Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

ним. – Мне кажется, кого бы вы ни избрали, она не должна быть из числа тех, кто находился в Башне, когда меня… свергли. Разве не лучше, чтобы ту, которая вновь объединит Башню, никто не посмел обвинить, что в тот день она приняла чью-то сторону?

Если придется продолжать в том же духе, у меня просто голова расколется!

— Кто-то очень хорошо владеющий Единой Силой,– добавила Лиане. – Чем она сильнее, тем в большей степени сможет символизировать собой все то, что есть Башня. Или будет символизировать вновь, когда не станет Элайды.

Суан чуть не пнула Лиане. Эту идею предполагалось попридержать с денек и подбросить попозже, когда они в самом деле начнут перебирать имена. Они с Лиане знали о каждой сестре достаточно, чтобы отыскать какую-нибудь слабинку, нужную струнку, и ловко обольщать возможностью заполучить палантин и жезл. Суан скорей согласится голой забраться в косяк щук-серебрянок, чем позволить этим женщинам сообразить, что она пытается манипулировать ими.

— Сестра, которой не было в Башне, – кивнула Шириам – Замечательная мысль, очень здравая, Суан. Очень хорошо.

С какой поразительной легкостью они теперь принялись гладить ее по голове!

Морврин пожевала губами:

— Будет нелегко. Чтобы найти такую…

— Степень владения Силой сужает выбор. – Анайя оглянулась на остальных. – Это требование сделает ее наилучшим символом, по крайней мере для прочих сестер, но не следует также забывать, что женщина, незаурядная в Силе, часто обладает очень сильной волей. Той, кого мы выберем, подобное качество просто-таки необходимо.

Последними с этими доводами согласились Карлиния и Беонин.

Суан сохраняла непроницаемое лицо, но внутренне вовсю улыбалась. Разлом, прошедший через Башню, многое переменил, теперь по-другому думает не одна Суан. Эти женщины возглавляли сестер, собравшихся здесь, а теперь обсуждали, кого представить новому Совету Башни, как будто это не должно стать выбором самого Совета. Совсем нетрудно оказалось, пусть даже и столь мягко, убедить их, что им нужна такая новая Амерлин, какая без их слова и шагу не ступит. Всем невдомек, что и их, и ту Амерлин, которую Суан выберет себе на замену, будет наставлять на путь истинный именно Суан. Слишком долго она работала вместе с Морейн, чтобы отыскать Ранда ал'Тора и подготовить его. Суан отдала этой задаче чуть ли не всю свою жизнь – и рисковать не станет: кто-нибудь другой может напортачить и погубить все дело.

— Могу я еще кое-что предложить? – Робость совершенно не в ее натуре; нужно бы подыскать что-то иное. Суан дождалась кивка Шириам, стараясь не скрежетать зубами, и только потом продолжила: – Элайда попытается обнаружить местонахождение Ранда ал'Тора. И чем дальше на юг, тем больше слухов, что он покинул Тир. Думаю, так оно и есть. И, по-моему, я догадалась, куда он отправился.

Не было нужды говорить, что они обязаны отыскать Ранда раньше Тар Валона. Они все понимали. Естественно, не только потому, что Элайда плохо им распорядится, а потому, что если она наложит на него свои лапы, продемонстрирует его миру, отсеченного от Источника и полностью в своей власти, то всякая надежда свалить ее улетучится. Правителям известно Пророчество, пусть даже их народы о нем не ведают, – и тогда они простят ей и дюжину Лжедраконов.

— Куда? – резко спросила Морврин, лишь на миг опередив Шириам, Анайю и Мирелле.

— В Айильскую Пустыню.

На мгновение повисла тишина, потом Карлиния сказала:

— Это нелепо!

Суан проглотила сердитую реплику и улыбнулась – как она надеялась, виновато:

— Может, и нелепо. Но, будучи Принятой, я кое-что прочитала об айильцах. Гайтара Моросо полагала, что некоторые из айильских Хранительниц Мудрости способны направлять Силу. – В то время Гайтара была Хранительницей Летописей. – Однажды я ей читала книгу, ветхий томик из самого пыльного уголка библиотеки, и там говорилось, что Айил зовут себя Народом Дракона. Я припомнила это, ломая голову над тем, куда же исчез Ранд. Пророчества гласят, что "никогда не падет Тирская Твердыня, пока не явится Народ Дракона", а в захвате Твердыни участвовали и айильцы. На этом сходятся все слухи и пересуды.

Морврин попыталась вместить взглядом сразу всех женщин в комнате.

— Я припоминаю рассуждения о Хранительницах Мудрости… Тогда я только-только получила право на шаль. Будь оно правдой, это было бы захватывающе, но айильцы относятся к Айз Седай немногим лучше, чем ко всем прочим входящим в Пустыню. Насколько я понимаю, у их Хранительниц есть какой-то закон или обычай не вступать в разговоры с чужаками, поэтому почувствовать, не… – Вдруг она встряхнулась, уставясь на Суан и Лиане так, будто ее мысли вслух были их виной. – Тонкая соломинка, из нее трудно сплести корзинку. Некие строчки, оставшиеся у тебя в памяти, из невесть какой книжки, которую, по всей вероятности, написал тот, кто айильца и в глаза-то не видел.

— Очень тоненькая соломинка, – вставила Карлиния.

— Но разве не стоит послать кого-нибудь в Пустыню? – Суан с трудом превратила эту фразу в вопрос, а не в требование. Ей казалось, если она не найдет иного способа сдерживаться, то скоро совсем на пот изойдет. Суан по-прежнему держала себя в узде и игнорировала жару, но и без того туго приходилось – ведь надо было волоком тащить этих женщин к своей цели, причем чтоб они не заметили, как она запустила пятерню им в волосы и тащит, куда надо ей. – Не думаю, чтобы айильцы сделали что-то дурное Айз Седай. – Вряд ли. Главное, чтоб она оказалась пошустрее и дала им понять, что она – Айз Седай. Суан не думала, что посланнице что-то грозит. А рискнуть нужно. – Если Ранд в Пустыне, айильцам об этом известно. Не забывайте об айильцах в Твердыне.

— Наверное, – задумчиво протянула Бонвин. – Но Пустыня велика. И скольких же нам послать?

— Если Возрожденный Дракон в Пустыне, – сказала Анайя, – то о нем будет знать первый же встреченный айилец. Судя по всему, каких только событий не происходит там, где появляется этот Ранд ал'Тор. Если он в океан свалится, всплеск даже в самом захолустном уголке мира только глухой не услышит.

Мирелле улыбнулась:

— Лучше отправить Зеленую. Никто из прочих не связан узами более чем с одним Стражем, а в Пустыне два-три Гайдина очень пригодятся – когда еще айильцы признают в чужачке Айз Седай! Мне всегда хотелось увидеть живого айильца.

Во время Айильской Войны Мирелле была послушницей, а их из Башни не выпускали. Разумеется, и Айз Седай покидали ее только затем, чтобы Исцелять раненых. Три Клятвы связывали их – Единая Сила