Игра без сохранений - Кирилл Мальцев

Его враг взревел и занёс клинок для последнего удара. Денис лежал на спине, правая рука едва слушалась, меч выскользнул из пальцев. Сияние погасло.

За спиной мужчины мелькнула тень, и противник Дениса рухнул на землю. Из его шеи торчал кинжал Оли, а сама Оля бросилась к Денису.

— Денис! Как ты?

* * *

Внутри дома, в багровом свете пентаграммы, вычерченной кровью прямо на полу, стояла женщина. Одной рукой она держала за волосы Сергея — тот стоял на коленях, с кляпом во рту, связанный и обессиленный от действия яда. Другой рукой она приставила нож к его горлу. Её голова была задрана вверх, а изо рта вылетали гортанные, режущие слух слова. Пентаграмма пульсировала, наливаясь грязным, кровавым сиянием.

Денис рывком оказался возле неё. Один удар — и голова ведьмы слетела с плеч. Тело, словно подкошенное, завалилось на пол, заливая пентаграмму очередной порцией крови, бьющей из её шеи.

Оля вынырнула из-за спины Дениса и бросилась к эльфу.

— Серёжа?

Он поднял глаза. На его грязном, осунувшемся лице медленно проступило узнавание.

Примечание от автора.

Дорогой читатель! Я рад, что ты добрался вместе с героями до этого момента. История ребят только начинается. Впереди их ждёт множество опасностей, магии и приключений.

Если история тебе понравилась, поставь, пожалуйста, лайк на странице произведения. Этот простой жест помогает каждому автору двигаться дальше.

Увидимся в шестой главе!

Глава 6. Ледяная ведьма

Копыта лошадей глухо били в промёрзший тракт. Далеко позади догорал постоялый двор. Денис гнал лошадь, сжимая поводья одной рукой. Другой рукой, горевшей от боли, Денис придерживал Сергея, так и норовившего выпасть из седла. Перед глазами плыли кровавые круги.

Начиналась метель, и Денис с трудом видел Олю, хоть она и скакала рядом. Завывающий ледяной ветер пробирал до самых костей.

— Денис! — окликнула она друга, стараясь перекричать вой ветра. — Долго мы так не протянем! Нужно найти укрытие!

Денис стиснул зубы. Она была права. Он из последних сил удерживал Сергея. Ещё немного — и они просто свалятся с лошади. Память Родгара, как назло, молчала. Похоже, Родгар этих мест не знал.

По правую руку от тракта, по которому они ехали, темнела полоса леса. Слева — бескрайнее поле.

— Сворачиваем! — хрипло прокричал Денис Оле, случайно заметив узкую полосу дороги, ведущую в лес. — Придётся спешиться! Я понесу Серегу, а ты поведёшь лошадей!

— …шо! — крикнула Оля в ответ. Ветер донёс лишь остаток фразы. Они остановили лошадей.

Денис с трудом спешился, продолжая придерживать Сергея в седле. Оля последовала его примеру. Она держала обеих лошадей под уздцы, а Денис начал осторожно спускать Сергея на землю.

Он встал слева от лошади, чтобы действовать здоровой рукой. Правая практически отказалась слушаться и отзывалась болью при каждом движении. Ухватив Сергея за ворот плаща, Денис осторожно потянул его на себя.

— Таак. Аккуратненько, — приговаривал он.

Сергей, ещё не оправившийся после отравления, застонал и начал заваливаться вбок. Ноги застряли в стремени. Денис рванул чуть сильнее, пытаясь освободить друга, но в этот момент Сергей дёрнулся и с размаху врезался Денису прямо в раненое плечо.

Денис взвыл от боли и рухнул, увлекая Сергея за собой. Они оба покатились в снег. Сергей застонал.

Лошади всхрапнули и шарахнулись в стороны. Одна из них — та, на которой ехали Денис и Сергей, — встала на дыбы, заржала и, вырвав поводья из рук Оли, рванула прочь, в белую мглу метели. Вторая устремилась за ней. Через несколько секунд топот стих.

Оля бросилась к упавшим.

— Денис! Серёжа!

Денис лежал на спине, глядя на падающий снег. Плечо ныло, отдавая болью в шею и челюсть. В голове была лишь одна мысль:

Лошади… это конец…

Сергей зашевелился первым. Он с трудом поднялся на четвереньки, сплюнул снег и затуманенным взглядом обвёл дорогу.

— Что происходит? — спросил он.

— Лошади ускакали, — всхлипнула Оля. Она стояла на коленях рядом с Сергеем, и по её щекам текли слёзы.

Денис с трудом сел, оперевшись на здоровую руку. Он посмотрел на Олю и прохрипел:

— Помоги ему. Надо идти.

Оля взяла Сергея под руку и помогла встать. Денис, жмурясь от боли, поднялся сам. Его шатало из стороны в сторону, и он с трудом удержался чтобы снова не упасть.

— Туда, — он мотнул головой в сторону дороги, ведущей в лес. — Идём.

* * *

Костя бился в лихорадке и видел сон.

Он вышел из башни, распираемый силой, которую дали ему стихии. С каждым его шагом земля отзывалась глухим грохотом. Костя чувствовал каждую частицу мироздания и, казалось, был способен подчинить весь мир своей воле.

Неподалеку, в луже собственной крови, лежал Гуннар. Костя поднялся над землёй на потоке ветра и плавно опустился рядом с ним.

Жизнь покидала Гуннара. Лишь крохотная искорка ещё теплилась в его груди.

В воздухе собрались капли воды. По воле Кости они хлынули на рану Гуннара и засияли голубым светом. Края раны начали сходиться, кровь остановилась, а разорванная кожа затянулась. Гуннар приоткрыл глаза.

— Э… Эмерик?

— Береги силы. Скоро прибудет помощь, — сказал Костя и повернулся в сторону форта. Его глаза наполнились голубым свечением, а лицо исказилось в ярости.

Отряд. У тебя мало времени, — напомнили стихии.

Костя развернулся, чтобы отправиться на помощь в атакованный форт, но картинка поплыла. Гуннар исчез, и в следующий миг Костя оказался посреди заснеженного леса. Метель бушевала, швыряя ему в лицо обжигающие хлопья снега.

Сквозь пелену он разглядел три тёмных силуэта. Они шли, прижавшись друг к другу — двое мужчин и женщина. Костя не видел их лиц, но знал, кто это. Костя почувствовал облегчение: друзья были живы.

Один из них хромал, его правая рука безвольно висела, а второй почти целиком держался за счет девушки.

Костя попытался побежать к ним, но ноги его не слушались. Он открыл рот — и не смог издать ни звука. Только смотреть. Друзья удалялись, пока не растаяли в порывах метели. И тогда, из-за деревьев, выступила фигура. Женщина, одетая в тончайшее, полупрозрачное платье.

Она была прекрасна и пугающе неподвижна. Белые волосы спадали до талии, а льдисто-синие глаза светились из-под тонких бровей. На ней было полупрозрачное платье, больше похожее на дымку из инея.

— Наконец-то мы можем поговорить, Эмерик, — её голос, словно прохлада в летний зной, заворожил Костю. Он стоял как вкопанный, не в силах оторвать от неё взгляд.

— Хм, — женщина приблизилась к Косте, внимательно разглядывая его с ног до головы. —