Служебно-разыскной оборотень - Анастасия Деева

Савушкин и Полетаев молчали, осмысливая поток свалившейся на них информации.

— Марта Максимовна, вы знаете где «ключ»? — спросил полковник.

— Знаю. У меня.

— Вы передадите его мне?

— Это невозможно. Контейнер Хранилища безопасно, без взрыва могли открыть только носители «ключа». Одним из них был Федот Максимович. Он всю жизнь принимал алхимические препараты, чтобы в его теле было огромное количество атомов золота. Другим «ключом» была я. Меня растили для этого, мой организм сделали удобным для питания бактерий магбиомина Аурум… Я либо открою Хранилище и притяну к себе «змеёнышей», либо этого не сделает никто.

Повисло молчание. Каждого эта информация повергла в замешательство. Пожалуй, больше всех напрягся Тимур. Он знал, что Марта — оборотень, только ему и в голову не приходило, что она — объект эксперимента.

— Капитан Золотаева, вы правда сможете это сделать… безопасно? — поинтересовался Савушкин.

Марта молчала. Ответа на этот вопрос у неё не было. Не знал этого и дедушка. В какой-то момент ей показалось, что она слышит голос Федота Максимовича:

«Я когда щенка взял для эксперимента, мне было тебя не жаль. Собака и собака… Нет, Маня… Я — старый. Собой рискнуть могу, а тебя близко к тому месту не пущу. Не знаю, к чему это приведёт…»

Капитан собралась с мыслями и утвердительно кивнула.

— Вы слишком много на себя берете, товарищ капитан, — прищурился полковник и неожиданно рявкнул: — Мало ли что хотел покойник. Он что себе позволил? Решать одному за всю страну по поводу её национальных богатств?

Золотаева почувствовала, что напряглась каждой жилкой. Собака в ней глухо зарычала, готовая облаять московского гостя. Марта поняла, что ещё немного, и она не сможет удержать зверя в себе.

— Я все сказала… Здравия желаю! — она резко развернулась и вышла.

Золотаева знала, что так нельзя делать, но надо было успокоить овчарку. Вид полковника заставлял шерсть на загривке подниматься дыбом.

Совещание за закрытыми дверями

— Вот су-у-ука, — протянул Полетаев, глядя на закрывшуюся за Золотаевой дверь. — Куда пошла?

— Вообще то вы правы, — попытался успокоить его Савушкин. — Марта Максимовна — самая настоящая… служебная собака.

Полковник удивлённо уставился на него, ухмыльнулся, достал платок и вытер лоб. В зале было жарковато.

— Набрали тут всяких, — буркнул он недовольно.

— Поймите, товарищ полковник. Капитан Золотаева пару дней назад похоронила хозяина. Он её со щенячьего возраста воспитывал. Не стоит будить в ней сейчас зверя. Ни наукой, ни магией не придуман ещё способ, как заставить оборотня без его собственного желания стать человеком обратно.

— Ваша ранимая шавка покинула нашу компанию, — презрительно бросил Полетаев, потихоньку успокаиваясь. — Дисциплина у вас тут, товарищ подполковник, хромает. Я бы эту дворняжку отстранил от дела, но она сейчас нужна. Дело идет о золоте, это — серьёзно, — он поднял глаза и заметил Тимура. — Вы, товарищ, можете идти.

Лейтенант молча отдал честь и покинул помещение.

Полковник и подполковник остались вдвоём.

— Вы мне скажите, для этой операции что нужно? Может вам полицию, посты поднять? Взять территорию в оцепление? — спросил Полетаев.

— Зачем паника? Марта поедет в Первоуральск и всё сделает тихо и аккуратно. Координаты Хранилища ей известны. К тому же она, похоже, единственная, кто хорошо знает обряд, кто может вскрыть Хранилище, — спокойно ответил Савушкин, стараясь не сердить московского гостя. — Она проведет ритуал и приручит, притянет нам этих змеёнышей.

— Да вы что⁈ — внезапно рявкнул полковник. — Она не стабильна. Если что случится, головы полетят и ваши, и наши. Речь идет о монстре!

— Мы говорили о бактериях, — напомнил Савушкин.

Кулаки Полетаева снова стали сжиматься и разжиматься, словно бы он хотел порвать и растерзать неизвестное волшебное существо.

— Эти ваши бактерии подземные толчки вызывают! Вы, как хотите, товарищ Савушкин, а нужен кто-то способный удержать вашу собачку вашу на поводке.

— Даниил Андреевич, где я людей столько возьму? У нас областной уголовный отдел — одиннадцать человек. А дел в разработке двадцать девять. Серия убийства, грабежи магов в разных городах, попытки заколдовать политиков и бизнесменов… В исследовательском отделе тоже проектов ворох.

— У вас есть дела важнее, чем вскрытие Хранилища с неведомым Духом Местности?

Артур Олегович смешался. Он отлично понимал, что сейчас, после того, как жесткий диск с данными из дома старика Золотаева похитили, преступники могут их опередить. Он почти не сомневался, что Федот Максимович зашифровал все данные, но если этот диск попадет в руки профессионалов, они найдут способ считать информацию.

— На данный момент вскрыть Хранилище — главное дело, — согласился Савушкин. — Но бросать другие областные расследования и отправлять всех в Первоуральск не рационально. Убийство Золотаева с этим делом связано, это нужно расследовать. Грабители могут залечь на дно в любом городе или продать украденную информацию представителям Домов.

— Хорошо, если продадут у нас в стране! А если за бугор уйдёт? Сам видишь, что сейчас в стране и в мире творится? — проворчал полковник и снова постучал костяшками по столу. — Только мне любопытно, чего же Золотаев столько лет помалкивал? В государственных архивах почти ничего нет про золотого магбиомина. Сам-то он с иностранцами не работал?

— Он — кагэбешник старой закалки. Идейный был. Если бы хотел, то давно бы свалил заграницу. Что ему стоило снять Магическую Завесу и получить доступ к Хранилищу раньше? Он мог спокойно забрать «яйца» с золотыми «полозятами» и дорастить их где-нибудь в Альпах. Наши границы не настолько хорошо охраняются, чтобы опытный маг не смог выехать через Казахстан или Белоруссию. Таким образом Золотаев получил бы собственный золотоносный участок в Италии или Швейцарии, жил бы в достатке.

Полковник откинулся на спинку стула, снова посмотрел на двери и задумчиво сказал:

— Не доверяю я капитану Золотаевой. Не знаю, в какую игру играл покойник, но только если бы его не убили, мы всего этого не узнали бы. Надо приставить надёжных людей к вашей собачке. Чтобы за ней приглядывали. Не обязательно следователей МСБ от дел отрывать. Можете сотрудников из исследовательского отдела, или отдела делопроизводства и управления отправить с ней под благовидным предлогом.

Савушкин понимал его опасения, но он не мог не заступиться за свою сотрудницу:

— Я Марту ещё щенком помню. Поручиться за неё могу. Она всю жизнь на службе…

— Вот что, Артур Олегович. Приставьте-ка к ней психолога или психиатра. Есть у вас кто по части оборотней?

— Своих психологов-специалистов по этой части у нас нет. Разве что из регионального отдела вызывать. У нас же выявленных оборотней в Свердловской области в рядах МСБ можно по головам пересчитать, а не выявленные, может,