Не по собственному желанию - Alexander Sinelnikov

class="p">– О строительстве вы и так хорошо знаете, ну а вычислительная техника, вскоре станет одной из самых важных и популярных специальностей. Да и интересно там. Вот смотрите, и я принялся рисовать картинки из будущего:

– Аркадий Павлович рассказывал, что у вас создали новое управление статистики, так вот, всего через несколько лет, всех их заменит одна ЭВМ. Станки будут с автоматическим управлением, сборочные цеха с одними работами. Самолетами, автомобилями и поездами будет управлять автоматика. Да что там говорить, автоматические телефонные станции, автоматические склады, - продолжал перебирать я, стараясь, чтобы вместо термина "автоматический" не выскочило слово "цифровой".

– В прошлом месяце, я инспектировал одно из нашем предприятий, – перебил Иннокентий Петрович – у них как раз наш киевский "Днепр" установили. Сарай, скажу я вам, тот еще. Кроме того, мне говорили, что он больше ломается, чем работает, да и специалистов для него днем ​​с огнем не сыскать.

Я также вспомнил такой же "Днепр" с операционной системой РАФОС. Набегался туда в свое время с колодами перфокарт. Чуть позже, к нему подсоединили дисковые накопители ИЗОТ 1370 в полметра диаметром, которые имели плавающие головки, и аж два с половиной мегабайта памяти. Эти плавающие головки постоянно ломались и переставали плавать. Единственным положительным моментом было то, что на эту ЭВМ, выдавали литр спирта в месяц – на обслуживание.

- Так что же ты хочешь Иннокентий, первые образцы, они всегда такие, - неожиданно поддержал меня Аркадий Павлович, - вспомни наши радиоприемники сразу после войны? А теперь, глянь хоть на ту "Спидолу", которую тебе на юбилей подарили - раз в пять меньше, да и качество отменное.

- Ну, ты и сравнил, приемники и автоматические станки, - возразил тот и, обращаясь вновь ко мне, спросил - и когда же эта твоя автоматика появится, что скажешь?

- Так лет через тридцать мы с вами будем носить телефоны и телевизоры в карманах, а вся ваша библиотека, - я указал на книжные полки, стоявшие вдоль всей стены, - поместится в коробке от спичек.

Собеседники весело рассмеялись и подняли бокалы за фантастов Беляева, Жюля Верна, за автоматику и ее большое будущее в моем лице, а затем плавно перешли на футбольную тему:

- Вот и славно, - выдохнул я, - а то по такому тонкому льду пришлось походить. И всю правду им не скажешь и промолчать не хочется.

Футбольный сезон 1964 года только начался, но помня о провальных для местного Динамо, сезонах 1962-1963 годов, собеседники были настроены довольно скептически.

– Маслов, Маслов, вы говорите, какой он тренер, если единственного нашего сборника – Воинова, выгнал – староват мол. Трояновского с Сучковым тоже на пенсию отправляет, а кто же играть будет? А Лобана, – так вообще на поле не выпускает,…. – горячился Иннокентий Петрович. Наверное, потому, что женщины уже пошли к себе, у него и вырвалось крепкое словцо.

- Вот уж эти интеллигенты, - подумал я, - умеют же употреблять мат не по привычке, а по его прямому назначению.

После десятиминутных споров и дебатов Аркадий Павлович, заметив, что я внимательно прислушиваюсь к их разговору, с легкой улыбкой человека, который все знает и многое видел, повернулся ко мне и, подмигнув, спросил,

– Ну, а ты что скажешь спортсмен? Или футболом совсем не интересуешься?

– Почему это не интересуюсь? Очень даже интересуюсь. Если хотите знать, так вот что я думаю, Маслов только пришел и естественно, в этом году не успеет команду нормально подготовить, так что в этом сезоне, скорее всего ничего мы и не выиграем. Разве что на кубок он нацелится. А вот со следующего года, вы наше Динамо не узнаете, точно вам говорю!

– Ну, ну, провидец, посмотрим. Если через год мы вновь чемпионами станем, то с меня ящик коньяка, – пошутил Иннокентий.

– Вот и отлично, я запомню, а то, что мне еще два года ждать, это даже хорошо. Пока мне разрешат рюмку поднять, ваш коньяк станет старше еще на два года – согласился я.

- Ладно Саша, раз уж ты такой мастер гаданий по звездам, скажи, будет ли погода в этом году и урожай, или по-прежнему придется закупать зерно за границей, - отодвигая свою тарелку, сказал Валентин Сидорович. Видимо, он желал повернуть разговор в свое русло, и отойти от не интересной для него футбольной темы.

Немного расслабившись, я решил поддержать шутливый тон. Бросив взгляд в окно, на звезды, сделав два паса руками, я заявил:

– Звезды говорят, что засухи в этом году точно не будет, а вот зерно Брежневу еще долго придется за границей закупать.

Мужчины замолчали, а затем Валентин Сидорович осторожно спросил:

- Саша, а при чем здесь товарищ Брежнев? Мне кажется, Леонид Ильич сейчас Председатель президиума, не так ли? – и он вопросительно взглянул на Иннокентия.

Тот согласно кивнул, подтверждая. Я же засуетился и вконец запутался в мыслях. Вот дебил, который забыл. И что теперь, не объяснять же им, что Хрущева снимут уже через четыре месяца, а на его место как раз и сядет "дорогой Леонид Ильич"? Никогда Штирлиц не был так близок к провалу…

- Но это... звезды так говорят, а разве международные договоры заключает... иди подписывает не Председатель президиума? – попытался выкрутиться я, и даже не услышал, кто именно мне ответил:

- Да нет, этим вообще-то занимается Совет Министров, хотя, конечно же, по заданию ЦК.

К счастью, акцентировать внимание на моей оговорке не стали и вернулись к прерванной беседе, хотя не исключено, что в закоулках памяти мои слова могли и отложиться, товарищи все не простые.

Танцев под радиолу не случилось, все-таки здесь собрались люди солидные. Меня попросили принести из коридора гитару. В такой компании, мои детские песенки были бы не к месту, поэтому вначале я решил порадовать присутствующих своим "пароходным" репертуаром. Особое впечатление вызвало попурри с антоновской вставкой о "Белом пароходе", все же такой стиль исполнения, здесь еще в новинку. Далее, фактически продолжился вечер авторской песни. Оказывается, фамилию Кукина Аркадий Павлович уже где-то слышал, а вот песню "Там за туманами" – нет. С сожалением подумал:

- А успел ли автор ее написать?

А еще пожалел, что мне не вспоминалось ничего из военных песен, ведь мужики наверняка на фронте побывали. Не считать же военной, песню Чижа - "На поле танки грохотали"? Минут через тридцать, Валентин Сидорович, намекнув, что детское время истекает, перешел к тому,