"Фантастика 2026-183". Компиляция. Книги 1-27 - Алла Железнова

– Не одну, – вдруг заявил капитан, и после небольшой паузы добавил: – Шестнадцать.

– МС-16… – осенила нас страшная догадка.

Сердце заколотилось с бешеной скоростью. Душа металась от ужаса и боли. Шестнадцать! Столько людей. И все погибли? Мы следующие? Так вот что имел в виду тот журналист, тогда… В тот день, когда я получила это злосчастное письмо. Письмо, которому я так радовалась. Которое ждала, лелея в душе мечту.

– Вы знали, – произнесла я отстраненно. – И молчали!

– У меня не было выбора. Меня приказом поставили на должность капитана МС-16, как и всех капитанов МС до меня. Отказ рассматривался как измена. Пострадала бы моя семья. Я не мог рисковать ими и их будущим. Если бы мы вернулись, то нас скорее всего встретило бы небо в клеточку или пуля, и никто бы об этом не узнал.

– Получается, у нас нет шансов, так как мы остались без гипердрайва? – прошелестел одними губами Билл Уолкер, но Анатолий Елисеевич его услышал.

– Выходит так. Что носы повесили? – усмехнулся капитан, словно злодей из фильма ужасов. – Радуйтесь. Мы герои! Полный вперед. Если мы протянем хотя бы до горизонта событий дыры, это будет чудом, – поставил он точку и покинул мостик.

Игорь Михайлович досадливо покачал головой, запуская основные штатные двигатели:

– Хорошо, если вообще протянем до того момента, как увидим саму дыру.

Глава 7

2158 год

День за днем мы погружались в пучину отчаяния. Мысль о том, что неисправная система жизнеобеспечения уже исчерпывает свои последние ресурсы, взращивает в нас вселенский ужас. В химическом составе воздуха корабля растет процент содержания углекислого газа.

– 1,3 процента, – озвучил неутешительную цифру Генри. – Система фильтров и вентиляции в поврежденном отсеке. Ее не починить без утерянного оборудования.

– Вскоре придется использовать запасные баллоны скафандров с газовой смесью из тех, что сохранились в запасе, – стер легкую испарину со лба Федор.

– В биореакторе воздух немного посвежей. Там пока еще держится четкий процент.

– Может, стоит закрыть второй агрегатный отсек? – внесла предложение Ольга, глядя на свой служебный монитор.

– Тогда он нам будет недоступен для работы с ним.

– Пока мы движемся ровно, ни аварий, ни поломок главного двигателя не предвидится. Да и вскоре с такими обстоятельствами нам будет не до него. Пан или пропал, как говорится.

Генри Блэйд неутешительно покачал головой, но поставил галочку в своем планшете и отправил капитану на рассмотрение. Ответ пришел сразу.

– Перекрывай, – велел инженер.

– Я подготовлю баллоны и ингаляционные наборы, – поднялась я с кресла одного из инженеров и направилась в свой мини-медблок.

Трубки, маски, респираторы. Все у меня лежало там, где отведено. Что-то в неприметных шкафчиках, встроенных в переборки разных отсеков и палуб, для возможности воспользоваться в максимально короткие сроки, что-то хранилось у меня. Но часть баллонов с жидким кислородом мы уже использовали, часть ушла богам в жертву. Остались только скафандры и их баллоны. Ну, и неделя… может, две с их помощью.

В последующие несколько дней ко мне все чаще начала заявляться команда. Кто-то с повышенным давлением, кто-то с тошнотой, девушки зачастили с носовыми кровотечениями и повышенным давлением. Все чаще нам приходилось дышать через маску, а баллоны носить за своей спиной, как довольно тяжелый рюкзак. Черная дыра-таки появилась в поле зрения, но еще пока как едва различимая яркая точка. Это не сверхмассивная дыра, потому размеров вселенского масштаба она по идее не должна достигать. Но как же страшно только представить себя рядом с этой черной, пышущей жаром и радиацией пропастью!

Кители уже давно были нами позабыты. Все без исключения стали испытывать тошноту и одышку. У Хелен даже чуть не начались судороги при отметке углекислого газа на корабле в три процента. Нам пришлось делиться с ней своими запасами и ингалировать ее чаще. Баллоны сравнительно небольшие, являлись резервной системой жизнеобеспечения космонавтов, в открытом космосе при непрерывной работе их хватает едва ли на час. В нашем случае при частичном и бережном потреблении баллона хватает на пару суток, учитывая, что мы пока дышим и воздухом самого корабля.

Постепенно все свелось к тому, что мы уже и жилой блок перекрыли. Остались доступными штурманская рубка, центральная палуба и биореактор, в который мы плавно переместились. Сонливость, тошнота, одышка и потливость стали нашими верными спутниками. Только сон немного облегчал нам существование.

Однажды, когда все спали, мы с Анной сидели спина к спине и рассматривали колоду карт, с которой не пожелали расстаться. Запирая свои каюты, инженеры сосредоточили работу системы жизнеобеспечения на центральную палубу. Удивительно, что она еще поддается какому-то контролю. Спасательных шлюпов в нашем корабле, как в фантастических триллерах, у нас не предусмотрено. А потому заперты мы здесь, словно кильки в консервной банке.

Девушки научной группы и инженеры уже двенадцатый час крепко спали, когда вдруг нас посетил капитан. Он зашел к нам в оранжерею, с неудовольствием осмотрелся и сполз вдоль переборки на пол, переведя взгляд на растительность, начавшую увядать. Ольга смерила его ненавидящим взглядом и, в отличие от нас, даже приветствовать не стала. Мы сидели какое-то время тихо и недвижимо, когда Анатолий Елисеевич вдруг решился на монолог.

– С прошедшим Новым годом, – вдруг осенило его, а Анна фыркнула. Сколько времени уж прошло! – Примерно сто лет назад над Северной Америкой был сбит неопознанный летающий объект. В те годы шла третья мировая война. Никто и подумать не мог, что это инопланетный корабль, с живыми разумными существами на борту.

Мы аж встрепенулись от такого откровения.

– Судьба гостей нашей планеты мне не известна, а вот то, что уцелевший гипермощный двигатель был изучен и воспроизведен в точности до винтика… Почти пять десятков лет ушло на разработку того топлива, которым пользовались пришельцы для гиперпространственных прыжков. А после, первыми по пути, что совершили инопланетяне, были отправлены беспилотники. За ними МС-1, 2 и далее по списку. Каждый раз что-то случалось в пути. Будто Бог не хочет для нас другой судьбы. Может, просто считает недостойными? Мне не собирались говорить о том, что случилось с другими кораблями. Но в МС-15 был мой брат. И после того, как о нем не пришло ни одной вести, а на пороге моего дома появился генерал-майор при полном параде и вручил мне пакет документов, лишь тогда я осознал, что это билет в один конец. Потому, покинув Млечный Путь, я не мог найти себе места. Так зачем продлевать