О бедном мажоре замолвите слово 3 - Виталий Сергеевич Останин

class="p1">Шувалов-старший же как влетел, так и не удосужился дверь за собой прикрыть — слишком на эмоциях был. Однако, прежде чем я дошел до нее, она вдруг качнулась и захлопнулась. Ах ты ж… Гэндальф, блин!

— «Купол» поставил еще, — с легкой улыбкой оповестил князь, когда я повернулся. — Разговор ведь серьезный, ты же не хочешь, чтобы его кто-то лишний услышал.

Да, кстати, антипрослушка точно не помешает.

— Да, спасибо.

— Что на счет него? — Юрий Антонович указал на все еще дрыхнувшего Турова.

— А он в курсе обо всем.

И я рассказал ему все о флешке. Учитывая наши родственные отношения и тот факт, что при всех наших сложных отношениях, князь будет чуть ли ни единственным человеком в этом мире, который не пожелает меня слить, действительно все. От момента, как получил носитель информации от умирающего наемника поляка, заканчивая сегодняшним нападением во всех подробностях.

В процессе рассказа я понял еще кое-что — старший Шувалов обладал очень цепким и внимательным к деталям разумом. Примерно на середине моего затянувшегося спича, он уже сделал вывод, что как маг я из себя почти ничего не представляя.

Как я об этом узнал? Очень просто. Юрий Антонович вдруг резко поднялся и отвесил мне тяжелый подзатыльник. Я к такому готов не был, да и был бы — на его скоростях не увернулся бы.

— Какого⁈. — возмутился я.

— О таких недугах, как засраные каналы, ты должен был рассказать мне вне зависимости от наших отношений. Но об этом мы позже поговорим, продолжай по «Святогору».

Доведя историю до конца, я развел руками, все, мол. Князь еще некоторое время молчал, потом поднялся и пошел к дверям. У меня, если честно, мелькнула предательская мыслишка о том, что он принял радикальное решение уйти, оставив блудного сына разбираться с проблемами самостоятельно. Однако, он лишь выглянул за дверь, бросив одному из своих невидимых сопровождающих.

— Вызвони мне Майского, пусть наберет, как свободен будет. Да, в любое время. Я жду.

И прикрыв дверь, на этот раз рукой, а не магией, вернулся в кресло.

— В мать пошел, — буркнул он, глядя на меня, сидящего на краю Сашкиной постели. — Такой же авантюрист. Она, правда, упокой Спаситель ее душу, в политику не лезла никогда, но ты, я смотрю, за двоих решил оторваться.

Хотелось ему сказать, что гены тут ни причем, и вообще — все родители, случись такое, начинают выискивать якобы не свои черты характера. Мол, это от бабушки по материнской линии, у меня такого в родове отродясь не бывало. И, если уж на то пошло, я не его сын, а попаданец из другого мира.

Но не стал, конечно же. Просто гримасу скорчил, типа, да-да. Получилось очень убедительно. Любой сын бы так отреагировал.

— Что скалишься? — без угрозы проворчал старший Шувалов.

— Так плакать поздно, — пожал я плечами.

— И то правда. Ладно. Со «Святогором» я попробую разобраться. Не знаю, что выйдет, с военными, а тем более с секретчиками из несуществующих КаБэ у меня не слишком хорошо связи налажены. Но есть через кого зайти. Пара дней и дам знать. Теперь по поводу лечения. Сегодня же ложишься в клинику и проходишь полный курс лечения энергетических каналов. Я оплачу…

— Деньги есть.

— Откуда? — почти искренне удивился он.

— Не делай вид, что не в курсе, а? Ты взрослый умный мужчина, я — тоже, как выясняется не дурак…

— Тут поспорить можно.

— Не стоит. Ты в свои двадцать пять никогда глупостей не делал?

Князь открыл было рот, чтобы заверить, что уж он-то конечно никогда и ни при каких обстоятельствах. Но, секунду подумав, закрыл обратно. Моя маленькая, но победа.

— Хорошо, заплатишь сам, — кивнул он чуть позже.

— Только я ложится пока не могу…

— Миша, вот тут не спорь, незачем. Это обычный человек может здоровьем манкировать какое-то время, у одаренных такой вольности нет.

— Я уже лечусь. Сходил к бабке одной из ёкаев, травок попил, гимнастику вот делаю.

— Егорыч присоветовал?

— Он.

— Полумера, сын. Ляг, пропей курс алхимии, да целителей пройди. Это быстрее и надежнее, чем ниппонские техники. Они…

— Уже помогают, — видя, что он начал хмурится, я добавил. — Да я не спорю с тобой. Лягу и пролечусь.

Не стал добавлять, что не прямо сегодня, а как с делами разберусь. Нафига его драконить?

— Добро, — сразу же смягчился он. — Теперь по твоей службе. Я попрошу, чтобы…

— Так, а вот тут стоп, отец! — я решительно вскинул обе руки. — Никуда я из полиции уходить не буду. У нас с тобой договор на год, верно? Вот я и собираюсь весь этот год служить в полиции. Не морщись — сам хотел этого.

— Я хотел сказать, что попрошу для тебя пару недель отпуска по болезни, — усмехнулся князь, кажется, впервые выглядящий довольным от того, что я с ним спорил. — На лечение их и потратишь. Как раз мне время дашь со «Святогором» разобраться. Не дело это, сын, бегать с мишенью на спине.

Тут я с ним был согласен. В любом случае нам с Туровым надо бы на некоторое время пропасть с радаров тех, кто устроил сегодняшнее похищение. Так что не стал корчить из себя несгибаемого, а просто кивнул. С Аникой как-нибудь утрясу этот вопрос.

— Уговорил.

— Подумай, цаца какая, уговаривать его еще! — фыркнул старший Шувалов, поднимаясь из кресла. — Все, Миша, пора мне. Лечись. Я прослежу.

Прежде чем уйти, он вдруг остановился, сделал жест, будто собирался меня обнять, но в последний момент превратил его в похлопывание по плечу. И ушел. Я посмеялся про себя — вот же характер. И перебрался с койки Турова на свое кресло. Спать все еще очень хотелось.

Вот только дать мне это сделать реальность по прежнему не желала. Стоило мне только смежить глаза и начать принимать цветные картинки, как дверь палаты снова распахнулась, впуская на порог очередного визитера.

На этот раз им оказался генерал Платов. Я сразу же вспомнил, что он действительно обещал зайти проведать, и внутренне чертыхнулся. Признаюсь, именно с ним сейчас разговаривать не хотелось. Тем более, что я догадывался о чем пойдет речь. Задолжал я ему крупно.

— Как здоровье, герой? — с ходу включил он бодряка. — Как друг?

— Благодаря вам — жив.

Я не собирался корчить из себя неблагодарного свинтуса и утверждать, что спас Сашку своими силами. Нифига подобного. Без полноценной облавы похитители не ушли бы под землю, а я, соответственно, не смог устроить засаду в темноте.

— Ну, какие между нами счеты, Михаил! — он махнул рукой. — Свои же люди.

Вот