"Фантастика 2026-139". Компиляция. Книги 1-25 - Игорь Леонидович Гринчевский

- Я не преследую цель оскорбить вас, - заметила я. – Просто констатирую факт. Каким сама его вижу.

- Вы совершенно невыносимый человек, Шайна, - в голосе Шарля послышалась усталость.

Мне стало совестно. Все же владетель больше суток на ногах, при этом – сражаясь. Он тащил меня на себе, пока я спала, и ничего не ел со вчерашнего дня. И я, вместо того, чтобы поддержать его, возмущаюсь на ровном месте. Не удивительно, что я кажусь ему невыносимой.

- Простите, Шарль, - искренне извинилась я. – Я не буду тревожить вас больше.

Он промолчал, никак не отреагировав на мои слова. Впрочем, я и не ждала ответа.

Дальше мы шагали в тишине. Время от времени я поглядывала на узор запечатления, осторожно касаясь замысловато переплетенных линий. Странное дело, когда он был лишь узкой полоской, то казался цельным. А теперь, разросшийся, он выглядел каким-то незаконченным. Означало ли это, что узор продолжит расти? И как далеко он способен распространиться? Спросить бы Шарля, но что-то мне страшновато. Он и так далек от дружелюбия, а если окажется, что увеличение узора несет какой-то особый смысл, еще начнет лютовать. Нет, лучше оставаться в неведении. До лучших времен.

Вот только, чем дольше мы шли, тем меньше верилось, что лучшие времена когда-либо наступят. Казалось, мы уже целую вечность бредем сквозь кромешную тьму, и в мире просто больше не осталось ничего другого. Все сильнее давало о себе знать чувство голода, а ноги гудели от постоянной нагрузки. Моя выносливость еще не подвергалась подобным испытаниям. Обычно долгие пешие переходы, случавшиеся в моей жизни, были хорошо подготовлены, а нагрузка – правильно рассчитана. И, хотя мне и прежде приходилось голодать, это никогда не случалось в дороге. Но хуже всего – неизвестность. Когда мы придем? Справится ли Шарль с угрозой? Сумеем ли выбраться отсюда прежде, чем умрем от истощения?

Конечно, кадхаи утверждает, что способен исцелить тело от голода, но мне бы не хотелось доводить до этого. Вряд ли у него была возможность проверить, как это работает, и вдруг выяснить, что рассчитывать на эту способность не стоит, было бы неприятно.

Да и за рассудок как-то боязно. И так ловлю себя на желании едва ли не прижаться к сияющей броне. Тьма вокруг нервировала.

Несколько следующих часов мы довольно шустро продвигались вперед, почти не тревожимые хаотами. А затем нападения начали учащаться, снова нас тормозя.

- Мы близко, - сообщил Шарль, нарушая установившуюся между нами тишину.

Я даже вздрогнула, настолько неожиданно это прозвучало.

- Откуда вы знаете? – наивно поинтересовалась я.

- Все нападения – оттуда, - он махнул рукой вперед. – По мере приближения они выманиваются на броню. И их становится больше.

- Вы поэтому не торопитесь? Выманиваете по чуть-чуть?

- Неизвестно, сколько их там, - хмуро ответил он. – Лучше уничтожать их малыми группами. Меня некому прикрыть в случае, если их окажется слишком много.

Я подумала, что уж прикрыть-то бы смогла, будь у меня оружие. Другое дело, что без брони я едва ли продержусь долго. Поэтому я заговорила о другом.

- А как вообще закрывается этот прорыв?

- Нужно уничтожить призывающий обелиск.

- Обелиск? – переспросила я недоумевающе.

- Мы называем это так за схожесть формы. Материя из мира хаоса, просачиваясь в наш мир, принимает форму обелиска, и, пока его не разрушат, призывает хаотов к себе.

- Понятно, - кивнула я.

- Неужели? – насмешливо осведомился он.

- Это не настолько уж и сложная мысль, - фыркнула я.

- Шайна, признайтесь, вы вообще умеете злиться? – неожиданно спросил Шарль.

- Разумеется, - вопрос меня удивил. – Почему вы решили, что не умею?

- Вы находитесь в довольно стрессовой ситуации, и наше общение точно не способствует спокойствию. Но вы ни разу не сорвались на крик, - ответил он.

- Так вы сознательно меня провоцируете? – поразилась я. – Понимая всю сложность ситуации, пытаетесь вывести меня из себя?

Я возмутилась до глубины души. Одно дело, если он не в состоянии сдержаться, злясь на меня за попытку побега и мое сопротивление. И совсем другое, когда он делает это расчетливо, чтобы…

А, собственно, что – чтобы? Что-то никакого профита мои истерики или крики не принесут. Из любви к искусству? Чтобы нервы мне потрепать? Из садистских побуждений? Хотя тут, скорее, из мазохистских.

- Зачем бы мне, - недовольно откликнулся Шарль.

- Вот и меня вдруг заинтересовало – зачем? – согласилась я.

- Это не сознательная провокация. Просто вы меня раздражаете.

На миг стало обидно. Я не ною, молчу, не являюсь обузой – по большей части – с чего это я вдруг раздражаю? Но в целом я могла его понять.

- Это взаимно, - кивнула я.

Потому что он был мне навязан – как и я ему. Никому не нужная, но не разрушаемая связь давила, заставляя желать освобождения. В конце концов, хотя у Шарля появилась надежда на своего ребенка, вряд ли он счастлив от мысли, что пришлось ради этого пожертвовать отношениями с любимой женщиной.

Да что со мной не так? Этот кадхаи открыто меня оскорбляет, а я ищу ему оправдания! Что он там, злости хотел? Сейчас будет ему злость!

Но устроить скандал мне помешало очередное нападение хаотов. И вновь злость смыло волной восхищения. Как все же великолепно он фехтует!

Вот только хаотов на этот раз как-то многовато. Должно быть, за перепалкой мы прошли больше, чем следовало. Или их концентрация возросла – там, куда мы направляемся.

Я отступила к стене и прижалась к ней, прячась за спиной Шарля. Он тоже отступал, под натиском все прибывающих хаотов, поток которых казался нескончаемым.

Кадхаи был несравненным фехтовальщиком, но с таким количеством противников в одиночку справиться невозможно.

Впрочем, я сильно недооценивала Шарля. Несмотря на выматывающие сутки с бесконечными сражениями, голод, отсутствие сна – он отбивался от волн хаотов легко, словно играючи. Мне очень хотелось узнать, насколько еще ему хватит сил, но я благоразумно молчала, понимая, что отвлекать его вот сейчас точно не стоит.

Не знаю, сколько прошло времени – здесь вообще было сложно следить за временем – когда, наконец, поток хаотов пошел на спад. Я выдохнула, расслабляясь. Справился…

И словно сглазила.

Из темного провала тоннеля хлынула черная волна – сразу несколько десятков хаотов неслись навстречу кадхаи. Меч Шарля заплясал сложный танец, с каждым взмахом уничтожая очередного врага.