Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

«…я им говорил, а они не слушают! я ж потом вернулся туда, когда полиция уехала. любопытно стало., а там… на дереве знаки какие-то вырезаны, и на земле круг…»

Я застыл на мгновение. Круг. Символы. Все как у нас. Тот же почерк, та же методика. Это уже определенно не совпадение.

Серийник. Кто-то методично охотится на эльфов по всему Крыму.

И последнее сообщение, добавленное всего три дня назад. Оно было коротким, но от него по спине пробежал холодок. Автор все тот же — «Бывший_мент».

«Мне удалось заглянуть в копию протокола вскрытия. Неофициально, конечно. У нее не было сердца. Грудная клетка вскрыта как консервная банка. Это не просто убийство. Это что-то другое».

Я закрыл ноутбук и откинулся на подушки.

Керчь. Две недели назад. Эльфийка. Лес. Ритуальный круг. Вырванное сердце.

Все сходилось до мельчайших деталей. Кто-то или что-то методично охотится на эльфов по всему Крыму. Не просто убивает. Проводит один и тот же ритуал, собирая свою кровавую жатву.

Единица — случайность. Дважды — совпадение. Но в данной ситуации третьего случая мне не требовалось. Я уже понимал, что эти два происшествия имеют между собой самую прямую связь.

И мысль о том, что столичным тут делать нечего, становилась все более неправильной. Наоборот здесь нужны люди с серьезными полномочиями и ресурсами.

Нет. Здесь НУЖНЫ столичные. Нужно подключать СБРИ и Инквизицию на более высоких уровнях. Если они так быстро сработали со «Старшим», то с этими поехавшими оккультистами они тоже могут разобраться в самые короткие сроки.

Две души. Две похищенные психеи. Для чего? Для какого чудовищного замысла им понадобилось столько энергии?

И сколько еще жертв? Про сколько еще убийств я не знаю? Может быть, эти двое — только начало?

Понятия не имею, сколько я еще так пролежал, прокручивая в голове различные сценарии, но все же мне удалось провалиться в беспокойный сон.

Воскресенье было серым и промозглым. Дождь, начавшийся ночью, прекратился, но небо оставалось затянутым тяжелыми свинцовыми тучами. Воздух был влажным и холодным, пахло мокрой землей и увядающей листвой. Подходящая погода для подходящих мыслей.

Мы завтракали в почти полной тишине, нарушаемой лишь стуком вилок о тарелки и тихим шипением кофеварки. После вчерашних событий говорить не хотелось. Каждый переваривал увиденное, пытался уложить в голове этот новый пласт реальности.

Я допил свой кофе — крепкий, почти горький, именно такой, какой нужен был сейчас, — поставил чашку на стол и посмотрел на Лидию. Она сидела напротив, идеально прямая, даже в простом домашнем свитере сохраняя аристократическую осанку. Но я видел, как напряжены ее плечи, и как она механически ковыряет вилкой свой омлет, почти не притрагиваясь к еде.

— Лидия, — начал я, и она подняла на меня глаза. В них все еще плескался отголосок вчерашнего шока. — Я тут подумал насчет предложения Феликса Рихтеровича.

Она молча ждала, что я скажу дальше. В ее взгляде читались осторожность и легкое недоумение.

— Идея проста и гениальна одновременно, — продолжил я, откидываясь на спинку стула и сложив руки на груди. — Я не могу терять время. Дуэль через месяц, а я, как ты правильно заметила, пока что больше похож на мешок с картошкой, чем на фехтовальщика. Поэтому через полчаса мы идем заниматься.

Время — мой главный враг. Месяц — это ничто. Нужно сжать обучение, выжать из каждого дня максимум.

Она нахмурилась, и в ее взгляде мелькнуло недоумение.

— Заниматься? Но… а рапиры ты где возьмешь?

— Сегодня без рапир, — сказал я, и в этот момент в голове уже выстроился четкий план тренировки. Сначала основы, потом детали. Сначала научиться ходить, потом бегать. — Сегодня база. Основа основ. Ты покажешь мне базовые стойки, перемещения, работу ног. Объяснишь, как правильно переносить вес, как держать баланс. Ты будешь ведущей, а я повторять как отражение. Ты будешь меня направлять.

Я смотрел ей прямо в глаза, давая понять, что это не приказ, а просьба, и что я готов принять ее как учителя. Психология. Нужно дать ей почувствовать себя нужной, важной. Апеллировать к ее гордости.

Это был тонкий ход. Я не просто просил о помощи, я признавал ее превосходство в этой области, отдавая ей роль наставника. Для такой гордой женщины, как Лидия, это было важнее любых слов благодарности.

Она молчала несколько секунд, обдумывая мои слова. Я видел, как в ее глазах борется привычная неприязнь ко мне и профессиональный азарт. Фехтование было частью ее мира, ее воспитания. И она знала его досконально.

Азарт победит. Любой мастер не может устоять перед возможностью передать свои знания.

— Хорошо, — наконец сказала она, и в ее голосе не было ни злости, ни сарказма. Только деловая сухость. — Через полчаса на заднем дворе. Будь готов.

Она поднялась из-за стола, и в ее движениях уже появилась та собранность и точность, которую я видел у Феликса. Роль наставника преобразила ее, выпрямила спину, заострила взгляд.

Отлично. Теперь у меня есть еще один учитель фехтования.

Когда она ушла, я повернулся к Алисе. Она сидела, подперев щеку рукой, и с любопытством наблюдала за нашим разговором. В ее глазах читалось живое участие и едва скрываемое восхищение.

Интересно, что она думает обо всем этом? Наверное, ей кажется, что попала в приключенческий роман.

— Алиса.

Она вздрогнула, словно не ожидала, что я к ней обращусь.

— Что?

— Мне нужна твоя помощь.

На ее лице отразилось такое неподдельное, чистое, почти детское удивление, что я едва сдержал улыбку. Она смотрела на меня так, будто я только что попросил ее одолжить мне крылья, чтобы слетать на луну.

Видимо, не привыкла, что ее о чем-то просят в таком тоне. Не «сделай немедленно», а «мне нужна твоя помощь».

— П… помощь? — переспросила она, заикаясь. — Громов, у тебя точно нет температуры?

Она без всякого стеснения вскочила со стула, подошла ко мне, встала на носочки и, потянувшись, приложила прохладную ладонь к моему лбу. Ее рыжие волосы щекотнули мне щеку, и я на мгновение замер, ощущая ее близость и легкий запах шампуня — что-то цветочное, весеннее.

— Нет, вроде нормальный, — вынесла она вердикт, отстраняясь и садясь обратно на стул. Но на ее щеках проступил легкий румянец.

Я откашлялся, возвращая в разговор серьезность.

— Мне нужно практиковаться в своих навыках. Ты видела, что я делал с Лизой. Но это все на пределе и инстинктах. Мне нужно