Фантастика 2026-135 - Елизавета Владимировна Соболянская

— А по лицу не скажешь. Тебя явно что-то беспокоит… выкладывай.

На миг ей захотелось огрызнуться из-за его самодовольного тона, буквально кричащего: «у тебя на лбу всё написано». Быть может, оно так и было, тем более для него — дипломированного психолога. Но от того ей легче не становилось. Справиться с не пойми откуда взявшимся раздражением оказалось куда сложнее. А от смущения теперь же не осталось и следа.

— Завтра уезжаю, — недовольно процедила Лиа сквозь зубы.

— Куда? — никак не отреагировав на смену её настроения, обеспокоенно спросил Нейл.

— Что-то типа санатория.

— Надолго?

— Точно не знаю, в районе двух месяцев, — Лиа кинула мимолётный взгляд на его задумчивую мордашку, перед тем как сосредоточить внимание на своих сухих кутикулах с парой торчащих заусенцев. — Хотя, может, и меньше. Не знаю. Точные даты не оговаривались со мной.

— Для путёвки в санаторий довольно долгий срок, — произнёс он. — Обычно недели на две… максимум четыре отправляют.

— Особое приглашение.

— А где находится санаторий?

— Откуда я знаю? — иронично усмехнулась она. — Если ты забыл, я не так давно переехала. Сказали, что в любой момент можно будет вернуться домой насколько захочется. Естественно, не о днях идёт речь. Значит, где-то тут неподалёку, — Лиа выждала паузу, желая услышать хоть какое-нибудь предположение, но того так и не последовало. — У вас тут дофига санаториев вокруг?

— В том то и дело, я не припомню ни одного на расстоянии тысячи километров. А это никак не укладывается в недолгое путешествие до дома на пару часиков.

— Нет, он говорил что-то о тридцати километрах.

— Он? — настороженно переспросил Нейл, стараясь заглянуть ей в глаза даже тогда, когда она демонстративно отворачивалась и разглядывала всё, кроме него. Вёл себя не то как ревнивец, не то как старший брат, страдающий от сестринского комплекса. Слишком очевидно выделялись нотки в голосе, буквально заявляющие о нежелании мириться с любым другим мужчиной в её окружении, помимо него самого.

— Он — один из соучредителей этого санатория. Несколько дней назад заезжал и пригласил меня лично.

— Даже так. Должно быть, вы в очень хороших отношениях.

Лиа улыбнулась.

Иногда так бывает, что смотришь на человека. Совсем чужого и едва тебе знакомого. Словно очередная живая декорация, создающая видимость жизни, суеты вокруг. Но в этот раз что-то не так с этим человеком — у невзрачного наброска крепнут линии, становятся ярче и насыщенней цвета. Он обрастает всё большим количеством деталей. От чего всё чаще хочется посмотреть на него, найти новую, ранее не замечаемую мелочь. А затем он перестаёт быть плоским. Приобретает индивидуальный рельеф, к которому теперь ещё и тянется рука прикоснуться.

— Мне пора, нужно собираться, — бросила она прощание и потянулась к приподнятой оконной раме.

— Ты будешь по мне скучать?

— А должна?

— Ещё как, — расплылся в чеширской улыбке Нейл.

«Ну точно, бабник», — подумала Лиа, кинув на него последний взгляд уже из-за опущенного окна, прежде чем направиться к шкафу с покоящимся на его дне дорожным чемоданом.

***

Застать рано утром туман в Мироксе дело не хитрое. Летом и ранней осенью дымчатое полотно укрывало городок чуть ли не каждый день. И в первое время Лиа смотрела на него с благоговением, вспоминая довольно нашумевшее произведение Стивена Кинга «Туман» (затем экранизированное под названием «Мгла», что по её мнению гораздо лучше охарактеризовало то, что происходило в картине). Она выбиралась на улицу и бродила в этом упавшем на землю облаке, проникаясь до кончиков пальцев мистической атмосферой и в какой-то степени, желая, наткнуться на нечто не из этого мира. Теперь же туман ей уже окончательно приелся.

Если ты любишь дождь или солнце, то они будут тебя радовать ровно до тех пор, пока не поселится в твоей жизни на постоянной основе.

В том месте, где раньше жила Лиа, туман объявлялся редко. И если ей всё же удавалось застать его, то радостный трепет, щекочущий нутро, было невозможно удержать в себе. Кто бы мог подумать, что не пройдет и года, как она с постной миной будет вглядываться из окна автомобиля в сероватую дымку и не чувствовать абсолютно никакого эмоционального отклика.

Машина остановилась возле огромных кованых ворот. Сверху их украшали острые пики, что тянулись своими опасными для незваного гостя жалами к небу. А снизу на полметра от земли, обвивая вертикальные столбы, прорастали вверх по забору дикие розы.

— Ну сегодня и туманище — уже через десять метров ничего не видно, — вытаскивая дорожный чемодан из багажника, подметил Маркус.

— Такой же, как и вчера, — равнодушно протянула Лиа, забирая у отца свой чемодан. Как только колёсики коснулись земли, она пошла в сторону калитки, что расположилась справа от центральных ворот. — Удачно вам добраться домой.

— Эй, сахарочек, — поймав за капюшон ветровки, приостановил её Маркус. — Нормально попрощаться не хочешь? Мы только через неделю приедем в следующий раз.

— Не через месяц ведь и не через год, что уже неплохо.

— Я бы удивилась, скажи ты что-нибудь приятное, — раздражённо усмехнулась Кейла. Она всё ещё сидела в машине с опущенным окном. Затем горестно вздохнула и добавила: — постарайся никуда не вляпаться. Учись, проходи процедуры и звони нам, хоть иногда. Мы тебе мобильник покупали не для того, чтобы он валялся разряженный на дне сумки.

— Ага, поняла.

— Подружись там с кем-нибудь и хорошо проведи время, — шепнул на ухо отец и потрепал Лию по голове, взъерошив волосы.

После того как выслушала все наставления, она смогла подойти к незапертой калитке, что открылась с противным скрежетом. Однако, ступив на территорию санатория, Лия всё же обернулась и посмотрела из-за плеча на родителей.

Маркус уже стоял возле водительской дверцы, облокотившись на крышу автомобиля. Натянул дружелюбную улыбку, и без того редко сходившую с его лица, и принялся махать ей рукой. Кейла же, хмурясь и слегка поджимая нижнюю губу, не сводила с неё встревоженного взгляда. Как обычно, в своём репертуаре: на словах одно, а не деле — противоположное.

Лиа закрыла за собой калитку и, покатив чемодан, пошла по протоптанной широкой дорожке. Уже через несколько метров вдалеке стали прорисовываться очертания здания, и