Фантастика 2026-152 - Николай Дмитриевич Соболев

— Да мне-то ладно, я и с винтовочкой могу. Знаешь ЧТО мне Кот предложил? «Снайпером могёшь? Надо!» — и сказал весомо так. И ведь не отвертишься.

— А ты что?

— «Ну раз надо — буду, и учиться всему здешнему, и стрелять точно и метко». — Так ему и ответил было, а потом чуть задний ход не дал — «а вот снайпером не смогу, наверно. Я на левый глаз подслеповат и расстояния хреново вычисляю.» Так он ещё и обрадовал вдогонку:

— «Это ты на Земле подслеповат был! Понимаешь, какое дело: тут, после переноса, зрение у многих лучше стало.»

— Подтверждаю, он прав, так оно тут и есть. Похоже, Наблюдатели-Смотрящие подлечили нас, во всяком случае — зрение-то точно.

— Правда? А я уж загрустил было, нет не отчаивался, с детства это. Привык. Возможно последствия травмы, но кто помнит об этом в детстве…

— Но не сразу улучшение идёт, не сразу. Сам поймёшь, когда на дальнем острове детали сможешь без бинокля рассматривать. Знаешь как определить что у тебя зрение — единичка?

— Нет, подскажи — интересно!

— В ручке ковша Большой Медведицы, на сломе-изгибе есть двойная звезда Алькор и Мицар, одна мелкая и красноватая, другая голубоватая и крупнее. Если видишь обе и их цвет — у тебя единичка. Идеальное зрение. Тут созвездия наши, земные, просто мы в субэкваториальной зоне — и их рисунок смещён. Стемнеет совсем — на Южном Кресте посмотрим — насколько ты видишь. Вон Мумбая спрашивал — он мало того, что охотник, обе видит без всякого улучшения. Дитя природы, фигли. Компьютерами и сотовыми себе на Земле голову зря не морочил, чистый лист — пиши что хочешь. Правда, Мумбай?

— Да, наставник, так и есть, не было у меня телефона. У нас в деревне ни у кого почти их не было. У брата только — он в городе учился, да у отца.

Загрустили, каждый далёкую свою родину вспоминал. А я призадумался: Ах ты ж! Не знал, по астрономии у меня знания следующие: есть звезды, они складываются в созвездия. Всё. Окромя Ориона и Медведицы ни одно не узнаю. Хорошо, что он пример с ней привёл. Её-то точно определю. Если она тут есть.

Пока ужинали — ветер не на шутку разгулялся, к ночи наверняка шторм будет. Ну мы ж не лохи какие — ещё днём, когда мексову ПСМ-ку осматривали — в неё сразу гору камней натащили: авось и не не унесёт. Выкинуть не долго, а терять такое — жалко!

— Сообщи, как лучше видеть станешь, и с Любой ещё потолкуй, как она вернётся. В рейд-группе снайпинг не последнее дело, сам понимаешь. Кого и где подстрелить придётся — даже предугадать невозможно! Лучше заранее быть готовым. А ты с чего вдруг про «Остров Сокровищ» вспомнил-то?

— Вспомнился мне этот разговор, после того этот горячий «марьячос» по нам палить стал. Кстати, из-за чего вот сейчас и расспросим. Амиго, а ты как с ружьём-то обзавёлся? — это уже к Хуану вопрос.

Выяснилось, что оно и изначально в его машине было. С собой таскал. Ничего особенного, обычная помпа, только их мексиканской сборки. Повертели мы её, да потом и обратно выдали, как познакомились. Чуть ли не штатное оружие сельского врача. Даже лицензию предъявил на владение. Они ж там в какие только глухие места не забираются, всякое может быть — и звери, и люди… «шибко добрые». А у него в машине и спирт, и обезболивающие. Сейчас-то мало совсем, давно пополнял, но есть что-то. Приходилось и применять… Ну надо же, какие у них врачи продвинутые! А тут, так оказалось вот что было. Он перед поворотом и обрывом притормозил и банально отлить выходил.

Кстати, тоже ранним-ранним утром попал. Ехал-ехал по их Мексике и вот тут оказался. Ничего не понял поначалу, как будто мешком его по голове ахнули. Потому и притормозил, чтоб проморгаться. Ну и текилу лишнюю из организма вывести, он же ещё и малость бухой за рулём был. Кто его по сельским дорогам-то проверит? Это на трассах где — там их полицаи дорожные отираются, бабло, с кого смогут — стригут. Ну надо же, что у них, что у нас — везде всё одинаково!

Дела свои сделал, только завёлся, скорости не набрал ещё, потому недалеко и улетел. Там обрыв резкий, как будто кусок дороги испарился. Или не проложили — ХЗ! Выбрался из воды. Осмотрелся. Море и остров! Следующую машину уже на берегу остановил. На следующий день. В ней техасец-фермер ехал, Остин. Только тот ни индейцев, ни мексиканцев, ни негров терпеть не может. Не ку-клус-клан, нет, но типичный южанин. Все, кто не белые — вообще для него не люди, ну, разве что, прислуга. Спасибо-то сказал, да вот как-то не заладилось у них с самого начала. Объединяться не стали. Каждый свою пайку получал и её в однёху и жрал, не делились. Больше никого к ним не забросили. Остров их «двушкой» оказался.

— Погоди-ка! А что, разве его машина не утонула как все?

— Думал, что не спросите! Спрятана. Но это ж не моя — его… Частная собственность.

— Ну ты и жук, амиго! Так какого ж «Хуана», мы на себе железо тянем? Буду тебя звать Хулио Ибаньесом! Не проще разве, твою лебедкой с той и подцепить!!! Показывай, мля! А как вернется тот реднек — так и вернём… может быть.

— Я — Моралес.

— Монопенисуально, Аморалес! веди — показывай! «Сусанин», млин, йолки…

(поздний вечер, почти ночь уже)

Не только я так на него обозлился — все наши ребята на взводе были. Как мы не побили доктора ещё раз — только недостаток времени на это ему и помог. Ну и ещё понимание, что отыграться сможет — без наркоза все зубы потом вырвет. Тумаков, правда, насовали, чтоб шевелился швыдче. Но двигались мы все быстро и в темпе — подхватились и бегом, практически на тычках и пинках потащили зубодёра к его скрытке. Ну, его не его машинка, нам-то по тулумбасу. А там — полугрузовичок фермерский заныкан. Заправленный.

Короче: управились мы до шторма. Но понервничали изрядно. На матах и пределе сил — но успели! К ночи вытащили его медицинскую колымагу. А вот полицейскую машину — не сумели, унесло