Космический замуж. Мои звёздные мужья - Маша Бакурова

Но я им тоже вру…

Алана! Надеюсь, что ты когда-нибудь вернёшься. Надеюсь, что я смогу им рассказать правду. И что мне больше не придётся врать.

Но что, если подруга всё-таки погибла?

Тогда никто и никогда не узнает, что Кира и Лео не мои. Я поклялась.

Но неужели мне придётся всю жизнь прожить во лжи? Разве на этом можно построить отношения и здоровую любящую семью?

А можно ли доверять хазарам, чтобы уже сейчас во всём признаться?

А вдруг тогда они не захотят принять детей?

Я осторожно делаю шаг назад, собираясь сбежать, вернуться в свою комнату к малышам, но моя нога наступает прямо на детский сенсорный кубик. Раздаётся пронзительный писк. И короткая весёлая мелодия.

Голоса в гостиной обрываются.

Время замирает.

Все. Меня заметили. Придется идти и говорить.

Глава 9.2

Я медленно выхожу из тени коридора в мягкий свет гостиной.

Два могучих хазара смотрят на меня, чувствую от них смесь досады, гнева и... вины. Они пойманы. Как и я.

— Я... не хотела подслушивать, — шепчу, и собственный голос кажется мне чужим.

Айвар первым нарушает молчание.

— Ты все слышала, — это не вопрос, а утверждение. В его хриплом голосе закипает гнев.

— Слышала, — киваю я, поднимая подбородок. — Слышала достаточно.

Смотрю на своих двух мужей, раздираемых старой обидой. И во мне что-то щелкает. Страх уступает место странной, холодной решимости.

— Лиссан, — произношу это имя вслух, и оно звучит в тишине, как пощечина. Оба мужчины вздрагивают. — Вы позволили призраку женщины из прошлого встать между вами. И вы тащите эту тень в нашу жизнь.

Рамиль опускает глаза. Айвар, наоборот, смотрит на меня в упор.

— Ты не понимаешь, — цедит он сквозь зубы.

— Нет, — я делаю шаг к ним. — Это вы не понимаете. Я чувствую вашу боль. Каждую секунду. И я устала от нее.

Рамиль встаёт первым и нарушает тяжелое молчание. Он подходит и мягко касается моего локтя, жестом указывая на диван.

— Сядь, пожалуйста, — говорит он устало. — Ты права. Пора рассказать.

Я сажусь, и Рамиль опускается рядом, оставляя между нами пространство. Айвар тоже подходит, но остается стоять, скрестив руки на груди.

— Я... я любил Лиссан, — глухо говорит Рамиль, не глядя на меня. — Мне так казалось. Она была умной, красивой, разделяла мой интерес к науке. А когда я начал чувствовать признаки Зова к ней... — он замолкает, качая головой. — Я был окрылен. Я думал, что это судьба. Что наконец нашел свою кайру.

Он поднимает глаза на Айвара, и в его взгляде читается горечь.

— Я не знал, что он тоже встречается с ней. За моей спиной.

Айвар фыркает.

— Я начал встречаться с Лиссан раньше. — Он садится в кресло напротив, наклоняясь вперед. — И я тоже был... увлечен. Задолго до того, как ты объявил о своем якобы «Зове»!

Рамиль тяжело раздувает ноздри, но я инстинктивно кладу руку ему на предплечье. Хазар замирает, но напряжение в его мышцах медленно спадает.

Я перевожу взгляд с одного на другого.

— То есть... она встречалась с вами обоими? В тайне друг от друга?

Они молчат, и это молчание — ответ. Я чувствую боль от них.

— Мы слишком поздно это поняли, — всё-таки добавляет Айвар. — Лиссан играла с нами. Манипулировала. Каждому внушала, что именно он особенный.

Она крутила ими обоими. Играла с ними.

Внутри вспыхивает странное чувство — смесь возмущения за моих мужей и... ревности к женщине, которая когда-то держала их в своих руках.

— У хазар... — начинает Рамиль, и его голос звучит глухо, — женщины священны. Их так мало. Мы... мы не можем ни в чём отказать. Даже если она ведет себя... недостойно.

Он медленно стягивает мою руку со своего плеча, но не отпускает, а бережно удерживает в ладонях, и начинает свой рассказ:

— У нас есть ритуал Кристального Единения. Хазар медитирует на Кристаллионе. Его тело синхронизируется с энергетическим полем планеты для поиска Зова Судьбы. Если у хазара есть генетическая пара, кайра, он сможет почувствовать Зов. Если нет, то тогда в праве вступить в брачный союз. По желанию.

— Угу, — поддакивает Айвар. — В статусе Хранителя. И жить без надежды на настоящую связь.

Рамиль продолжает:

— Хазары проходят этот ритуал по достижению зрелости, по галактическим меркам, в сто лет, если всё ещё не найдут свою кайру.

Удивленно моргаю. Средняя продолжительность жизни в галактике около сто пятидесяти лет…

Не могу удержаться и перебиваю:

— А сколько вам лет?

Айвар ухмыляется:

— Мия, хазары живут более пятисот лет. И ты теперь тоже будешь, после вступления с нами в резонанс. И да, нам с Рамилем недавно исполнилось по сто. И мы прошли ритуал Единения.

Рамиль подхватывает:

— И услышали Зов Судьбы. Отправились на поиски кайры. Тебя, Мия. Но до того, как мы прошли ритуал…

Айвар усмехается, хотя в его глазах нет веселья:

— Какого же было мое удивление, когда Рамиль на Совете Родов объявил Лиссан своей кайрой! Официально заявил о Зове! А я? Я, который думал, что люблю ее... должен был дожидаться ста лет, чтобы пройти ритуал и больше не мог быть с ней! Да и после ритуала, в случае, если у меня не проснётся Зов, мне пришлось бы просить Рамиля принять меня в их семью.

Я понимаю, что Айвар на это бы не пошёл. Слишком гордый.

Да и Рамилю зачем бы его принимать?

— Я был зол! — Айвар сжимает кулаки. — Я не поверил в твой Зов! Я продолжал видеться с Лиссан, и она жаловалась мне, что ты ставишь на ней какие-то эксперименты. Что тебе нужна не она, а ее генетический материал для твоих разработок. И я подумал о том, что ты создал искусственный Зов.

— Айвар оказался прав, — глухо произносит Рамиль. — Зов был фальшивкой. Только не я его создал.

Глава 9.3

Рамиль тяжело выдыхает. Теперь уже я поглаживаю его ладонь.

А Рамиль снова смотрит на Айвара.

— О, какое удовольствие тебе доставило мое разоблачение! — его голос звенит сталью и болью. — Публичное унижение перед всем Советом!

И Рамиль рассказывает уже мне:

— Айвар вызвал старейшин рода Гур. Они провели ритуал Очищения Эфира прямо на Совете. Создали поле идеальной тишины вокруг меня. И фальшивый Зов... просто исчез. На глазах у всех. Золотые линии на моей коже погасли. Я стоял там, как... как предатель. Как шут.

И снова обращается к Айвару:

— А ты знаешь, что чувствовал я? Когда понял, что Зов был ненастоящим? Я пытался отследить