Дисгардиум 13. Последняя битва-2 - Данияр Саматович Сугралинов

В этой битве поступили ровно наоборот: с Благословением Бездны и Полной неуязвимостью враги могли прикончить наши силы не напрягаясь.

Если я не вмешаюсь.

Собрав волю в кулак, я заорал во всю глотку:

— Я, Скиф, Защитник Вселенского закона равновесия, обвиняю Бездну в критическом нарушении баланса мироздания! Призываю Небесный арбитраж!

Ничего не произошло. Никто не явился.

Только враги недоуменно задрали головы, удивленные тем, что мне еще не заткнули рот.

— Призываю Небесный арбитраж! — повторил я, уже не напрягая связки, поскольку понял, почему меня не услышали. — Я, Скиф, Защитник Вселенского закона равновесия, обвиняю Бездну в критическом нарушении баланса мироздания! Наделяю Небесный арбитраж правом вмешаться!

И тогда воздух затрещал, небо разрезала паутина молний. Прорываясь сквозь Запертое пространство, из разломов проступили Арбитры и неспешно разлетелись, зависнув между сражающимися армиями.

Главное Око развернулось ко мне.

— Анализ призыва… Статус: Защитник Вселенского закона равновесия, подтвержден. Право призыва: верифицировано.

Я выдохнул. Сработало!

— Анализ обвинения…

Между Арбитрами проскочили искры, связав их цепью, словно данные передавались от одного к другому.

— Субъект: Бездна, единая и истинная богиня всего сущего. Действие: применение божественного усиления к последователям. Масштаб: критический. Продолжительность: ограниченная. Нарушение баланса: зафиксировано.

Значит…

— Однако, — это слово прозвучало как приговор, — анализ контекста показывает: обе стороны действуют в рамках вооруженного конфликта. Противостоящие силы вступили в битву добровольно. Последователи Бездны отдали свои жизни во имя нее, что уравновешивает божественное вмешательство. Применение божественных способностей соответствует статусу обвиняемой.

— Что⁈ — вырвалось у меня. — Но ее армия неуязвима! Последователи Спящих не могут даже…

Главный Арбитр на мгновение запечатал мне рот разрядом.

— Временное усиление последователей в рамках события «Последняя битва» находится в пределах божественных полномочий. Длительность эффекта: один час. Масштаб воздействия: локальный. Параметры критического вмешательства в баланс мироздания не достигнуты.

— Бездна блокировала мои способности. Сама. Лично. А еще заперла нас всех здесь!

— Локализация конфликта не является нарушением. Ограничение божественного вмешательства третьих сторон классифицируется как тактическая мера. Вердикт: обвинения недостаточны, Защитник. Мониторинг продолжится.

— Да откройте глаза! Она же истребит всех! Вы же видите! Это конец! Враг только того и ждет!

Главный Арбитр замер на мгновение, вспыхнул несколько раз — короткие и длинные импульсы синего пламени. Снова азбука Морзе.

«Недостаточно».

Арбитры растаяли один за другим, оставив нас наедине с беснующейся армией Бездны, которая торжествующе взревела. Игроки с новым азартом накинулись на моих беспомощных союзников.

Я взял эмоции под контроль и, холодным отстраненным взглядом наблюдая за тем, что происходит внизу, искал объяснения и метался в поисках озарений. Разумом я, как всегда в подобных ситуациях, перебирал варианты.

«Недостаточно»? Недостаточное вмешательство Бездны, чтобы считаться серьезным нарушением? Получается, миллионы ее последователей, отправленных на убой неписей и игроков, перемолотых Роем, нежитью и зверобогами, отдали самое ценное, что у них есть, принесли свои жизни в жертву во имя своей богини — и это дало Бездне такую чудовищную силу, причем в рамках баланса мироздания, что хватило и на полное воскрешение, и на усиление армии.

Вряд ли, даже владея полной силой, я мог бы переломить ситуацию сейчас. Но барахтанье, пусть даже мысленное, в самой безнадежной ситуации вошло в привычку, и потому я грузил мозг вопросами.

Почему не сработало мое Божественное освобождение? Оно же должно было автоматически отменить любые эффекты контроля вне зависимости от того, кто их применил.

Потому что это не контроль — мне просто обнулили навыки и характеристики. Бездна повесила на меня Беспамятство. И именно поэтому я не могу использовать Откат, чтобы вернуться в состояние пятиминутной давности.

Главный вопрос: что вообще позволило ей активно вмешаться и атаковать меня этими нейтрализующими способностями? Ответ мог быть только один: пресловутый баланс мироздания не так уж сильно перекошен в ее сторону. Возможно, сыграло роль вмешательство Спящих, которые накануне воскресили всех своих павших последователей. А возможно, они делают что-то прямо сейчас, также нарушая баланс, преступая Вселенский закон равновесия.

Как бы там ни было, мне оставалось только наблюдать, слушая свое чутье и надеясь на интуицию.

Я видел, как мои друзья и союзники отчаянно бросились в битву, и оружие прошло сквозь врагов, как сквозь дым. Даже Гроэль не мог ни навредить, ни напугать, потому что защита Бездны легко нивелировала божественные атаки Древнего бога — его черный дым больше не внушал ужас, его касания не сводили с ума, а игроки проходили сквозь него, как сквозь обычный туман.

То, что это конец, причем конец жуткий, больше похожий на фарс, я понял, когда какой-то низкоуровневый игрок-дворф на дешевом грифоне с хохотом атаковал самого Диабло. Великого князя Диабло, чья сила обесценилась в последние месяцы, но еще год назад он мог бы в одиночку захватить весь Дисгардиум!

Диабло, сам находясь в инерции прежнего мышления, лениво отмахнулся когтистой лапой… и словно попытался сдвинуть с места гору. Зато ответный удар вспорол великому князю грудь, и, хоть и снял жалкие единицы жизни, сам факт того, что великому князю Преисподней пустил кровь какой-то дворф…

Именно после этого наши силы потеряли последнюю надежду.

Выкрикивая оскорбления и издевательства, миллионы игроков упивались «режимом бога»: лезли по головам, надеясь дотянуться и нанести урон великим сущностям — богам, демоническим князьям, Спутникам и йожам, чье «зеркалирование» не могло перенять Благословения Бездны. Я не сомневался, что она пообещала за это достижения и награды.

Вся наша объединенная армия превратилась в беспомощных мобов. Все, кто только что стирал игроков в порошок, теперь не могли нанести ни единицы урона. Игроки и демониаки вырезали их с тем же азартом, с каким высокоуровневые ветераны заглядывают по старой памяти в данж песочницы, чтобы пострелять мобов да поностальгировать по былым временам.

Мой друг Деспот рычал от бессильной ярости, разевая пасть-жаровню, когда очередной неуязвимый фанатик рубил его лицо двуручным мечом.

Диабло, Белиал, Азмодан рухнули за пару минут, заколотые обычными мечами и копьями. Я не различал деталей, только видел, как одна за другой гаснут их демонические ауры — багровые костры, затоптанные смертными муравьями. Чуть раньше полегли, защищая своих князей, генералы, легаты и центурионы. Рев Молоха, пытавшегося организовать отступление, оборвался на полуслове.

Монтозавр пытался затоптать врагов, но тщетно, а те кромсали ящера снизу. Монти ревел от ярости и растерянности, а когда наши взгляды встретились, в его глазах не было страха. Только немой вопрос: почему в этот раз все иначе?

Я не смог ответить. Когда его добили, он исчез из списка моих питомцев.

Другие зверобоги свирепо метались по пустыне, но и их загоняли и