"Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 - Хелена Руэлли

– Кисть не отрастет, но и рука не сгниет.

Я слышал недовольство поторапливавшей нас Эрзы, ворчание Грома, его призывы на прощание разбить хрусталиновый куб, в котором красные рассчитывали вывезти зордалина, слышал путаные объяснения Миалинты, а сам стоял и ходил в отрешении, будто это мою руку искалечил Горсинг.

После всего, что нам довелось увидеть в Авендилле, такая рана не должна была пугать, но я от случившегося пришел в ужас. Кажется, потеря собственной руки не подействовала бы на меня так угнетающе. Что уж там, я бы даже обрадовался, оставив правую кисть с браслетом где-нибудь на брусчатке Авендилла.

– Прости, – прошептал я Миалинте.

– Ничего. – Миа посмотрела на меня. – Я уже умирала. И не раз. А тут всего лишь рука.

– Иди помоги Тену собраться, – буркнул охотник, следивший за тем, чтобы глина равномерно прогревалась над костром. – Жива, и ладно. Подтираться можно и левой. Научится, никуда не денется.

Миа усмехнулась. Чуть ли не впервые шутка охотника показалась ей смешной.

Магульдинцев в городе осталось немного, и все же мы не хотели с ними сталкиваться. Торопливо подготовились к отъезду. Взяли одну триголлу и четырех лошадей. Эрза, не дожидаясь, пока мы соберем припасы, ускакала первой.

Спустя два часа мы нашли ее в убежище. На полу. Возле умиравшего Феонила.

Следопыт уже бредил, лишь ненадолго приходя в себя. Просил прощения. Плакал. Говорил, что ничего не смог поделать. Принимался вновь и вновь путано пересказывать все, что случилось в наше отсутствие.

Труп Шанни источал сладковатое зловонье. Тело, перенасыщенное травами, быстро разлагалось. Теор по-прежнему лежал у стены. Безмятежный, маленький, будто уснувший после долгого дня вольных прогулок.

– Мы обречены… – шептал Феонил.

– Ты обречен. – Эрза встала. – А у нас есть шанс.

– О чем ты? – устало спросила Миалинта.

Сейчас о ее руке никто не вспоминал. Неожиданно ее рана показалась мелочью по сравнению с тем, что нам всем предстояло испытать.

– Плевать на триголлу. – Эрза отошла от Феона. Он ее больше не интересовал. – Седлаем лошадей.

И едем в Ворт. До рассвета должны успеть. Там найдем лекаря.

– И что?

– А то! Нужно хоть что-то делать! Я так просто не сдамся. Выпьем каких-нибудь трав! Может, это задержит яд, даст больше времени, и мы…

– Что? – все так же безвольно повторила Миа.

– То! Вернемся в Целиндел. Я знаю хороших травниц, они помогут… Попробуют понять, какой нам дали яд…

– Ну да. – Миалинта неловко придерживала руку в глиняном лубке. – Заодно сдашь меня красным. Теора сдашь Птеарду. Правда, полную оплату не получишь. Ведь Теор неожиданно помолодел…

Громбакх и Тенуин не вмешивались в разговор. Следопыт бережно изучал тело погибшей девушки. Охотник безучастно осматривал свой топор. Могло показаться, что он смирился с тем, что смерть неотвратима, и не хотел последние часы тратить на пререкания.

– Замолчи! – Эрза сжала кулаки.

– Всех нас куда-нибудь сдашь, – не останавливалась Миа. – Хорошая идея.

– Тихо! – крикнул я. – Тихо… Теор ошибся. Он был уверен, что я войду в его сознание…

– Нет, нет, нет, – запричитала Эрза. – Оставайтесь тут. Делайте как хотите. Я уезжаю. Нельзя терять ни минуты.

– А Феонил? – горько усмехнулась Миа.

– Он мертв.

Юный следопыт простонал. Он уже не слышал наши голоса. Окончательно впал в забытье. Но в краткие мгновения ясности вновь принимался бормотать оправдания.

– Постой. – Я поднял руку.

– Да что, что тебе?! – взвилась Эрза. – Едем, если хочешь жить! Или оставайся тут гнить со всеми.

– Пусть едет, – спокойно сказал Гром. – От нее уже башка трещит.

– Нет!

Я достал из-за пазухи кисет. Не знаю, почему так медлил. Мог бы давно показать его, все объяснить. Сказывалась усталость. Я уже давно так не выматывался. Слишком много событий выпало на последние дни. Слишком много крови, видений и загадок.

– Что это? – Эрза, едва сделав шаг к выходу, замерла.

– Сказал же, Теор ошибся. – Я говорил, одолевая усталость, и был благодарен всем, что меня не перебивают. – Из комнаты выходишь с самым ценным. С тем, чего желаешь больше всего. Но выбираешь, разумеется, из того, что уже есть в твоем сознании. Теор правильно решил, что главным для меня будет выжить. Он нарочно доводил меня до отчаяния. И ведь… Он ошибся. Да, я помог ему найти отца. Не нашел. А помог найти.

Эрза хотела что-то сказать, но сдержалась.

– Я бы не смог проникнуть в зеркало. Это сделал сам Теор. Отражение принадлежало ему. Только он мог как-то на него воздействовать, и уж конечно только Теор мог его уничтожить. Он вынес из себя то, что искал на самом деле. – Я с сожалением посмотрел на спавшего мальчика. – Не тело отца. Не его похоронную савву[72]. Он вынес самого себя. Чтобы начать все сначала – так, будто ничего не было. Не нам его судить…

Я умолк, задумавшись об участи Теора.

– И? – нетерпеливо протянула Эрза.

– Не нам его судить, – повторил я, нащупывая прежнюю мысль. – Да.

– И?!

– Я тоже кое-что вынес из его сознания. То единственное, что там было для меня ценным. Я вынес жизнь.

– Противоядие, – понял Тенуин.

– Да. Я не помню, где и как взял этот кисет. Все совпадает. Изъятое забываешь.

– Но ты взял его не из своего сознания, – удивилась Миа.

Я растерянно пожал плечами:

– Это уже не имеет значения.

– Почему ты раньше не сказал?

– Потому что не знал, что Шанни… Что тут такое случится. Но сохранил на всякий случай. И вот…

– Это безумие… – Эрза качнула головой.

– Слушай, не нравится, езжай в свой Ворт и там кудахтай по всем дворам, – не сдержался Гром. – А здесь молчи. Тебя не спрашивают.

– Шанс есть, – продолжал я. – Теор дважды принимал противоядие. Его тело должно было запомнить и состав, и пропорции. Наша кровь куда лучше нас самих разбирается в этих делах.

– Вполне возможно… – согласился Тенуин.

– Это лучшее, что у нас есть… Разделим на девять частей. Хотя бы примерно учтем вес каждого из нас. И выпьем.

– Думаю, тут главное – соотношение самих трав. А с порциями ошибиться не так страшно. Но это интересно. – Следопыт посмотрел на меня.

– Что?

– Было бы логично, если б ты вынес противоядие для себя одного. А ты вынес для всех.

– Это было бы логично для меня и твоего охотника, – без улыбки произнесла Эрза.

Тенуин на это ничего не ответил.

– Значит, мы будем надеяться, – протянул Громбакх, – что акробат напоследок решил нам удружить и своими тренированными кишками умудрился с точностью до щепотки определить состав противоядия? Более того, определил порцию, которая нужна для полного