немало шарились по островам, искали разное-всякое. Что-то иногда где-то и находили.

Ага, не забыть бы выспросить — что, и где именно. Хотя и не нам досталось, но для статистики и такая инфа всегда пригодится — чего и кому встретилось. Иногда есть заметные отличия, иногда что-то типовое, для всех одинаковое попадается. Вот и узнаём такое постепенно — что у них уже есть, а что потенциально быть может.

Там, дальше за горизонтом — их арабские острова, так они говорят. Сколько? Точно знают про четыре-пять, там именно они были. И людей, найденных в округе к себе на главный остров собирали. Тех, кто сам на то уже готов был. Главный остров свой как назвали? Jazirat akhalas — по-нашему, если наиболее точно с арабского перевести, что-то вроде Остров Спасения.

Население у них? Да в основном арабы, есть ливанцы, есть турки, немного, ещё какие-то представители народов из того же региона, курды точно есть, вроде слышали ещё про египтян, но не арабов, а каких-то коптов, те и не мусульмане, а какие-то странные христиане. К ним в группу те пока не вошли, кстати, что-то своё совсем отдельное мутят. Ну, скорее, пытаются… Нет, воевать и силой захватывать тех арабы не стали, зачем? Ждут, когда у тех вода кончится — сами, мол, «к общему котлу» запросятся. Там на их острове у них явная проблема с водой. Вот же, «самки собаки», какие коварные… Ладно, будем знать… Ещё кто-то есть в небольшом числе.

Европейцы? Немного, но и они тоже у тех есть. Один-двое пока. Причём, из тех, кто на Земле в том регионе и ранее проживал. Те люди более-менее арабский знают, поэтому общаться с ними можно. Вот Остин — первый американец у них оказался, которого лично они на Островах встретили. Да-да, вот тут они его и взяли, прихватили и его, и его плиту. Он, правда, слегка «сопротивлялся», отказывался, но припугнули, стукнули раз-другой по мордасам — он и «поплыл», и на срочный к ним переезд сразу же и «согласился». Это они ещё про «мекса» нашего зубоврачебного не знали — точно б ловить ценного специалиста попытались! Кстати, упёртый амер-то так