"Фантастика 2026-75". Компиляция. Книги 1-24 - Валерий Кобозев

Великая Мать от такой напасти, — неприятным, каркающим смехом засмеялась шлюха. — Лучше я ноги перед матросами раздвигать буду, чем на ткацкой мануфактуре горбатиться. Или, того хуже, едкой дрянью в красильне дышать. Получил, что хотел? Тогда проваливай!

Спури вышел из дому и направился в направлении, строго противоположном тому, откуда пришел. Его путь лежит в храм Великой Матери, жрицы которого неусыпно сидят у ложа рожающей царицы. Он оставит корзину там, а дальше уже не его забота. Мать-настоятельница распорядится этой корзиной как должно. Пол ребенка — это выбор богов, но иногда и боги нуждаются в помощи. Нельзя такие важные вопросы пускать на самотек.

Пизанец долго вспоминал, что же его беспокоило, когда он поднимался по заплеванной лестнице многоэтажки. А потом вспомнил. Да ведь это же его собственный дом. У него имеется десяток инсул на окраине Сиракуз, этим направлением занимается племянник его жены. Недвижимость — это очень хорошие деньги…

* * *

Армия кельтов, собранная немыслимыми усилиями друидов, ждала высадки вражеского войска. Тридцать тысяч воинов привели эдуи, битуриги, сеноны, секваны, лемовики, паризии и лингоны. Людей, столетиями резавших друг друга, объединила общая беда. Они смотрели в сторону реки, по которой плыли сотни наскоро срубленных плотов. Первыми высадятся арбалетчики и стрелки с заряженными хейропирами. Они зальют берег смертельным дождем, позволив высадиться пехоте и коннице.

— Ну, Тевтат, укрепи руку мою! — Нертомарос вытащил меч и повел амбактов рода на солдат, прыгающих с плотов.

На берегу получилась сутолока. Тут, у Кабиллонума, полого и мелко, а потому высаживаться можно на широком промежутке. Даже плоты, устроившие поначалу затор, высадке помешали несильно. Солдаты отпихивали их шестами, отправляя дальше по течению, а потом спешно, прямо в воде, пытались выставить строй, отбиваясь от налетающих кельтов. Нертомарос, как и многие всадники, рубился, стоя по пояс в воде, сбрасывая с плотов изрубленные тела. Ему, закованному в тяжелый доспех, уколы пик нипочем. А пули хейропиров его сегодня обходили стороной. Он, залитый до бровей куражом боя, не слышал, как орал Дагорикс, который выкатил на прямую наводку пушки и теперь не мог выстрелить. Не слышал криков отца, который строил род Вепря в шеренги. Нертомарос поймал то волшебное упоение боем, когда воина облетают стрелы, когда он становится быстрее ветра и сильнее дикого тура. Говоря по-простому, Нертомарос угостился настойкой, сделанной самим мудрейшим Дукариосом, и она слегка ударила ему в голову.

— На берег иди, пьяный дурак! — заорал Даго, который выстрелом снял арбалетчика, целившегося в Нерта с десяти шагов. — Я из-за тебя из пушек ударить не могу! Ты зачем людей своих положил?

— А? — очнулся Нертомарос и послушно пошел в общий строй, трезвея на глазах.

Даго был прав, еще пара минут, и конец бы ему настал. Он и так лишь каким-то немыслимым чудом вышел из кровавой свалки, где свистели пули и стрелы.

— А вот сейчас дело плохо будет! — побледнел Нертомарос, глядя, как с плота выкатывают легкую пушку, снаряженную для выстрела.

Бах!

Гулкий выстрел смел десяток воинов сразу. Пикинеры, выставившие длиннейшие копья, кое-как прикрывали стрелков, которые пускали стрелы и пули из-за их спин. Они падали, сраженные ответными выстрелами эдуев, падали, сраженные дротиками. Они умирали, но покупали время для своих товарищей, тысячи которых прыгало в воду прямо за их спинами. Десятки пустых плотов плыли вниз по течению, а все мелководье покрылось телами в солдатских кирасах.

С каждой минутой солдат становилось все больше и больше. Они держали наскоки конницы, держали выстрелы из пушек и ружей. Они падали, но их место тут же занимали другие, выстраиваясь в глубокую, непробиваемую железную стену. Тучи стрел, пуль и картечин полетели в накатывающих раз за разом кельтов, но даже это не смогло поколебать их напора. Потеряв при высадке несколько когорт, легионы развернули строй и выставили вперед стрелков и орудия. И тут уже кельтам пришлось туго.

Пушек у ванакса было больше, а пушкари лучше. Залпы картечи косили воинов, и только эдуи и род Ясеня уверенно держали свой фланг, когда строй уже начал разваливаться на куски, а кое-где уже побежали. Варвары не способны на долгую битву. Они не способны атаковать, идя по телам своих родных. Для этого нужно бояться палки десятника больше, чем врага.

— В обход пойдем! — Дагорикс отдал пешее войско рода Нертомаросу, чьи люди рубились рядом.

Одноклассник Бренна, чей щит был уже пробит в нескольких местах, посмотрел на Даго и молча кивнул. Даже он начал уставать, теснимый пиками талассийской пехоты. Еще немного, и эдуи побегут, ведь каждый их накат становится слабее предыдущего.

— Держаться! — заревел Нертомарос, отрубая наконечник пики и вламываясь вглубь строя.

Его били со всех сторон, но все тщетно, железо бессильно скользило по железу. Закованный в доспех с головы до ног, Нертомарос несколькими ударами меча расчистил себе дорогу, а за ним клином прорвались остальные, свирепым натиском раздвигая строй. В тесной схватке длинная пика почти бесполезна, и первые ряды бросили копья, достав короткие мечи.

— За мной все! — ревел Нертомарос, и отряд из лучших воинов понемногу проминал пехотный строй, расплескивая мелких талассийцев, бессильных в тесной схватке перед куда более рослыми кельтами. Длинные мечи и щиты против короткого меча. Солдаты, имевшие несчастье попасть в этот прорыв, умерли в считаные минуты, а их товарищи из третьего и четвертого рядя выставили копья перед собой, из последних сил останавливая бешеный напор кельтской ярости.

В этот самый момент всадники Даго ударили во фланг, разрядив в пехотинцев мушкетоны и забрасывая их дротиками. Цепочка лениво трусящих всадников расстреливала солдат в упор, первым делом выбивая чудом уцелевших арбалетчиков. Фланговая когорта оказалась смята и побежала, но навстречу коннице эдуев уже выезжали фессалийцы, и их пистолеты пока еще были заряжены.

— Уходим! — заорал Даго, видя, что центр их войска уже прорвали пикинеры, а правый фланг, где встали лемовики и сеноны, смел таранный удар гетайров. Незачем умирать понапрасну, и воины родов Ясеня и Вепря потекли назад, с трудом унося своих раненых. Недалеко лес, они скроются там. Полторы сотни стрелков вышли на позицию, чтобы прикрыть отход своих. Они уже перезарядились, и их залп смешал ряды фессалийской кавалерии, давая отойти остальным. Конная лава словно споткнулась о свинцовую стену. Всадники посыпались с коней, завизжали раненые лошади, а второй залп заставил их отступить. Кельты перезаряжались немыслимо быстро, гораздо быстрее, чем стрелки легиона. Может, все дело в этих странных бумажных колбасках, которые они зачем-то