Фантастика 2026-53 - Игорь Сергеевич Макичев

— Откровенно говоря, словосочетание «ваши личные корабли» не радует, а расстраивает… — неожиданно заявила она. — Я бы предпочла летать с тобой или с Мариной. Хотя разумом и понимаю, что толку от таких двоек немного. Впрочем, пилотаж освою. Вот увидишь…

— Да, двойка свободных оперативников — это два корабля, а не развеселая компания из двух или четырех человек в командирской рубке одного МДРК… — ухмыльнулся я, затем передал управление Фениксу, отстыковался от кресла, встал, помог Темниковой последовать моему примеру и предложил ей первой войти в лифт.

Сваливать к себе для конспирации Даша и не подумала — оказавшись на первой палубе, без колебаний пошла к моей каюте. А там полюбовалась сладко спящей подругой, спокойно сняла скаф и все слои компенсирующего костюма, поймала мой взгляд, вопросительно мотнула головой и, прочитав нехитрую жестикуляцию, умотала мыться первой.

Вернувшись обратно и обнаружив, что стол уже накрыт, укоризненно посмотрела на меня и повелительным жестом отправила в санузел. За время моего отсутствия убрала покрывало в шкаф и переложила подругу с одеяла под него. Пока ели, о чем-то сосредоточенно думала. А после того, как убралась и обнаружила, что я лежу на кровати в шортах и футболке, шепотом «вправила» мозги:

— Тор, не юродствуй: мы тебя давным-давно не стесняемся, точно знаем, что ты к нам домогаться не станешь, и отпустили абсолютно все комплексы. Поэтому спать НА одеяле и одетым больше не надо…

Закончив «воспитывать», подняла меня с нагретого места, заставила снять «лишние» предметы одежды, загнала под одеяло, вырубила весь свет и забралась ко мне. После чего привычно зафиксировала коленом и вздохнула:

— Я весь день обдумываю на редкость неприятную мысль…

— Делись! — потребовал я, почувствовав в ее голосе напряжение.

Она знала, что так и будет, но все равно благодарно потерлась щекой о плечо и передвинула руку, покоящуюся на моей груди, чуть выше:

— За один рейд в Шираз и два рейда в Хатту мы вернули на родину восемьдесят девять соотечественниц. На первый взгляд звучит здорово, а на второй — даже не смешно: на эти три рейда у нас ушел ровно месяц, а только в Халифат с оккупированных планет вывезли сотни тысяч девочек, девушек и молодых женщин. Говоря иными словами, в два «Наваждения» эту проблему не решить. Не решить и в десять: нужна добрая воля государя, готовность давить эмира Хуссейна до прогиба еще и в этом направлении…

— … и сумасшедшие ресурсы… — продолжил я, задвинув куда подальше воспоминания о том, как решал эту же проблему Медоедом. — А их у нас не так уж и много — мы воевали против восьми государственных образований и победили. Да, Олег Третий разговаривает с проигравшими с позиции силы. Но количество уступок, на которые они готовы пойти, наверняка ограничено…

— Ты хочешь сказать, что требовать контрибуцию, которую можно будет пустить на восстановление всего разрушенного, выгоднее, чем добиваться возвращения наложниц и рабынь⁈

Я грустно усмехнулся:

— Ты не дослушала. Почти уверен, что эмир Хуссейн не станет обсуждать этот вопрос ни за что на свете.

Ведь законного способа отобрать наложниц у подданных у него, скорее всего, нет. Следовательно, любая попытка об этом заикнуться может привести к бунту местного дворянства и последующей смене династии.

— То есть, он в ситуации цугцванга?

— Ага: любой ход в эту «сторону» ухудшает ситуацию.

Даша зябко поежилась и убито вздохнула:

— Дальше можешь не объяснять: да, наших соотечественниц насилуют и убивают, но мы не спасем и тысячную часть, ибо не всесильны, не сможем игнорировать запреты и так далее. А значит, от этой проблемы надо побыстрее абстрагироваться. По примеру врачей, абстрагирующихся от страданий своих пациентов…

Я включил голову и придумал дополнение, позволяющее хоть чуть-чуть унять совесть:

— Ты забыла добавить «…и пользоваться любой возможностью вернуть домой хоть кого-нибудь еще…»

Она обдумала эту мысль и медленно кивнула:

— Ну, да. А эта фраза меняет… многое.

— Угу… — угрюмо поддакнул я, вспомнил один из монологов Цесаревича и придумал, как хоть немного успокоить расклеившуюся подругу: — Даш, война вообще омерзительная штука — она ежедневно вынуждает выбирать между плохим и очень плохим. Но благодаря тому, что мы регулярно решали, кому жить, а кому умирать, Коалиция не смогла захватить и уничтожить все, что нам дорого. И еще: да, число восемьдесят девять «не звучит». Но только в том случае, если не видеть всей картины. А она выглядит достойнее некуда: мы не сидим на месте и не ждем помощи, а делаем все, что в наших силах. К примеру, та же Маша несколько месяцев спасала раненых, а потом перевелась в ИАССН и начала летать в рейды. Причем отнюдь не в прогулочные. Да и на твоем личном счету появились реальные победы над врагами…

— Ты прав… — облегченно выдохнула Темникова, снова потерлась щекой о мое плечо и в стиле Костиной требовательно выгнула спинку…

Глава 5

24 мая 2470 по ЕГК.

…В Вороново сели без четверти два ночи по времени Новомосковска. «Авантюрист», заказанный во время общения с оперативным дежурным по космодрому, прибыл через считанные минуты после того, как мы заглушили движки, поэтому Костян с Настеной, Матвей с Ритой и Миша с Олей в темпе загрузились в него, а чуть погодя к своим «Волнам» прискакали и мы.

Пока летели к Озерам, любовались ночным многоцветьем огней над центром города, «празднующего» конец очередной мирной рабочей недели.

А отдельные личности еще и подумывали, не оторваться ли где-нибудь и им. Но последние ценные указания Переверзева еще не забылись, поэтому в какой-то момент я напомнил их и Синицыну с Базаниным:

— Ребят, нам надо быть в Управлении сегодня в восемь сорок пять утра, то есть, всего через шесть с половиной часов. Причем всей командой. Так что оторвемся в другой раз. Кстати, Костя, можешь ночевать у своих. Но в восемь ноль-ноль должен стоять возле «Авантюриста». Матвей, Миша, Настя — вас я, вероятнее всего, отпущу домой завтра днем. Хотя бы на несколько часов. А остаток этой ночи проведете в квартире Марины. И не забудьте приобрести самое достойное шмотье из того, которое можно найти в Сети.

Записные гуляки немного пострадали. Но без души. А после выгрузки из флаеров дисциплинированно встроились в «походный ордер» и потопали ко входу в лифтовый холл.