Фантастика 2026-93 - Иван Басловяк

— Может быть, — согласился я. — Но было бы неплохо попробовать.

Эддард закончил плести браслет и посмотрел на свою работу.

— Знаешь, что это? — спросил он.

— Браслет? — предположил я.

— Это символ. В моих землях такие браслеты передают в семье из поколения в поколение. От отца к сыну, от учителя к ученику. Это знак продолжения, связи между прошлым и будущим.

— И что ты с ним сделаешь? У тебя же нет детей. Ну, официальных.

— Пока нет, — Эддард подмигнул. — Но будут, уж я постараюсь, да и кто знает, сколько осталось детишек после наших походов. И я передам им этот браслет. И расскажу о наших приключениях. О том, как мы спасли мир. О тебе.

— Обо мне? Надеюсь, только хорошее.

— Только правду, — усмехнулся он. — Что ты упрямый ублюдок, который не умеет проигрывать. Что ты готов пожертвовать собой ради других, хотя и притворяешься циником. Что ты лучший воин, которого я знал.

— Не начинай, — поморщился я. — А то сейчас расплачусь.

— Вот именно про это и расскажу — что великий Дарион Торн боится проявления чувств больше, чем армии демонов.

Мы рассмеялись. Последний раз вместе рассмеялись.

* * *

Я моргнул, возвращаясь в настоящее. Браслет в моей руке был тем самым. Я узнавал каждую бусину, каждый узел. Эддард сдержал слово — передал его потомкам.

— Этот браслет, — тихо сказал Шу Вэймин, — передается в нашей семье из поколения в поколение. От основателя школы Пустой Руки к его наследникам. Это самая священная реликвия клана Шу.

Весь зал ахнул. Дарить чужаку родовую реликвию — это было неслыханно.

— Я не могу это принять, — сказал я, протягивая браслет обратно. — Это символ вашего рода. Он должен принадлежать вашему сыну.

— Мой сын жив благодаря вам, — возразил Шу Вэймин. — И потом… я чувствую, что так правильно. Словно сам основатель хотел бы, чтобы этот браслет был у вас.

Если бы он только знал, насколько был прав и одновременно ошибался.

— Я ценю этот жест, — сказал я, возвращая браслет. — Но эта вещь должна остаться в семье. В семье моего старого друга. Так будет правильно.

Шу Вэймин изучающе посмотрел на меня, словно пытаясь разгадать загадку.

— Вы знали нашего основателя? — спросил он тихо, чтобы слышали только мы.

— В каком-то смысле, — уклончиво ответил я. — Скажем так, мы были бы хорошими друзьями.

Глава клана кивнул, принимая мой отказ, и надел браслет обратно.

Праздник продолжался. К концу вечера ситуация с тремя сестрами Шу стала почти комичной.

Шу Мэй подсела ко мне с бокалом вина и деловым предложением:

— Господин Торн, давайте обсудим взаимовыгодное сотрудничество. Брачный союз между вами и представительницей клана Шу укрепит наши позиции. Я подготовила анализ потенциальной прибыли…

Она достала свиток с расчетами. Боги, она реально посчитала экономическую выгоду от брака со мной. И когда только успела?

С другой стороны, подскочила Шу Лин:

— Дарион! Давай проведем показательный спарринг! Прямо здесь и сейчас! Гости будут в восторге!

— Лин! — одернула ее старшая сестра. — Не мешай взрослым разговаривать о делах!

— Каких еще делах? — воинственно спросила средняя дочь. — Ты опять со своими скучными цифрами?

— Это не скучные цифры, а финансовое планирование!

— Господин Торн не торговец, чтобы интересоваться твоими расчетами!

— А он и не цирковой артист, чтобы устраивать представления!

Пока сестры препирались, Шу Сонг подошла с третьей стороны:

— Дарион, не хочешь прогуляться? В саду так красиво ночью…

— Сонг! — хором воскликнули старшие сестры. — Мы разговариваем с гостем!

— Вы не разговариваете, а ссоритесь, — парировала младшая.

— Это не твое дело!

— Очень даже мое! Я тоже хочу… то есть, мне тоже нужно обсудить важные вопросы с господином Торном!

В какой-то момент все три сестры одновременно протянули мне чашки с вином. Идеальная синхронность в абсолютном хаосе. Каждая ждала, что я приму именно ее чашу. Кажется, Эддард говорил, что это что-то значит, вот только вспомнить бы что.

Недолго думая, я подхватил все три чашки, подбросил их в воздух, и выпил содержимое, не пролив ни капли.

Сестры Шу остались стоять с пустыми руками и ошарашенными лицами.

В этот момент Шу Вэймин встал и поднял свой бокал:

— Друзья! Позвольте мне произнести последний тост этого вечера!

Все затихли.

— За Дариона Торна, который не только спас моего сына, но и вернул честь моему клану! Отныне и навеки клан Шу считает вас своим названым братом. Ваши враги — наши враги, ваши друзья — наши друзья! И когда император восстановит наш статус полностью, — продолжил он, — первое, что я сделаю — обеспечу «Последнему Пределу» эксклюзивные торговые права во всей Восточной Империи!

Кайден издал звук, похожий на писк от счастья. Эксклюзивные права — это же золотая жила! Главное — правильно этой возможностью воспользоваться, но я верил в Кайдена и что он справится.

— За Дариона Торна! — провозгласил Шу Вэймин.

— За Дариона Торна! — подхватил весь зал.

Я поднял бокал, принимая тост. В чем-то Эддард все же был прав.

* * *

Утро встретило меня ярким солнцем в окно. Рисовое вино оказалось крепче, чем я ожидал. Или просто количество выпитого сыграло роль — сложно отказать, когда тебе подносят тост за тостом.

Спустившись вниз, я обнаружил команду «Последнего Предела» в процессе сборов. Частный самолет клана Шу — роскошный лайнер с драконом на фюзеляже — уже ждал на летном поле.

— Барьер Тысячи Ветров больше не нужен, — пояснил Кайден. — Остров очищен, угрозы нет. Можем лететь прямо домой!

Леон выглядел счастливым как ребенок:

— Никаких кораблей! Слава богам, никаких кораблей!

Гелиоса, чисто вымытого и одетого в простую робу, слуги вели под конвоем.

— Куда его? — спросил один из охранников.

— Заберем его обратно, да отпустим. Думаю, он понял, что лучше не переходить нам дорогу, — кивнул Кайден.

— С каких пор ты стал таким великодушным? — усмехнулся я, но парень лишь пожал плечами. Видимо, какой-то симпатией он к этому болвану все же проникся.

Провожать нас вышел весь клан Шу. Шу Мин, полностью оправившийся после лечения, выглядел теперь совсем иначе —