"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

воительница, стояла на земле и уворачивалась от ударов жабы, которая замахивалась на нее свободной лапой, пытаясь ударить когтями по лицу. Однако воительница что-то не рассчитала, и тварь могучим ударом отшвырнула ее в сторону. Рыча, Лун выругался, спрыгнул с ветки и, взмахнув крыльями, изо всех сил помчался вниз. Он подумал: «Вот что случается с безмозглыми воинами, которые не умеют осторожно охотиться».

Он приземлился на чешуйчатую спину твари и выпустил все когти. Тварь взревела, уронила Рывка, которого старалась засунуть себе в пасть, и попыталась достать Луна. Он резко поднял крылья, чтобы защитить голову, расправил шипы и нашел то, что искал – мягкое, незащищенное место прямо под кромкой черепа. У земных хищников оно обычно имелось. Жаба схватила Луна за шипы как раз в тот миг, когда он вонзил когти в мягкую шкуру и разодрал что-то похожее на артерию.

Хватка твари ослабла, она вздрогнула под Луном, а затем обмякла. Лун спрыгнул с нее, потом осторожно обошел тело, проверяя, не жива ли она. Увидев, что глаза жабы остекленели, он повернулся посмотреть, что стало с Рывком и Наградой.

Буря и остальные только подлетели и опускались на землю. Рывок стоял над Наградой, а та лежала ничком на примятой траве, приняв земной облик. Она жмурилась и стискивала зубы, а ее лицо искажала гримаса боли. Лун одним прыжком очутился рядом и понял, что она вывихнула правое плечо. Он сочувственно зашипел – о повреждениях крыльев Лун знал больше, чем хотелось бы. Судя по всему, от удара воительница ненароком перевоплотилась, отчего травма стала еще хуже. Кости, похоже, не сломались, но ушибла она их серьезно.

– Ты ранен? – спросила Буря у Рывка.

Тот с несчастным видом помотал головой.

– Награда пыталась мне помочь и ее задело. Консорт…

– Я видела, – прервала его Буря. Затем она с каменным лицом посмотрела на Луна. – Ты в порядке?

Лун тряхнул шипами.

– Да.

– Она не может лететь дальше, – сказала Звезда. От боли у Награды начались рвотные позывы, и Звезда поспешно присела рядом, чтобы та могла на нее облокотиться. Затем она взволнованно посмотрела на Бурю. – Ей нужен наставник.

Буря кивнула и повела шипами.

– Недалеко отсюда есть двор Бирюзового Моря. Мы сможем добраться туда до темноты. Полетим к ним.

Лун предложил:

– Я могу понести ее. – Он хотел прибавить, что если он и Буря полетят вместе с Наградой вперед остальных, то окажутся в Бирюзовом Море вдвое быстрее.

Однако Буря резко ответила:

– Нет. Мы сами заботимся о своих.

Лун, оскорбленный, сдержался, чтобы не зашипеть.

– Ладно. В следующий раз я позволю хищникам их сожрать.

Буря пропустила его слова мимо ушей, но воины угрюмо переглянулись.

Когда они полетели к Бирюзовому Морю, Буря сама понесла Награду, и Лун вскоре сообразил, почему она так рассердилась. Буря не смогла позаботиться о своих спутниках, а Лун смог. Будь он сам воином, пусть даже из чужого двора, никто бы и бровью не повел. Но он был консортом, который находился под защитой Бури и явно в этой защите не нуждался.

Нефриту это никогда не беспокоило, или же она просто не подавала виду. Может быть, в Тумане Индиго это было неважно и все успехи консорта Нефриты считались ее успехами, поскольку это она его выбрала.

Как же здорово, что он наконец во всем разобрался; только жаль, что поздно.

* * *

На полпути к Бирюзовому Морю начался сильный дождь, и они прилетели туда уже затемно, ориентируясь по огням колонии. Та располагалась не в исполинском древе, а была выточена в узловатом деревянном наросте, который ютился в ветвях исполинского терновника. Терновник был не такой большой и не такой колючий, как тот, в котором обитали Изумрудные Сумерки, но лететь через него в темноте было непросто.

Когда они добрались до посадочной площадки у главного входа в колонию, двор уже знал об их приближении, и наружу вышли воины и арборы. К счастью, по сравнению с некоторыми другими дворами, раксура Бирюзового Моря оказались вполне вменяемыми. Едва воины увидели, что среди гостей есть раненые, правящая королева сама спустилась к ним, чтобы приветствие прошло как можно скорее, и уже через несколько минут их проводили в просторный приемный зал, вырезанный в древесине. Награду увели заботливые наставники, и Звезда пошла вместе с ней.

Лун стоял в сторонке, пока королева Бирюзового Моря и Буря завершали приветствие. Ему подумалось, что колонию основали относительно недавно – приемный зал выглядел скромно и вмещал в себя всего два высоких этажа с четырьмя выходами, а резьба на стенах казалась в свете зачарованных огней совсем свежей. Потолок негусто увивали цветущие лианы, но ни фонтанов, ни водопадов нигде не было.

Хотя двор и был маленьким, он, похоже, процветал. Воины и арборы, толпившиеся в коридорах и глазевшие на гостей, в земном облике почти не отличались от раксура из Тумана Индиго и Изумрудных Сумерек: у большинства была бронзовая или медная кожа и темные волосы, но местами Лун замечал красновато-русые копны.

Он лишь надеялся, что им предложат ужин, все-таки они уже два дня не ели сытно. Лун принял земной облик вместе с воинами, отчего его одежда промокла, и он чувствовал себя чумазым и уставшим. Со скучающим видом он водил пяткой по гладкому деревянному полу, и вдруг осознал, что все вокруг замолкли. Лун поднял голову и увидел, что воины и арборы Бирюзового Моря выжидающе смотрят на него. Амаранта, их королева, кивком указала на Луна и спросила у Бури:

– Это твой консорт?

– Нет. – Буря напряглась, но смогла не выдать, насколько эта мысль ужаснула ее. – Мы сопровождаем его в Опаловую Ночь.

Амаранта была старше и крупнее Бури. Один ее шип дрогнул, и обстановка в зале стала ощутимо менее дружелюбной. Лун подумал, что теперь, когда о раненой воительнице позаботились, королевы вспомнили, что они – раксура, а значит, должны ненавидеть друг друга с первого взгляда. Амаранта спросила:

– Полагаю, у него есть имя?

Буря тоже дернула шипом.

– Он – Лун из Тумана Индиго.

Амаранта шагнула к нему; Лун вздрогнул, подался назад и приготовился бежать к выходу. Однако королева остановилась и принюхалась.

– У него есть королева. – Она склонила голову, снова посмотрев на Бурю. – И это не ты.

Буря поморщилась.

– Долго рассказывать.

Амаранта уложила шипы и, явно пересилив себя, решила не оскорбляться таким ответом. Она сказала:

– Значит, сейчас мы сядем, и у тебя будет предостаточно времени, чтобы все нам поведать.

Лун мысленно застонал. Вечер обещал быть долгим, неловким и полным косых взглядов.

Их отвели