Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

— Я итак жила самостоятельно, — тут же возмущённо насупилась сестра, но Рома в ответ на это лишь хохотнул.

— Ага, а посуду ты когда помоешь? — с весельем в голосе спросил он, указав бокалом в сторону заполненной разной утварью раковины.

— Когда время появится, — фыркнула Настя, отправив себе в рот последний кусочек ягнёнка. Прожевав и проглотив нежное мясо, она махнула рукой в сторону третьего имеющегося на кухне стула, куда по приходу брата сложила все лежащие на столе книги, тетради с конспектами, свой ноутбук и прочие мелочи.

Нормального рабочего стола она пока так и не купила. Да и, как бы смешно это не звучало, но работать на кухне ей нравилось.

— Угу, — кивнул Роман, глядя на горку грязной посуды. — Как появится…

— Слушай, чего ты докопался-то? — не выдержала Настя.

— Я? О, я вообще без претензий. Я вообще на тебе хорошо заработал…

— В смысле⁈

Настя уставилась на брата таким взглядом, что тот даже не знал, бояться ему или смеяться.

— Мы с Кириллом поспорили, — поведал он. — Он пятьдесят тысяч поставил на то, что ты через неделю уже домой прибежишь.

— П-ф-ф-ф, — фыркнула Настя и закатила глаза. — Болван.

— Я ему так же сказал, — Рома усмехнулся и отпил вина из бокала. — Он прямо был вот на сто процентов уверен, что ты и недели не продержишься без личного водителя, повара и всего прочего.

— Если бы это было так, то я бы сейчас жила у себя, а не тут, — отмахнулась Настя, подтянув к себе другой контейнер. С салатом с уткой с апельсинами. И поискала глазами вилку. — Хотя не могу не признать, что тут есть свои недостатки и…

Она резко замолчала, когда из-за стены донёсся неожиданный женский крик. Резкий и бесконечно злой.

— Это что такое? — заволновался Рома.

— Это Наташа, — спокойно и даже с какой-то скукой в голосе ответила Настя, принимаясь за салатик. — Похоже, её муж опять набедокурил.

Будто желая подтвердить её слова, из-за тонкой межквартирной стены опять раздались вопли. В этот раз это был поток почти беспрерывных оскорблений.

А Роман смотрел на стену, где висел дешёвенький кухонный гарнитур, одновременно с восторгом и ужасом в глазах.

— Господи, она что? Из картона сделана? Тут же слышимость бешеная…

— Без понятия, — пожала плечами Настя, поддев кусочек утки вместе с листьями салата. — Я в первую неделю из-за них спать не могла. Стабильно раз в пару дней орут. Обычно как раз после десяти, когда её супруг домой приходит. Вот я и взяла привычку после одиннадцати ложиться. Когда эта дура наорётся наконец. Надеюсь, что сегодня до двух ночи, как в прошлый раз не затянется.

Рома отвернулся от стенки и посмотрел на сестру с уважением.

— Знаешь, а ты адаптировалась удивительно быстро, — произнёс он, на что Настя лишь устало махнула рукой и вернулась к салату.

— Как дома дела? Расскажешь?

— Да всё так же. Папа занят делами. Мама тоже. Знаешь, отец хотел приказать охране вернуть тебя домой, но мама его отговорила. Сказала, что нужно дать тебе делать то, что ты считаешь правильным.

Услышав это, Настя едва не подавилась. Пришлось даже глоток вина сделать.

— Правильным? Да я сама до сих пор не могу понять, правильно ли поступила…

— Ну, тут никто тебе ответа, кроме тебя самой, не даст, — Роман пожал плечами и откинулся на спинку стула, который воспринял подобное тихим и жалобным скрипом. — В любом случае, это твоё решение, и, просто чтобы ты знала, я его уважаю. Я тебе и раньше говорил, что ты можешь мне ничего не объяснять. Главное, чтобы ты сама знала, что поступаешь верно и так, как хочешь этого сама…

— Рома, да я до сих пор не знаю, зачем я это делаю, — повторила Настя со вздохом отставила контейнер с салатом и взяла в руку почти пустой бокал и протянула его брату. Тот быстро понял намёк и долил ей.

— А сама-то ты что думаешь? — спросил он, поставив бутылку обратно на стол.

Настя ответила не сразу. Перед этим последовал долгий глоток, за который она собиралась с мыслями.

— Наверное потому, что… не знаю, как это объяснить.

— Не хочешь, чтобы тебя воспринимали красивым дополнением к семейной фамилии? — подсказал брат.

— Что-то вроде того, — кивнула она как-то неуверенно, а, затем, задумалась.

— Ром, можно вопрос? — негромко спросила она через несколько секунд, глядя на бокал в своих пальцах.

— Вопрос?

— Да. Только ответь честно, хорошо?

— Спрашивай, — махнул он рукой.

— Помнишь наш с тобой спор? Ну, когда мы спорили на то, смогу ли я уломать Александра пойти со мной на приём к Распутиным.

— И? Ну, помню.

— Скажи, — Настя помедлила и облизнула губы. — Он сам пошёл или…

— Или?

— Ага, или.

— И? — поинтересовался Рома. — Что ты хочешь услышать?

— Я хочу знать, не намекнул ли ему «кто-то» о том, что ему следует пойти на этот приём, — произнесла она, глядя ему в глаза и сделав особый акцент на слове «следует».

Рома ответил на её взгляд своим собственным.

— Я попросил его сходить на него, — честно признался он через несколько секунд.

Сказав это, он уже внутренне приготовился если не к истерике, то как минимум к всплеску возмущения со стороны сестры, но, к его удивлению, та издала нечто среднее между смешком и всхлипом и покачала головой.

— Господи, а я-то, как дура, ходила и радовалась, — сокрушённо произнесла она, крутя в руках бокал с вином. — Думала, что выиграла у тебя машину. А на самом деле…

— Эй. Ты же всё равно победила…

— Ой, Ром, иди знаешь куда?

— Куда?

— Сам догадаешься, — отмахнулась от него Настя. — А я ведь тогда всё думала, почему он так резко согласился пойти. Был ведь против. Он же мне два раза отказал, я же помню. Очень резко, между прочим. А потом, бац, и согласился. А я так была рада, что наконец тебя уела…

— Кстати об Александре, — как бы между делом произнёс Роман, заодно решив на всякий случай изменить тему. — Как у вас с ним?

Настя