Одержимость Старшего - Яра Бах

Адриан промолчал. Он просто подошел к шкафу, достал свежий комплект постельного белья, подушку и одеяло. Вручил это всё мне и застыл, глядя сверху вниз. Я подхватила эту гору белья и зашагала вниз. Он остался наверху, такой же спокойный и непроницаемый.

Я дошла до гостиной, бросила вещи на диван и… топнула ногой. Вот гад! И чего я злюсь? Я же сама этого хотела! Я должна радоваться, что отстояла позицию, что он не стал спорить. Но внутри всё клокотало от обиды — почему он так легко меня отпустил? Хотелось, чтобы этот чертов Альфа возмутился, запретил, заставил…

Я стояла посреди комнаты, надувшись, как мышь на крупу, и сердито смотрела на стопку белья. Взяла наволочку и начала нехитрые манипуляции.

— Ненавижу, — буркнула я под нос.

И в этот момент меня резко подхватили на руки. Я вскрикнула от неожиданности, выронив подушку. А Адриан басисто, по-доброму рассмеялся, видя мою растерянную физиономию.

— Глупая маленькая волчица, — выдохнул он мне в макушку. Он легко унес меня обратно на второй этаж. Зашел в спальню, ногой захлопнул дверь и… повернул ключ в замке. А потом, на моих глазах, совершенно спокойно положил этот ключ в карман своих шорт.

Мои глаза округлились.

— Это… это незаконно! — выпалила я.

— В этом доме законы устанавливаю я, Лия. Спи. И он опустил меня прямо на середину огромной кровати.

Глава 14. Грани контроля

Ночь прошла совсем не так, как я ожидала. Когда Адриан повернул ключ в замке, я приготовилась к худшему — к борьбе, к защите своей чести, к тяжелому дыханию и требованиям Альфы. Но он лишь молча уложил меня на огромную кровать, укрыв одеялом до самого подбородка, а сам… сам просто стащил подушку на пол и растянулся на ковре у изножья.

Я долго лежала, глядя в потолок, и слушала его ровное, глубокое дыхание. Моя волчица внутри довольно затихла, чувствуя близость своего вожака, а я — человеческая Лия — терялась в догадках. Он мог взять всё, что хотел, по праву силы, но выбрал спать на полу. Эта тихая, почти рыцарская забота выбивала почву из-под ног сильнее, чем его рычание. Я была благодарна ему за эту паузу. Мне нужно было время, чтобы мои чувства перестали напоминать оголенные провода.

Проснулась я от яркого утреннего солнца, которое ласкало меня своими лучиками. Кровать была пуста, а одеяло на полу аккуратно сложено. В доме пахло свежестью и… жареным мясом.

Спустившись на первый этаж, я застала Адриана на кухне. Он был в простой серой футболке, которая едва сдерживала мощь его плеч. Нож в его руках летал с пугающей точностью, превращая кусок вырезки в аккуратные ломтики.

— Едим и на тренировку, — бросил он, не оборачиваясь. — У меня есть всего два дня, чтобы научить тебя хотя бы оборачиваться нормально.

— А что потом? Через два дня? — я присела за стол, чувствуя, как просыпается зверский аппетит.

— Потом мне нужно съездить в столицу, доложить Верховному Совету об успехах клана. И ты поедешь со мной.

Я чуть не подавилась воздухом.

— Зачем я тебе там? В столице полно высших оборотней, я там буду слишком выделяться!

— Ты до сих пор мой ассистент, — Адриан наконец посмотрел на меня, и в его глазах промелькнула сталь. — И в университете я тебя уже отпросил.

Точно. Учеба. Лекции, зачеты, язвительные комментарии Селены… За последние сутки произошло столько всего, что моя прошлая жизнь казалась декорациями из старого, забытого фильма. Теперь моей реальностью был этот коттедж и мужчина, который решал мою судьбу одним движением брови.

После завтрака Адриан указал мне на комод в прихожей — там лежала моя одежда, перевезенная из дома. Я быстро переоделась в спортивный топ и легинсы, ожидая изнурительного кросса по пересеченной местности или, как минимум, спарринга.

Но вместо этого Адриан вывел меня на задний двор, где под сенью древних кедров расстилался ковер из мягкой хвои.

— Садись, — скомандовал он, опускаясь на землю в позу лотоса.

— Мы что… будем медитировать? — я недоверчиво выгнула бровь. — Я думала, мы будем укреплять тело, бегать до изнеможения.

— Тело Белой Волчицы крепче, чем любое живое существо в этом лесу, Лия, — Адриан закрыл глаза. — Твоя проблема не в мышцах, а в голове. Ты боишься своего зверя, ты отталкиваешь его. Оборот — это не ломка костей, это соглашение. Сядь.

Я подчинилась. Мы сидели так близко, что я чувствовала жар, исходящий от его коленей.

— Закрой глаза. Найди внутри ту точку, где рождается холод. Твое серебро.

Я попыталась сосредоточиться. Сначала была лишь темнота, но потом, ведомая его низким, гипнотическим голосом, я почувствовала её. Крошечная искра глубоко под сердцем. Ледяная и чистая.

— Не хватай её, — шептал Адриан. — Просто позволь ей течь по венам. Представь, что это не боль, а свет. Твой зверь — это не захватчик, это и есть ты.

В какой-то момент его рука легла на мою ладонь. Прикосновение было коротким, но через него словно прошел ток. Его воля подтолкнула мою.

— Сейчас, Лия. Не борись. Открой дверь.

И вместо привычного хруста костей я почувствовала… тепло. Ослепительно-белое пламя охватило меня, но оно не обжигало. Оно ласкало. Мир вокруг наполнился звуками: я услышала, как бьется сердце птицы на верхушке кедра, как течет сок под корой деревьев.

Через секунду я открыла глаза, и они были уже другими — золотыми. Я стояла на четырех лапах, и мех мой сиял так ярко, что тени под деревьями отступили. Никакой боли. Только бесконечная, пьянящая легкость.

Адриан медленно поднялся. В его взгляде, обращенном на мою белоснежную форму, было столько неприкрытого восхищения и… голода, что я невольно сделала шаг назад.

— Вот видишь, — он протянул руку и нежно погладил меня между ушей. — Ты — легенда, Лия. И в столице они должны увидеть не испуганную девочку, а королеву, которая знает свою цену.

Он наклонился к моей морде, и на мгновение мне показалось, что он сейчас поцелует меня — даже в этом обличье.

— Потому что там за тобой начнется настоящая охота. И я должен быть уверен, что ты не дрогнешь.

Я тихо зарычала, но не от злости, а от странного согласия.