Девять хвостов бессмертного мастера. Том 7 - Джин Соул

– Это предчувствие, – сказал Ху Фэйцинь и уставился в пространство пустым взглядом. Пространство поглядело в ответ двумя мерцающими искрами расширяющегося портала.

Хэшан, видимо, никогда не видел порталов. Он вытаращился на искажение пространства круглыми глазами и выронил вожделенный сосуд вина. По счастью, тот упал к нему на колени и не разбился.

– Это портал, – объяснил Ху Вэй, заметив его реакцию. – Сейчас из него что-нибудь вылезет.

– Что вылезет? – потрясённо спросил хэшан, продолжая таращиться на портал.

– Обычно ничего хорошего. Всякая дрянь вылезает, – фыркнул Ху Вэй презрительно.

Портал ещё не сформировался полностью, поэтому вынюхать его ауру не представлялось возможным. Оставалось дожидаться, пока круг искажённого портала замкнётся и откроется проход на ту сторону – куда бы она ни вела.

– Не нравится мне это, – сказал хэшан беспокойно. – А закрыть его никак нельзя?

– Он ещё не открылся, чтобы его закрывать, – возразил Ху Вэй.

Пространство внутри зарождающегося портала преобразовалось в спираль, вытянуло ложноножки, сплетая их в подобие оправы. Прямо-таки пространственное зеркало, подумалось Ху Фэйциню. Когда портал расширился до размеров круга диаметром в пять-шесть лисьих локтей, спираль замедлила вращение и преобразовалась в бесформенную колышущуюся серую кляксу, сдерживаемую «оправой».

То, чем из портала повеяло, заставило Ху Вэя тихонько зарычать. Ху Фэйцинь тоже почуял знакомый запах, но поскольку толком не знал о стычке Владыки миров и Ху Вэя за его душу, то воспринял его лишь с настороженным любопытством.

Пространство в «оправе» разверзлось, но появился из него не Владыка миров, как ожидали лисы, а… большой серебристый лис с таким роскошным хвостом, что впору позавидовать и густоте, и длине шелковистой шерсти. От самого кончика хвоста тянулась тонкая серебристая ниточка, уходящая куда-то в портал. Ху Вэю это навеяло не слишком приятные воспоминания: о связующей Ху Фэйциня и Бай Э нити. Быть может, и этот лис тоже с кем-то или чем-то связан.

Серебристый лис внимательно оглядел всех троих, причём в его взгляде промелькнуло явное презрение, когда он заметил облитую вином бороду хэшана.

Ху Вэй напрягся: то, как расставил лапы таинственный гость, было очень похоже на позу для затявкивания. Но, присмотревшись хорошенько, понял, что затявкать их он не мог, поскольку в пасти держал что-то круглое и светящееся, напоминавшее очень крупную жемчужину. Лапы он расставил, чтобы пригнуть голову и положить вещицу на пол. Проделав это, серебристый лис носом подтолкнул жемчужину в сторону кровати, на которой лежал Ху Фэйцинь, но она далеко не откатилась, всего-то на пару лисьих пальцев. Серебристый лис при этом поглядел на Ху Фэйциня, как тому показалось, со значением. После этого он совершенно бесшумно, как привидение, развернулся и скользнул обратно в портал, сливаясь с ним.

Мерцающие искры истаяли, и если бы не лежала на полу сияющая жемчужина, слегка обслюнявленная, то можно было бы решить, что всё это им только привиделось.

[769] Таинственный дар

Все трое довольно долго взирали на оставленный серебристым лисом дар. Жемчужина лежала на полу и теперь уже не сияла, а неярко мерцала, словно приглушила сияние, а может, подстроилась под восприятие мира смертных. Какие-то букашки, сновавшие по полу, старательно её огибали, причём по чётко выверенной окружности. Стало быть, жемчужина или была окружена невидимым барьером, или испускала невидимую ауру. Это вполне могла быть не просто драгоценность, а какой-нибудь таинственный артефакт.

Первым молчание нарушил Ху Вэй:

– Фэйцинь, кто это был? Владыка миров?

– Нет, – однозначно сказал Ху Фэйцинь, – ауры разнятся. Да и с какой стати ему превращаться в лиса?.. Как считаешь, это мог быть лисий демон?

– Никогда не видел лисьих демонов такой масти, – отрицательно покачал головой Ху Вэй, – да и аура у него не демоническая. А ты что думаешь, хэшан?

Но хэшан ничего не ответил, продолжая таращиться то на жемчужину, то на пустое место, где прежде открывался портал. Пальцами он машинально сковыривал печать с последнего сосуда вина. Ху Вэя он, видно, и не услышал.

– Дохлый номер, – со вздохом сказал Ху Вэй. – Слишком большое потрясение для смертного. Того гляди, ещё и спятит.

Ху Фэйцинь размышлял, хватит ли у него сил, чтобы встать и взять оставленный таинственным лисом дар. Обычной жемчужиной эта точно не являлась, поскольку даже первосортный жемчуг ауры не имеет. Чтобы в этом убедиться, нужно было её ощупать, обнюхать и, быть может, попробовать на зуб, но для этого поднять её с пола. Поразмыслив, Ху Фэйцинь всё-таки решил, что встать самостоятельно не сможет, потому сказал повелительно:

– Ху Вэй, дай мне эту штуку.

– Я? – отчего-то удивился Ху Вэй. Желанием геройствовать он явно не горел, а жемчужина не вызывала у него доверия. Он пришёл к тому же выводу, что и Ху Фэйцинь: это какой-то артефакт, и кто знает, что он делает. Памятуя о происшествии с бесструнным гуцинем, жемчужину эту лучше не трогать, а если и трогать, то или палкой, или чужими руками.

– Хэшан, – сказал Ху Вэй, оживившись, – а возьми-ка ты эту жемчужину.

– А возьми-ка ты её сам, – сердито отозвался хэшан. – Я простой смертный, а эта штука явно волшебная.

– Да будет тебе, ты же просветлённый мастер и всё такое, – продолжал увещевать его Ху Вэй. – Это мне, демону, нужно бояться, а тебе-то нечего.

– Почему? – не понял Ху Фэйцинь. На его памяти Ху Вэй вообще ничего не боялся, да и сейчас его испуг был явно нарочит.

– Я демон, – с самым серьёзным видом принялся объяснять Ху Вэй. – А если она меня в себя запечатает? Я слышал, бывают такие злокозненные штуки, которые могут запечатывать демонов и духов. Сиди внутри потом целую вечность, пока тебя кто-нибудь случайно не выпустит. А если не выпустит, что тогда? Нет, я эту штуку даже трогать не буду.

– Тогда подкати её чем-нибудь к кровати, – велел Ху Фэйцинь, – я сам её подниму. Наклониться-то у меня сил хватит.

– А?! – свирепо рявкнул Ху Вэй. – Ты не слышал, что я только что сказал?

– Я бог, а богов «злокозненные штуки» не запечатывают, – возразил Ху Фэйцинь.

– Нет, пусть хэшан её возьмёт, – заупрямился Ху Вэй. – И даже, если ему угодно, стихи по этому поводу прочитает. Хватит с меня – и с тебя! – волшебных артефактов! Если опять что-то случится, кто помогать будет?

– Сомневаюсь, чтобы Владыка миров решил подложить нам хорька, – покачал головой Ху Фэйцинь.

– Так это и не Владыка миров был, а какая-то лисяра подозрительная, – уточнил Ху Вэй.

– Почему сразу подозрительная? Вполне себе приличный лис был.