Выживальщик. Дилогия - Владимир Геннадьевич Поселягин

преступная? — возмутился ротный. — У тебя же боевого опыта попой ешь. У меня от роты тридцать семь активных стрелков осталось. Из которых пятнадцать с Кавказа, которые ни хрена не делают, а в тылу сидят. Ну кроме двоих, нормальные парни и пашут как все. Работяги войны.

— Хрена себе ты ротный. Абреков нагнуть не можешь. Они только силу уважают.

— Хорошо сказал, — восхитился тот. — Теперь эти абреки, как ты говоришь, твоя головная боль. Значит так, принимаешь третий взвод, я их всех туда перевожу. Теперь они твоя головная боль.

— Да…

— Заткнись, — рявкнул тот. — Я сказал, ты слышал. Выполнять приказ командира!

Другие новички тихо обтекали от нашей речи, их никто выгонять и не думал. Как зацепились языками так вот и общались на повышенном тоне. Делать нечего, приказ есть приказ, скривился, но козырнул, типа, есть выполнять. Тот распределил новичков, велев пока в одной землянке устроится, в подразделение отведут ночью, днём снайпера работают. Ну а ротный отвёл к столу, где радист сидел, и похоже рядом оператор дронов, чинил явно разбитый дрон, тот на карте показал где наши позиции, где нацистов, и в какую сторону бить. Ориентиры я запомнил. Ну и повёл знакомиться с моим подразделением. Они оказывается тут находились. Ну да, числятся за боевым подразделением, зарплату высокую получают, но на передовую не заманишь. Так что завёл в большую землянку. Тут кстати извилистый ход, чтобы дрон не залетел. Максимум оглушит. Глядя как на нарах началось шевеление, я усмехнулся, зевая, бородатые парни в трусах и тельниках, построились по приказу ротного на свободной площадке. Тот осмотрел их кривя губы и сообщил:

— Все вы теперь оформлены на третий взвод. Это ваш командор, гвардии рядовой Шевцов. Теперь он ваша няня, и папа с ремнём. Командуй.

Последнее тот сказал мне, и развернувшись, двинул к выходу. Я же задумчиво изучал крепких молодых парней. Хотя были и возрасте. За тридцать. Сходу определил в двоих лидеров, которых остальные слушались. Так что положив руки на автомат, он поперёк груди висел, а я в полной боевой был, даже ранец за спиной, не снимал, и сказал:

— Слушаем меня, повторять не буду. К вечеру экипируемся, и выходим на боевую позицию. Дальше очищаем район дач, выдавливая противника, по возможности уничтожая. Вопросы?

— А у меня нога болит, натёр, — нагло заявил один из тех, кого я принял за авторитета, сразу на слабину проверяют. Для таких шакалов это обычное дело. Ничего, я ещё сделаю из них людей.

— Представьтесь.

— Гвардии рядовой Асланбеков. Амир. Гранатомётчик.

Усмехнувшись я подошёл к нему, взял за трусы, скрутив их, и поднял одной рукой над головой, под вопли боли того. Ещё бы те натянулись между ног, сдавили гениталии, я же, держа того на весу одной рукой, изучал волосатые ноги.

— Что-то я не вижу повреждений.

Тут на меня трое бросились, так что откинув Амир, встретил атаку. Ну и остальные подтянулись, слышали крики, воли боли, гулкие звуки ударов, хлёстких пощёчин, и шум падения. Все тринадцать абреков, что были в палатке, лежали кто где, и стонали, но были в сознании. Двое что поумнее, заползли под нары.

— Итак, начнём по новой. Я ваш командир, гвардии рядовой Шевцов. Общаться или командир, или по позывному, Кошак. Вечером уходим на боевой. Кто останется, пристрелю. И мне пох на последствия. А пока проверить форму, амуницию, оружие, получить дополнило боезапас и провизию. Старший Асланбеков. Вперёд.

Пинками я заставал тех встать, и как оделись, по складам, получать нужное. Со стонами, морщась, но стали выполнять. Бутузить те ещё пытались, но снова получив тумаки, присмирели, злобно на меня поглядывая. То, что те договорились, когда ночью пойдём, пристрелить меня в спину, откровением не стало. Шакалы в своём виде всегда остаются шакалами. Да я всё сделаю, чтобы они отправились в гробах домой, посмертно награждённые медалями Героев России. И за дело награждённые. Ну а пока шла подготовка, я определял сколько нам нужно вооружения. Смог выбить дополнительный пулемёт, а то один «ПКМ» на взвод. Зато гранатомётчиков два и один снайпер. Остальные автоматчики. Как стемнело, началась движуха. Вот и мы тяжело нагруженные, даже я цинк нёс и коробку с армейскими пайками, двинули к передовой. Шёл позади взвода, выслав дозор из одного бойца. Ну и присматривал за теми, сообщив, что у меня прибор ночного виденья. Видно, что поглядывали в мою сторону, но не стали пока стрелять. Возможности не было. Шли по дну оврага. Вот тут стоит сказать, что прошлой ночью, пока в землянках ночевали у штаба дивизии, я выходил якобы в туалет. А сам отбежав, в эту сторону часовые через тепловизор не смотрели, достал дроны и отпустил. Сейчас те уже в районе Херсона, прошлой ночью поработать успели и сейчас начали работать. Даже отсюда на вражеском берегу вспышки серии мин от полкового миномёта видел. Это Первый накрыл позиции двух миномётов. Как раз того же калибра, но польские стволы. Дальше тот работал по берегу, уничтожил точечными одиночными сбросами наблюдателей, с тепловизорами и снайперов. Одну точку дроноводов. Поэтому, когда мы до берега дошли, то по нам никто не стрелял, просто некому. Часть «Шустрых» на перезарядке, остальные работали по своим целям. Дрон-разведчик наводил. Да и станции наблюдения на орбите работали и оба искина ими пользовались. Второй параллельно охранял девчат и детей в Москве. Дополнительная охрана, подстраховался.

А на берегу две лодки, с моторами, пустые. Только что прибыло пополнение к нацистам. Я и велел грузится в обе. Удивились, но стали укладывать всё что мы несли, дальше сами загрузились. Не скажу что черпали бортами, но близко, перегружены лодки. Так что двинули на них на тот берег, вражеский. Ротный конечно командовать умеет, но мы и сами с усами. Я собирался занять позиции во вражеском тылу. Там одно место, ну просто отлично подходит для круговой обороны. Видно всё у дач на нашем берегу, а также подойти с суши к месту обороны сложно, открытая местность. Там мы оборону займём. Дроны уже отработали там по артиллеристам, так что часть бойцом будет держать оборону, другая помогать нашим освобождать район дачного посёлка. Работать через реку. Тем более среди трофеев есть безоткатное орудие, там позиция «СПГ-9» и изрядно боезапаса к нему. До этого те били по нам, теперь мы будем по ним. Я это вооружение знаю. Знают ли подчинённые, выясню, если да, сформирую расчёт. Так что гранатомётчики, один пулемётчик и снайпер работают по району дач, остальные в обороне. Сколько мы так продержимся не