Фантастика 2026-53 - Игорь Сергеевич Макичев

во всем теле и дикая слабость в ногах почти прошли, поэтому я заставил себя встать, самостоятельно преодолел «безумное» расстояние до душевой кабинки и вломился в нее в трусах. Так как перенервничавшая Марина решила составить мне компанию, а Даша с Машей, которых только начало накрывать пониманием, отказались оставаться в каюте.

В общем, приходил себя в большой и, что греха таить, очень комфортной компании. А после того, как перебрался на кровать, неожиданно для самого себя попросил девчат размять мне пальцы, ладони и предплечья. И не пожалел: напарницы в темпе перевернули меня лицом вниз, позаимствовали из чьих-то закромов что-то увлажняющее и разделили обязанности — Маша, как без пяти минут врач, принялась разминать мне спину, а Марина с Дашей вцепились в руки…

…Не знаю, на каком этапе массажа меня зарубило, но манипуляции, расслабившие тело до состояния киселя, не достучались до разума. Поэтому следующие тринадцать часов я кочевал из одного кошмарного сна в другой — не справлялся с «удовлетворением» струн и то убивал себя и своих подруг, то растворял нас в черной жиже, похожей на битум, то оказывался в какой-то мутной мгле. А разок наткнулся на полуразрушенный линкор Цесаревича Александра Олеговича, дрейфующий в той же мгле подобно Летучему Голландцу из древних легенд, видел в проломах корпуса скелеты членов команды, но до Ромодановского так и не докричался.

В общем, проснулся разбитым, обнаружил рядом с собой только Кару, выяснил, что девчата вовсю тренируются, и извинился за свое безрассудство только перед ней. Вернее, начал. Но был перебит в середине предложения:

— Тор, ты принял это решение, отталкиваясь от сроков. Окажись на твоем месте я, сделала бы то же самое. И еще: да, мы перенервничали. Но тебя никто не винил, не винит и винить не будет. Скажу больше: и меня, и твоих Красоток переполняет гордость — систему Бейджин, вроде как, закрыло самое большое государственное образование человечества, стоимость блокировки сотен зон перехода не хочется даже представлять, а мы в нее, считай, уже просочились!

Я пропустил этот монолог мимо ушей, так как был уверен, что Марина помогает мне успокоиться. Но перед ужином проанализировал поведение Даши и Маши, примчавшихся в каюту после тренировки по виртуальному пилотажу, и пришел к выводу, что их прекраснейшее настроение — настоящее. Вот рефлексии и отпустил — потребовал подробнейшего рассказа о последних успехах, выслушал два монолога, посмотрел несколько фрагментов записей выполнения учебно-боевых задач, и похвалил. Обеих. Благо, было за что.

Следующую ночь спал, как убитый, а большую часть дня дрессировал весь личный состав команды — погонял девчат в рукопашке, проконтролировал холощение, счел возможным дать первое упражнение, «объединяющее» эти дисциплины, и поиграл в салочки на сегментных антигравах. В какой именно момент меня окончательно отпустило, не скажу, так как не заметил. Но часа за два до возвращения в обычное пространство, помнится, пребывал в рабочем настроении и ни о чем неприятном не вспоминал.

Не рефлексировал и после появления в Бейджине — прикипел взглядом к картинке со сканеров, убедился в том, что китайцы «пятерки» не охраняют, и «попрыгал» сканировать систему. Так как понимал, что на эту струну точно не сунусь, и жаждал найти другую, «понежнее».

Вычислил координаты целой пачки. С коэффициентами сопряжения от четырех целых двадцати семи сотых до пяти целых тридцати девяти сотых. Вот к ним последовательно и попрыгал. Благодаря чему выяснил, что местные ВКС блокируют все «дырки» с КС-ом до четырех целых шести десятых!

Впечатлился. Назначил любимой ЗП с КС четыре восемьдесят один и со спокойной душой прыгнул ко второй планете. Само собой, с «ефрейторским зазором». И не прогадал — сравнительно недалеко от точки схода с этой струны китайцы гоняли два флота в режиме парадных. То есть, добиваясь идеального выполнения даже очень замороченных маневров.

Возле этого «космического плаца» я задерживаться не стал — обошел его десятой дорогой, приблизился к высоким орбитам, нарезал стандартную спираль и неприятно удивился: этот «шарик» оказался защищен похлеще Нью-Вашингтона! Как именно? Для начала, вокруг него висели аж двадцать четыре орбитальные крепости. Далее, сеть масс-детекторов была в одну целую и семь десятых раз плотнее «стандартной», в ней не было ни одной лакуны даже над океанами и полюсами, а дырки, прожигаемые взлетавшими и садившимися кораблями, заделывались фантастически быстро. И, для полного счастья, небо над Чжунду засеивалось амеровскими низкоорбитальными анализаторами. Теми самыми, которые мы «заиграли» в Мемфисе!

Кстати, девчата, висевшие в интерфейсе Умника вторым темпом, тоже обратили внимание на этот тип меток, и Завадская первой задала вопрос, интересовавший всех, включая меня:

— Интересно, эти хреновины были переданы китайцам по одному из официальных пунктов мирного договора или втихаря?

— Почти уверен, что втихаря… — мрачно буркнул я, до предела «раздул» маскировочное поле и повел МДРК к средним орбитам. А через некоторое время, зависнув над столицей, врубил оптический умножитель, «привязал» увиденную картинку к карте, полученной от Цесаревича, нашел посольский квартал и помянул женщину с… хм… размытыми принципами. Почему? Да потому, что на месте комплекса зданий нашего посольства зиял здоровенный котлован, в котором работала строительная техника!!!

— Кажется, я понимаю, что именно почуяли Ромодановские, и почему сюда прислали именно нас… — злобно процедила Марина, а Даша с Машей ей поддакнули.

Я был того же мнения. Но промолчал. Ибо плавно сдвигал картинку на юго-запад. А после того, как навел ее на здоровенный космодром и немного поискал, нашел ответ еще на один вопрос — этот «ответ» стоял на отшибе, но выглядел, как амеровский легкий крейсер «Миссури». Тот самый, на которых, согласно базам данных дяди Калле, рассекали самые высокопоставленные дипломаты Новой Америки!

Кстати, Темникова с Костиной до этой темы не доучились, поэтому не поняли наших переглядываний с Завадской. Пришлось объяснять. Чуть позже — во время разгона на внутрисистемный прыжок. Так что к моменту, когда мы легли в дрейф «возле» пояса астероидов, Ослепительные Красотки успели возненавидеть амеров по второму разу, а китайцев — по первому.

Я тоже, мягко выражаясь, разочаровался в последних. Хотя слышал, что у каждого государственного образования — свои геополитические интересы, и догадывался, что в Большой Политике «союзник» — понятие и временное, и… хм… многоуровневое. Поэтому перед тем, как начать наговаривать сообщение Ромодановскому, задавил бешенство. Зато приаттачил к посланию не только «заказанные» голографии, но и видеозаписи-намеки, в которых показал все десять флотов, являвшихся великолепными целями для «чудо-оружия», и все четыре гигантских орбитальных промышленных комплекса, вероятнее всего, выпускающих что-то высокотехнологичное…

…Пока я гипнотизировал камеру и