Второй шанс 3 - Игорь Николаевич Конычев

— Ну что, удивлен? — положив ладонь на искаженное гримасой боли лицо, я отпихнул дергающегося бандита назад.

Он упал, но вновь не умер. По телу пошли судороги, а выжженная дыра в груди начала затягиваться прямо на моих глазах. К счастью, Флора уже направила ветви и корни и по его душу. Они оплели извивающееся тело, закрутив его в импровизированный кокон.

Тень промелькнула слева. Она прыгнула на стену, оттолкнулась от нее, исчезла, разминувшись с созданными из волос жгутами, и оказалась за спиной их обладательницы. Острый нож прижался к горлу одаренной. — Ты доигралась, Рапунцель сраная, — сообщила Яна, слегка надавливая на нож.

Бандитка тут же распустила волосы и те бессильно повисла, словно были совершенно обычными. Руки женщина в маске послушно подняла вверх и крикнула:

— Все, все! Сдаюсь!

Я оглянулся и увидел Киру, устало сидящую на обезвреженном громиле. Прикинув в уме количество обезвреженных преступников, я пришел к выводу, что последний из шестерки в масках до сих пор телепортировался где-то с Котовым.

— Риточка! — раздался из-за созданной ветками преграды хриплый женский голос.

— Флора, дверь! — я бросился в помещение.

Антонина быстро впустила меня внутрь, где забившихся в угол детей прикрывала собой полная бледная женщина-воспитатель. На руках она держала безвольную тушку рыжего кота, которого рассеянно гладила против шерсти.

— Риточка, — пролепетала воспитательница, глядя на меня круглыми заплаканными глазами. — Я пыталась остановить, но… Риточку Мирошину украли. — Она шмыгнула носом.

Услышанные имя и фамилия поразили меня, словно молния. Ритой звали племянницу Захара, которую он возил в этот садик, пока болела его сестра. Фамилия тоже была ее, досталась от мужа и ей, и ребенку.

Гнев и страх за судьбу девочки захлестнули меня с головой.

— Черная машина двигается к шоссе! — сказала в наушник Нина. — Полиция ведет преследование.

Со стороны улицы раздался выстрел. Вместе с ним в моей голове будто что-то щелкнуло. Охваченный пламенем я вылетел прямо через окно. При этом ни один осколок не полетел в сторону — края стекла и внешняя решётка попросту оплавились.

На улице изменившийся Упырь терзал мужика в строгом костюме. Рядом валялся пистолет. Он бы не спас незнакомого мне типа от ярости ставшего монстром одарённого, но того ветвями деревьев и вылезшими из-под земли корнями удерживала Флора.

Во двор садика забегали полицейские.

— Телепортер! –крикнула мне Антонина и махнула рукой, указывая направление. — На чёрной машине…

Голос девушки растворился в шуме ветра и гуле машин на шоссе. Объятый пламенем, я пролетел между домами и устремился к мчащейся на огромной скорости чёрной иномарке. Найти её не составило труда, благодаря сидевшим у неё на хвосте дронам и полицейским машинам с мигалками.

Черный автомобиль ловко перестраивался, раз за разом отрываясь от преследователей, но не от меня. Я пытался сообразить, как остановить машину, не навредив при этом ребёнку и остальным участникам дорожного движения, когда краем глаза увидел появившееся в стороне от дороги облачко чёрного дыма. Оно расцвело у самой земли. Почти сразу появилось второе, метрах в двадцати от первого. Клочья чёрного дыма рассеялись в третий раз, на миг позволив мне рассмотреть мужчину в маске и ребёнка, которого тот перекинул через плечо.

Машина теперь просто приманка! Хитро.

Я резко сменил траекторию, преследуя беглеца. Тот то исчезал, то появлялся вновь, ловко передвигаясь по заполненным людьми улицам, оказываясь то на парапете, то на краю большой клумбы, то на низком козырьке подъезда. К счастью, меня похититель пока не заметил, поэтому не пытался скрыться, предпочитая незаметности быстрое перемещение.

Вот только я был быстрее и очень-очень зол. Если бы появился хоть один шанс прикончить похитителя, не поставив под угрозу жизнь ребёнка, я убил бы его прямо на месте и плевать, что будет потом. Лишь бы никто больше не пострадал.

Ветер выл в ушах. Высотки мелькали слева и справа от меня. В их окнах отражался охваченный синем пламенем человек. При таком раскладе не заметил бы меня только слепой. Вскоре люди внизу начали кричать и тыкать в небо пальцами.

Телепортер тоже обернулся и увидел своего преследователя. Он начал перемещаться быстрее, держа курс на торговый центр, внутри которого смог бы скрыться. Но спешка сыграла с ним злую шутку. Впервые в жизни я был рад видеть курьера на электросамокате. Он отвлёкся на телефон и не успел среагировать, когда прямо перед ним из чёрного дыма появился человек.

От удара телепортер упал на газон и выпустил Риту. Девочка, не переставая кричать, вскочила на ноги и бросилась прочь. Тип в маске устремился за ней, но в тот же миг я раскалённой кометой упал прямо на него.

В ноздри резко ударил запах палёной плоти, и я выпрямился посреди чёрного пятна выжженной земли и дымящихся останков тела одарённого. От него практически ничего не осталось. Мои же штаны и футболка чудом уцелели, но всё же оплавились.

Вокруг замерли открывшие рты люди. Одна дородная женщина в свободном сарафане держала в одной руке ладошку испуганной Риты, а в другой телефон, видимо, пытаясь вызвать полицию. Девочка же смотрела на меня расширившимися глазами полными слез.

— Ты в порядке? — спросил я её чувствуя, как дыхание царапает пересохшее горло.

Ребёнок шмыгнул носом и едва заметно кивнул.

— А вы тоже плохой? — тихонько спросила племянница Захара, давясь слезами.

— Нет, — улыбнулся я, чувствуя, как начинает кружиться голова. — Я хороший. Мы дружим с твоим дядей Захаром. И служили вместе.

— Точно, — губ девочки коснулась робкая улыбка. — Я вас на фото у дяди дома видела! Только вот у вас тогда автомат был черный такой! — она показала на меня пальчиком. — А еще кровь из носа не шла.

Окончание фразы Риты донеслось до меня будто издалека. Стоять на ногах стало тяжело, и я сел прямо на землю, чтобы не упасть. Последнее, что успело зафиксировать моё отключающееся сознание — приближающийся вой сирен…

6. Вечер удался

Айболит сверлил меня взглядом минут пять точно. Он не шевелился, дышал едва заметно и почти не моргал. Человеку, который не знал бы его, со стороны могло показаться, что одаренный помер, или же паралич его разбил окончательно. Но это было не так.

Прервав уж слишком затянувшееся молчание, Айболит вздохнул и вкрадчиво поинтересовался у меня:

— Макс, что это за херня? — одним движением он развернул ко мне монитор