"Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 - Артемий Скабер

И тогда все четыре птицы издали крик одновременно.

Звук ударил как физическая сила. Воздух завибрировал, в ушах зазвенело. Это была звуковая атака. Я быстро сформировал купол изо льда вокруг нас. Ледяная защита приглушила атаку, но акустический удар был настолько мощным, что по куполу побежали трещины.

Защита рассыпалась, и мы начали падать.

Орлы ринулись следом. Их когти были выпущены, готовые разорвать добычу. Казимир готовился подхватить меня, но я не собирался спасаться бегством.

Выпустил усиленную магию подчинения монстров.

Красный кристалл в нише засиял, энергия хлынула из ладоней мощной волной. Сила, полученная от крови императора, делала подчинение практически неотразимым.

Все четыре орла замерли в воздухе.

Их крылья продолжали работать, удерживая тела в полёте, но разумы больше им не принадлежали.

— Ну что, тупые курицы, — оскалился, глядя на неподвижных птиц. — Теперь вы мои?

Приказал одному нырнуть и подхватить меня. Орёл послушно выполнил команду, и я оказался у него на спине.

Перья под руками были жёсткими, но тёплыми. Мощные мускулы птицы работали под кожей, поддерживая нас в воздухе. Вид сверху открывался потрясающий — бескрайние снежные просторы терялись в дымке метели.

Мы медленно опустились к земле, где нас ждал дядя Стёпа. Алхимик смотрел на орлов с выражением человека, который только что увидел собственную смерть. Лицо побледнело, губы дрожали. Он инстинктивно отступил на шаг назад, когда моя птица коснулась лапами снега.

— Я на этом не полечу, — замотал головой алхимик. — Ни за что на свете.

Казимир тоже выглядел не в восторге. Его обычная невозмутимость дала трещину. Я видел, как он сглатывает, разглядывая размеры орлов.

— Я тоже предпочитаю землю под ногами, — сказал он осторожно.

— И это говорит маг, что обычно летает? — улыбнулся. — Это не обсуждается, — отрезал я.

Убрал морозных паучков в пространственное кольцо — они больше не нужны. В такую погоду орлы были единственным разумным способом передвижения.

— Магинский, послушай, — начал дядя Стёпа, пытаясь найти аргументы. — Может, переждём метель? Или найдём другой путь?

Посмотрел на него:

— В такую погоду мы замёрзнем насмерть за час ходьбы. А время у нас ограничено.

Приказал орлам опуститься пониже, чтобы спутники могли забраться на спины.

Дядя Стёпа приближался к своей птице как к гильотине. Руки тряслись, когда он пытался зацепиться за перья.

— Они же могут нас сбросить, — бормотал он. — Или клюнуть. Или…

— Они не сделают ничего без моего приказа, — успокоил его. — Садись уже.

Алхимик с огромным трудом забрался на спину орла. Цеплялся за перья обеими руками, прижимался к птице всем телом. Выглядел крайне жалко.

Казимир сел на своего орла более достойно, но я видел напряжение в его плечах. Привык контролировать полёт собственной магией, а тут приходилось полагаться на монстра.

— Готовы? — спросил я.

— Нет, — честно ответил дядя Стёпа. — И никогда не буду готов к такому.

— Тогда держитесь крепче.

Дал мысленный приказ, и все четыре орла взмыли в воздух синхронно.

Взлёт был резким и мощным. Орлы оттолкнулись от земли одновременно, их крылья взмахнули с такой силой, что воздух под нами завихрился снежной пылью.

Дядя Стёпа заорал от ужаса. Его крик потерялся в завывании ветра. Алхимик зажмурился и прижался к спине птицы, словно пытаясь слиться с ней воедино.

Казимир держался лучше, но его лицо было каменным от напряжения. Он не кричал, но губы сжал так, что они побелели.

Мы поднялись на высоту в сотню метров. Здесь ветер был ещё сильнее — порывы швыряли орлов из стороны в сторону, заставляя их бороться за каждый метр высоты. Но птицы справлялись. Их мощные крылья рассекали воздушные потоки, находя устойчивые течения.

И тут произошло нечто удивительное.

Когда орлы достигли определённой высоты и выровняли полёт, вокруг каждого из нас образовался какой-то невидимый купол. Ветер перестал хлестать в лицо, снег больше не забивался под одежду. Температура поднялась на несколько градусов.

— Что это? — крикнул Казимир, оглядываясь вокруг.

— Защита, — ответил я, изучая феномен. — У них есть естественная способность создавать воздушные барьеры во время полёта.

Дядя Стёпа осторожно приоткрыл один глаз, потом второй. Убедившись, что его больше не треплет ветром, он немного расслабился.

— Не так уж и плохо, — пробормотал он. — Всё-таки лучше, чем пешком по снегу.

Я достал табличку с картой и сверился с направлением. Впереди, сквозь завесу метели, виднелись очертания небольшого строения. Крепость или замок — издалека сложно было различить детали.

— Туда, — указал орлу направление.

Птицы изменили курс, направляясь к цели. Полёт стал спокойнее. Мы летели по ветру, а не против него. Защитные купола надёжно укрывали нас от непогоды.

Сверху открывался впечатляющий вид на северные земли. Бескрайние снежные просторы терялись в дымке метели. Изредка из белизны выступали тёмные пятна леса или серые громады скал. Край света, где выживали только самые сильные.

Лететь пришлось минут двадцать. Когда мы приблизились к строению, стало ясно, что это действительно небольшая крепость. Всего несколько этажей высотой, с забором и воротами. Выглядела заброшенной — никаких признаков жизни.

Приказал орлам снижаться. Мы коснулись земли у самых стен крепости. Слезли с птиц, разминая затёкшие мышцы. И тут я почувствовал это.

Магическое давление. Мощное, подавляющее. Где-то внутри крепости находилась тварь такой силы, что от её присутствия у меня напряглись все мышцы.

Ранг примерно как у затылочника. Если не больше.

Шансов подчинить такое существо было мало. Победить — тем более. Даже если выпущу всю армию, включая только что захваченных теней, придётся положить здесь большую её часть. И то не факт, что получится.

Дядя Стёпа тоже почувствовал давление. Его лицо покрылось потом, несмотря на мороз. Отростки под одеждой забились в панике.

— На меня давит, — прошептал он, хватаясь за грудь. — Внутри всё сжимается. Словно меня придавливает невидимая гора.

Казимир выглядел ещё хуже. Его обычная уверенность испарилась без следа. Глаза бегали, руки дрожали. Он инстинктивно отступал от крепости, словно каждая клетка тела кричала ему: «Беги!»

— Внутри меня всё трясётся, — сказал он срывающимся голосом. — Всё говорит, чтобы я убежал отсюда. Немедленно.

Дядя Стёпа утирал пот со лба:

— Магинский, там внутри что-то… Ты уверен, что нам туда надо?

Я кивнул. Несмотря на давление, несмотря на инстинктивный страх, цель была слишком важной.

Шагнул к воротам крепости. Внутри