Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

умершие, пройдя Великий Суд и получив приговор, продолжили службу в Посмертье. Или ушли на покой, если Судьи решили так. Служба в Посмертье длилась согласно приговору, это могли быть годы или десятки лет, никто не знал точных сроков. Известно лишь, что умершие становились частью Армии Мертвых, а ей может командовать наследник древнего рода Гранфельт. Сейчас это Роксана, следующим станет Александр. А после – его дети. И только наследник Ренана Гранфельта может освободить от Суда и отдать этот приказ: сжечь чье-то тело. Тело моего отца сожгли, тем самым освободив от службы, его проводили как героя. Мою мать закопали, она служит.

Считается, что мертвый – это мертвый. Это уже не тот же человек, что при жизни, это лишь орудие, которым может кто-то управлять. Но все же жители Мертвоземья верили в Великий Суд, опасались его. Кто-то вел благочестивую жизнь в надежде, что это на Суде зачтется, а то и вовсе поможет избежать приговора. Кто-то, несмотря на риск опозорить семью, мог поджечь себя при первых признаках неизлечимой болезни. Или выпросить такую услугу у кого-нибудь еще. Но существовали и исключения вроде меня, которые уже столько нагрешили, что все равно, что там будет после Суда. А может я надеюсь, что после спасения Александра меня предадут огню, как дочь своего отца.

Торопясь за Беа, мы оказались в Низких Холмах, этот район граничил с Низменностью, но не был ей. В Низких Холмах располагался Большой театр Мортума, что совсем меня не порадовало. Кому сейчас этот театр принадлежит? Одному Актеру. Об этом я узнала как раз утром, а сейчас гуляю тут в поисках трупа. Нормальное совпадение.

Впрочем, от самого театра мы несколько удалились, но я все равно напряженно косилась на высокое здание. Я не была тут несколько лет, за это время театр здорово изменился внешне. Раньше это было неприметное строение серого цвета, так его неудачно восстановили после очередного пожара. Теперь же театр частично вернул себе былое величие: и темный камень с черными вкраплениями, и лепнину по фасаду, и даже колонны-статуи Великих Судей. Еще немного, и театр Мортума сможет соперничать с королевским. А то и вовсе обойдет его, вернув себе былую популярность.

— Это не к добру, — покачала я головой.

Глава 10.2

— Это не к добру, — покачала я головой.

Янис проследил за моим взглядом и нахмурился. Он тоже в курсе, кто там теперь обитает. Несомненно, это ведь часть его работы. И, вполне возможно, альтьер Актер сотрудничает не только с Даром.

— Это где-то здесь, я уверена! — пролепетала Беа, озираясь по сторонам. Мы пришли на задворки одной из улиц. — Я тут не ориентируюсь, но во сне точно был театр, и именно с этого угла. Я видела профиль Судьи Ренана, только лицо, в остальном он был закрыт домом. И точно этим! — Беа еще раз огляделась. — Но тут ведь ничего.

— Обыщите тут все, — кивнула я слугам, сама последовала своему же приказу и приступила к поискам.

Профиль Судьи Ренана, значит? Стараясь не упускать из виду названный ориентир, я двигалась параллельно домам. Вышла на улицу, свернула в соседний переулок. В принципе, вид на театр тот же, зато впереди не тупик, а выход сразу на несколько улиц. Такое место больше подходило для тайной встречи, на которую могла прийти Мал. Она ведь убегала именно на встречу? Куда же еще.

Вскоре ко мне присоединился Янис, мы обшарили все углы вместе. И девушку тоже нашли вместе. Она лежала, прикрытая грязным тряпьем и кучей намокшей бумаги. Я присмотрелась получше: кажется, это старый театральный реквизит, видимо, кто-то утащил его от театра во время реставрации. И бумага оттуда же. А что насчет Мал… смотреть на девушку категорически не хотелось. Я выругалась сквозь зубы и отвернулась. От красоты Мал ничего не осталось, мне виделась только кровь и распоротое брюхо. Картина, которую и ночью лучше не видеть, а уж при свете дня и подавно.

— Вы в порядке, альтьера? — спросил побледневший Янис.

— Разумеется.

Я отвернулась и отправила одного из слуг за Даром. Если тот уже прибыл ко мне и ждет, разумеется. Другому велела вместе с Беа вернуться домой, но так, чтобы Дар их не увидел, а зайти со стороны сада. И передать девушку Лин из рук в руки.

— Что думаете?

— Думаю, что убийца Мал может быть уже мертв. Погиб от моей руки ночью.

— Да, очень похоже, — Янис первым подошел к девушке и присел рядом. — Честно говоря, почти уверен, что вы правы. Разрез в точности на том же месте. Но подробнее можно сказать только после детального обследования.

Он еще что-то говорил, а я пыталась сообразить, как быть дальше. Вот знала же, что нельзя тащить домой сивиллу! Если Янис такой сердобольный, вот пусть с ней и разбирался бы… к сожалению, уже поздно что-то менять. Дара я могу послать куда подальше, но есть проблема: он не совсем идиот, может что-то заподозрить, если уже не заподозрил. Значит, нужна такая ложь, которая его устроит хотя бы на время. Пока я решу, как еще можно использовать Беа и что с ней делать дальше. С ней и с остальными сивиллами.

— Дарлан скоро будет здесь, — отрывисто бросила я, наблюдая за переулком. — Тебе лучше уйти, пока не стало поздно.

— Оставить вас? Но…

— Если тебя так трогает безопасность девушек, то уходи.

— Я не могу, — он отчаянно покачал головой. — Это ведь не по-мужски! Оставить вас одну неизвестно где, да еще и с общими проблемами разбираться? Так просто нельзя, альтьера! Как мне потом себя уважать?

Послышались шаги и мужские голоса.

— Если тебе дорога жизнь девушек и твоя собственная, но придется сделать выбор и научиться уважать свою новую версию. Иначе никак. А теперь убирайся!

Янис пождал губы. Повернулся, чтобы убедиться: за спиной есть путь отхода, сделал пару шагов в его направлении. Посмотрел на меня, сомневаясь. Ему и такое простое решение принять трудно, ведь понятно, что мне ничего не угрожает. Но Янис чувствовал себя слабаком и предателем даже из-за сущей мелочи. Наверное, это один из признаков хорошего человека. Или дурака, склонного собирать все неприятности разом.

Здравый рассудок победил, парень ушел. И как раз вовремя – мужские голоса все приближались и вскоре прибыли парни Дара. Самого начальника с ними не оказалось, у него нашлись дела поважнее.