"Фантастика 2026-86". Компиляция. Книги 1-24 - Женя Юркина

Именно это едва ощутимое касание тараканьих лап меня и разбудило. Мне померещилось, что насекомое пробежало по моей щеке. Или не померещилось. Я потёр ладонями лицо и окончательно проснулся. Увидел, что на улице ещё ярко светило солнце. Мичурин и Дроздов хором посапывали. На присыпанном хлебными крошками столе играли в догонялки тараканы.

Я передёрнул плечами и тихо выругался.

Слез с кровати и снова отправился в душ.

При втором посещении душевая кабинка показалась мне не таким уж мрачным местом. Я с удовольствием постоял под тёплыми струями воды. Глаза при этом не закрывал, посматривал по сторонам – на случай, если рассказы о крысах в душевой не были выдумкой. По пути к своей комнате я встретил двоих студентов. Те сидели на перилах около лестницы и дымили сигаретами.

Вошёл в комнату и обнаружил, что Вася и Колян уже проснулись. Я хлопнул дверью – парни повернули в мою сторону лица. Они узнали меня и будто бы расслабились: зевнули, потёрли глаза. Я остановился около порога, огляделся. Посмотрел на вздувшиеся пузырями засаленные обои, на заваленный грязной посудой стол и на висевший над дверью чёрный бюстгальтер.

Покачал головой и заявил:

– Парни, у меня к вам вопрос.

Лежавшие на своих кроватях Мичурин и Дроздов скрестили взгляды на моём лице.

– Парни, – сказал я, – вы сегодня утром упомянули о первокурсницах. Это была шутка? Или вы говорили всерьёз?

Глава 6

Птичьи голоса звучали громко и отчётливо. Над крышей соседнего дома зависло яркое пятно солнца – оно нарисовало на паркете у моих ног жёлтую полосу – будто бы расстелило дорожку от подоконника до двери. Краем глаза я увидел, как за окном покачали ветвями тополя. Невольно подумал о том, что в июне около общежития будет много тополиного пуха. «Пуха будет… как тараканов в этой комнате», – пришло мне на ум сравнение. Я посмотрел на чуть припухшие лица Василия и Коляна. Постарался не смещать взгляд на зависшие над ними в воздухе на фоне стен золотистые надписи.

– Парни, это правда, – сказал я, – что вы приведёте девчонок сюда?

Я развёл руками и добавил:

– Сюда? В эту комнату? Первокурсниц?

Дроздов пошевелил бровями.

– Ну… приведём. Если они согласятся. А чего в этом… такого?

– Что в этом такого? – повторил я.

Покачал головой.

– Парни, оглядитесь по сторонам. Ничего не замечаете?

Я снова указал руками вокруг себя.

Мичурин и Дроздов послушно повертели головами.

– Ну, посуду-то мы помоем, – сказал Колян, – понятное дело.

– Посуду? Это всё, что вы увидели?

– Макс, а что случилось? – спросил Василий.

Он приподнялся на локте, зевнул.

– Второй курс у вас случился, – сказал я. – Парни, у вас за прошедший год замылился взгляд. Но вообразите себя сейчас на месте первокурсниц. Представьте, что вы только что приехали в это общежитие из дома. Там, дома, вы привыкли, что мама следила за чистотой. На полу лежали ковры, а на кухонном столе – скатерть или клеёнка. Тараканов вы видели только в роликах на смартфоне… то есть, в телевизоре. Парни, вы слышали о том, что некоторые девчонки при виде тараканов чуть ли не в обморок падают?

Колян взглянул на крупного таракана, который деловито пробежал по стене около его кровати к потолку.

Дроздов дёрнул плечом и неуверенно ответил:

– Да ладно. В обморок – это ты преувеличил. Кто этих тараканов не видел…

– У меня дома их нет, – сказал Василий.

– Ну, допустим… – произнёс Колян, – так-то… в своей костомукшской квартире я их тоже редко замечал.

– В этой комнате девчонки их не просто заметят, – сказал я. – Тараканы здесь у нас полноправные хозяева. Они тут мясная добавка к любому блюду, как я понял. Или не так? А ещё вот эта вот… достопримечательность.

Я указал рукой в сторону двери: на чёрный бюстгальтер.

– Чей это трофей? Ваш?

Василий и Колян синхронно улыбнулись и обменялись взглядами, словно заговорщики.

– Не, этот лифчик уже висел, когда мы сюда заселились, – сообщил Мичурин.

Дроздов усмехнулся и заявил:

– Прикольно же смотрится! Согласись, Макс. Это достопримечательность нашей комнаты.

Я покачал головой.

Шагнул к двери (скрипнул паркетом). Запрокинул голову и посмотрел на бюстгальтер.

– Взгляните на эту достопримечательность глазами только что приехавшей в общежитие первокурсницы, – предложил я. – Что вы увидите? Забавную достопримечательность? Да, это похоже на трофей. Старый, ношеный. Кто и кому его тут оставил?

– Вот пусть и гадают, – сказал Колян.

Он зажмурился.

– Гадают о чём? – уточнил я. – О том, когда вы и их трусы тоже на стену прибьёте? Чтобы их увидела вся общага?

Мичурин пожал плечами.

– Мы-то тут причём? – спросил он. – Это же не мы лифчик повесили.

– Вот именно, – добавил Колян.

– Мужские семейники на стене в женской комнате вам тоже показались бы забавными? – поинтересовался я. – Представьте, что вы пришли к девчонкам в гости и любуетесь там на чужие труселя. Здоровенные такие, пятьдесят шестого размера.

Дроздов и Мичурин переглянулись, усмехнулись.

Николай повернулся ко мне и брезгливо поморщил нос.

– Не, Макс, семейники на стене, – произнёс он, – это стрёмно.

– Других девчонок они развеселят… наверное, – предположил я. – Как и этот ваш здоровенный бюстгальтер, который нравится парням. Поэтому я вас и спросил: придут ли сюда первокурсницы? Или вы тут только бухать с пацанами будете?

Василий и Колян озадаченно взглянули на бюстгальтер: на этот раз – без горделивого блеска в глазах.

– Ну, в принципе… это ж вообще и не наш, – произнёс Дроздов.

Мичурин кивнул и добавил:

– Мы к нему вообще никакого отношения не имеем.

Колян пробежался глазами по комнате. Озадаченно почесал затылок.

– Так-то я… в принципе… согласен с тобой, Макс, – сказал он. – Стрёмно тут у нас. Поначалу мы тоже были не в восторге… от всего этого. Но в прошлом году у нас других проблем было полно. Не до тараканов и лифчинов было.

– Да уж, – согласился Мичурин. – Персику вон… нос сломали.

Он уселся, свесил босые ноги с кровати.

Посмотрел на стол и сообщил:

– Пойду, что ли, посуду помою. И чайник заодно поставлю.

– С тобой пойду, – заявил Колян.

– Все вместе пойдём, – сказал я. – Так мы быстрее справимся.

* * *

В умывальной комнате на шестом этаже мы заняли все три раковины. Выгрузили в них чашки, тарелки, сковороду и кастрюли, внутри которых уже зеленела плесень. Отдельно сыпанули в кучу разномастные столовые приборы. Грязную посуду мы принесли из комнаты в двух красных пластмассовых тазах. Похожие тазы я увидел в умывальной комнате на подоконниках – в них заметил замоченную в пенной воде одежду. Вспомнил о всё ещё лежавшей в